Открытки от незнакомца - Имоджен Кларк

– Люблю тебя, Кара Фернсби, – говорит она. Я буквально слышу ее улыбку.

– Знаю. Я вообще прелесть, ты жить без меня не можешь. Так, жду тебя у себя как можно скорее с фотографиями и с предложениями, чтобы можно было перейти к эскизам.

– Я знала, что ты меня не подведешь, – говорит Бет. – Грег боялся, что мы не успеем и что придется купить в Лондоне что-нибудь готовое, но я его заверила, что ты справишься.

Это все решает. Я сошью платье вовремя – самое красивое платье из всех, которые шила. Тут меня посещает мысль, что Грег мог намеренно тянуть с предложением, чтобы мне не хватило времени и чтобы пришлось пойти ему навстречу, но с Бет я этой мыслью не делюсь.

19

На следующий день Бет приволакивает кучу свадебных журналов, ее голова полна идей. Я не могу смотреть без улыбки на то, как она ковыляет по дорожке, нагруженная журналами. К тому моменту, когда я распахиваю перед ней дверь, она уже скрючилась, чтобы журналы не рассыпались.

– Скорее… – стонет она. – Помоги! – Она протискивается мимо меня в гостиную, где журналы наконец рассыпаются по полу.

– Все захватила, ничего не забыла? – спрашиваю я.

– Я вынесла их из дому аккуратно сложенными, сверху лежали мои любимые. Теперь придется все сортировать заново.

Непохоже, что это сложная для нее задачка, так ретиво она за нее берется: стремительно листает журналы и задерживается на страницах с загнутыми углами. Мне даже завидно. Планирование собственной свадьбы – заветная мечта любой девушки. Я многим с этим помогала, но до своей собственной свадьбы все не доходит. Как говорится, вечная подружка невесты никак не выйдет замуж сама… Прямо обо мне сказано.

– Такой широкий выбор, что глаза разбегаются, – жалуется Бет. Я побаиваюсь, что мне придется долго вытягивать из нее фасон платья. – Зато я определилась и знаю, чего хочу, – добавляет она.

– Тем лучше, – радуюсь я, отметая черные мысли. – Главное – договориться о фасоне, дальше все пойдет как по маслу. Поставлю-ка я чайник…

Отца я застаю там, где оставила, – за столом в кухне. Он листает книжку с кофейного столика, посвященную гербицидам, глядя на картинки так, словно ищет доступное ему одному решение некой загадки. При моем появлении он с надеждой поднимает глаза, но, поняв, что это только я, опять утыкается в книжку.

– К нам зашла Бет, она в гостиной, – говорю я ему. – Скоро она выйдет замуж. Я сошью ей платье. – Отец не подает никаких сигналов, непонятно, узнал ли он это имя. – Я предложу ей чаю. Как ты насчет чая, папа?

Он довольно кивает, потом широко улыбается – не мне, а кому-то у меня за спиной; оглянувшись, я вижу Бет с журналом в руках.

– Здравствуйте, мистер Фернсби, – говорит она, – как поживаете?

Отец кивает.

– Хорошо.

– Кара говорила вам, что будет шить мне свадебное платье? Вот это нравится мне больше всего. – Она передает мне поверх папиной головы журнал.

Отец пытается его перехватить, но он слишком медлителен. Я сама показываю ему фотографии. Платье красивое, элегантное и в то же время простое, в стиле двадцатых годов, оно органично смотрелось бы на съемочной площадке «Великого Гэтсби». Бет будет в нем сногсшибательной, но пошить его мне вполне по силам, и это бонус, учитывая, как невелик у нас запас времени.

Отец одобрительно кивает.

– Мило, – говорит он.

– Сегодня вы без миссис Пи? – спрашивает Бет.

– У нее выходной, – говорю я. – Сегодня мы одни, да, папа?

Он и мне кивает, и я не в первый раз гадаю, насколько он понимает теперь то, что при нем говорится. Возможно, я его недооцениваю.

– Это платье – только отправная точка или уже платье? – Надеюсь, что первое. Мне неинтересно копировать чужой фасон, не говоря уж о возможных юридических трудностях с авторством.

– Оно нравится мне как идея, но хочется талию пониже и больше складок у юбки. А еще я не уверена, что Грег одобрит платье без рукавов. Он всегда говорит, что свадьба – это свадьба, а не вечеринка. – Наверное, я изменилась в лице, потому что она спешит добавить: – Хотя это мое платье, и мне нравится это, оно элегантное. Ты только полюбуйся на ниспадающую спинку!

– Блеск! – хвалю я. – Пошли ко мне в мастерскую, я набросаю пару эскизов, посмотришь, понравится ли тебе. Еще я покажу тебе тот шелк. По-моему, это то, что надо, но вдруг ты будешь другого мнения.

Мы оставляем отца на пару с книжкой и переходим в мастерскую. Там Бет превращается в ребенка в кондитерской – настолько ее занимают мои коробочки с бисером и прочей мишурой.

– Вот он! – Я указываю на рулон искрящейся на свету ткани.

Бет ахает.

– О, Кара, это самый правильный цвет!

При этих ее словах я позволяю себе баловство: мысленно хвалю себя за то, что настолько точно угадала желание подруги.

– Обрежем угол кройки, будут вот такие складки… – Я беру рулон, отматываю пару метров и прикладываю к ней. – Будет очень красиво ниспадать. Какой шлейф ты предпочитаешь? – Судя по ее лицу, она еще об этом не думала. – Не беда, – говорю я, – сейчас кое-что набросаю… – Беру блокнот и карандаш и наношу длинные уверенные штрихи. Люблю эту часть своей работы: мне приятно показывать невестам, как мой замысел ложится на бумагу. Прямо у них на глазах воплощаются их мечты. Не всегда это получается сразу, иногда невесте трудно выразить свои пожелания словами. С Бет гораздо легче: она позволяет мне воплощать в рисунке мои собственные мысли. Я точно знаю ее вкус, и хотя мы никогда не обсуждали в подробностях свадебные наряды, я нисколько не сомневаюсь, что долго возиться не придется. Пока я рисую, Бет разглядывает фотографии на моей доске на стене.

– Какая ты умная, Кара!

Ее комплимент до того мне по душе, что я вся свечусь изнутри. Похвалы всегда были в этом доме в остром дефиците.

– Я очень рада, что ты заказала платье у меня, – говорю я. – Невзирая на возражения…

Напрасно я это сказала: ничего конкретного я не имела в виду, но Бет помрачнела.

– Думаю, он просто хочет, чтобы все было в лучшем виде. Честно говоря, он еще не знаком с твоей работой. Мало ли, вдруг ты шьешь мешки?

– И то верно, – соглашаюсь я. – Что ж, будем надеяться, что я его не разочарую. – Снова мой ответ резковат, Бет тоже это улавливает.

– Он