Суженая мага огня - Зена Тирс

— Леди Триса пообедает с нами, — сказал Самуэль, отодвигая мне стул.

— Конечно. Здравствуйте, леди Триса, — поприветствовал Хакон.

Наместник выглядел уставшим, волосы его были взлохмочены, под глазами темнели синяки.

— Давайте помолимся Арносу за здоровье сэра Генриха! — сказал он, подняв бокал с вином.

— Помолимся, — гулко отозвались рыцари.

Зазвенели приборы. Все молча принялись обедать. Настроение у всех было невесёлое.

Еда на столе изумительно вкусно пахла. На столе лежал душистый хлеб, сыр, ароматный, приправленный свежими травами бульон. Голод оказался сильнее всякого страха, я схватилась за ложку и приступила к трапезе.

— Самуэль, ты уже отправил посланца к королю сообщить  о случившемся? — проговорил Рэндеваль, вытирая губы салфеткой.

— Ещё вчера, — кивнул Самуэль. — Тяжело сообщать о таком отцу…

— Зато теперь тебе открыта дорога! В стране осталось всего пять… ой, теперь только четверо, паладинов. Тебя обязательно назначат пятым. Пять воинов Света, чтобы сдержать Тьму. Именно столько нужно.

— Генрих ещё жив!

— Но ходит под себя. Его, как паладина, больше нет.

— Он был самым сильным… — проскрежетал Самуэль. — А я, что я? Я ещё даже испытание  не прошёл. Наставник ещё многому меня не научил и не научит…

Самуэль отложил ложку, потеряв аппетит, и сплёл пальцы над столешницей.

— Да, сэр Генрих совершенно обречён, — проговорил лекарь.

За столом послышались тяжёлые вздохи рыцарей.

Как же вы ошибаетесь, господин лекарь! Если бы вы проведали сейчас Генри, то убедились бы, что ошибаетесь! Ему лучше. И я вылечу его, он обязательно встанет!

Радуясь мыслям, я оказалась единственная, кто продолжил трапезу. Но, несмотря на голод, кушать сделалось неловко, и я тоже отложила ложку.

— Я тоже вчера написал послание для герцогини Элизабет, матери Генриха, — могильным голосом произнёс Рэндеваль. — Сообщил, что вряд ли он придёт в сознание. Думаю, герцогиня Элизабет приедет попрощаться. И, наверняка, возьмёт с собой леди Либретту, его невесту.

Невесту?!

Сердце в груди будто поразило копьём.

А как же я?!

32 И не смейте мне запретить!

Невеста? Пресветлая Дева! Я жизнь готова отдать за Генри, а у него есть невеста, видите ли!

— Невеста? — Хакон тоже удивился. — А как же известный всем десятилетний траур? Всего-то прошло года три?

— Король Орвин потребовал десяти лет траура, верно, — кивнул Рэндеваль. — Но леди Элизабет Даренфорс уже нашла невесту сыну, юную чистую девочку, сироту из старого знатного рода Гройсов.

— Грон Гройс был Первым паладином до Генриха и его наставником, — вставил один из рыцарей с густой тёмной бородой.

— Именно, Брайан, — кивнул Рэндеваль. — Тёмные убили Грона и погубили почти весь его род. Выжила лишь его маленькая внучка Либретта. Леди Элизабет приютила её в Ревоше и воспитывает лет с пяти. Сейчас девочке двенадцать, а через семь лет будет самое кровь с молоком! Свезло бы Генриху на старость лет! Благонадежная, знатная и воспитанная в правильных традициях жена.

— Но всё же ей никогда не сравниться с принцессой Беатрис, — распрямил плечи Самуэль.

— С Беатрис никому не сравниться, — понизил голос Рэндеваль, многозначительно хмыкнув.

Как околдованная, я слушала о невесте Генри и его бывшей жене, и на теле дыбом вставали волоски. Мышцы свело судорогой от напряжения, проглоченная еда подступила к горлу.

Нет!

Решительно нет, я не готова это терпеть! Я опустила руки на колени и приготовилась встать.

Выдохнула.

Встала.

— Куда вы? — поднялся вслед за мной Самуэль.

— Спасибо за обед. Мне пора.

Я двинулась к дверям. Самуэль догнал.

— Как вы? Вам плохо? Выглядите бледной.

— Всё нормально, — сказала я, надевая плащ.

— Ну, стойте же, а то упадёте! — проворчал рыцарь, беря меня под локоть.

— Пустите! Я сказала вам, никакого ребёнка у меня нет!

Я вырвалась и выбежала на крыльцо.

— Триса, стойте! — выскочил за мной Самуэль. — Дайте, я хоть найду вам извозчика, подождите. Куда вам?

— В святилище…

Самуэль вышел со мной во двор и попросил одного из извозчиков Хакона отвезти меня. У Хакона в распоряжении имелось несколько экипажей для него, его жены и дочерей. Он просил рыцарей чувствовать себя, как дома, и вот Самуэль, кажется чувствовал.

Но, хочу сказать, навязчивая забота широкоплечего медноволосого великана меня не утомляла. Я нуждалась в ней, особенно сейчас, когда еле стояла на ногах. Очень хотелось прислониться к Самуэлю, пока ждали на зябком ветру готовности повозки. Но боялась — неправильно поймёт. А ещё перед Генри будет неловко за то, что я приваливаюсь к чужим мужчинам…

Так, подожди, у паладина невеста, а тебе неудобно? Что за глупости?!

Я тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли, Самуэль встрепенулся, раскрыл руки, будто ловил, чтобы не упала.

— Плохо вам?

— Всё хорошо, — выставила вперёд ладони, давая понять, что всё в порядке, ловить не надо.

Загляделась на длинные крепкие ладони рыцаря. Ведь он, наверняка, тоже умеет иссякать огонь? Интересно, не почувствует ли он моё хранилище, не сдаст ли меня магистрам?

— А вы тоже маг огня, как Генрих? — спросила я.

— О, мне далеко до наставника, он смертельно ранил огнём дракона! А я пока самое большое, могу поджечь факел. Но надеюсь, когда-нибудь я пройду все испытания и стану паладином, — улыбнулся Самуэль, открыто поглядев на меня из-под густых бровей.

— Вам нужно пройти испытание? В чём оно заключается?

— Вы так любопытны, леди. Вы не знаете?

— Тут на севере вообще мало кто что знает, а в библиотеку пускают только монахинь, — вздохнула я, поёжившись под тонким плащом. — Да и библиотеки уже нет, знаете ли…

— Да, очень жаль, что дракон разрушил полгорода…

— Ну, так, сложное испытание, Самуэль?

— Испытание… — пожал плечами рыцарь. — Убить дракона, научиться держать щит против Праведного огня и… завести ученика. Как думаете, сложное это испытание, а, леди Триса?

— Держать щит