Суженая мага огня - Зена Тирс

Мои глаза загорелись, и мысли понеслись вперёд. Если Самуэль учится защите от Праведного огня, то почему я не могу?!

Рыцарь подозрительно покосился на меня.

— Вы чересчур любопытны, леди.

Я не успела додумать мысли, ноги сами подкосились от слабости. Самуэль поддержал под руки.

— Леди Триса! Что с вами?!

— Устала немного, — я постаралась выпрямиться и избежать чужих прикосновений. Самуэль убрал руки.

— Оставайтесь, — утробно прошептал он. — Я настаиваю.

Слова рыцаря не вызывали страха, как если бы это говорил Рэндеваль. Наоборот, очень хотелось поддаться. Но…

— Нет.

— Триса, если уйдёте, то предложение останется в прошлом.

— Вот как? — я безразлично поглядела на хмурое небо.

Собрались тучи. Скоро начнётся снегопад.

— Если уйдёте, а потом вернётесь, то никто не гарантирует, что не принесёте ребёнка от другого мужчины. Так что извольте.

А это заявление уже обижало.

— Ну, что ж… — вздохнула я, одарив рыцаря строгим взглядом. — Обойдусь!

Извозчик подал экипаж, Самуэль открыл дверку и придержал меня под локоть.

— А ну, не трогайте меня! — выпалила я, забираясь в повозку и не позволяя рыцарю меня подсадить. — Навещу сэра Генриха завтра и не смейте мне запретить!

Отдав последние силы, прижалась головой к спинке сиденья и закрыла глаза.

Как я устала…

33 Беседа с извозчиком

Колёса заскрипели при движении. Повозка затряслась на неровностях дороги. Запах гари ещё не выветрился с улиц.

Я не хотела открывать глаз. Нутро обжигало от мыслей о юной невесте Генри. Какая я глупая, что прибежала к его постели, плакала, отдала свои силы — и теперь едва могу ходить. А у него невеста!

Но разве я могла не прийти и не помочь?

Даже если он будет с другой женщиной, я не могла поступить иначе.

Пресветлая Дева, не оставь Генри! Великий Арнос, не отнимай его огня! Пусть Генри будет жив… и счастлив…

Слёзы горячими струями бежали по щекам, и мороз неистово съедал влагу, царапая зубами обветренную кожу. Извозчик обернулся, услышав всхлипы.

— Рыцари тебя обидели, что ль? — по-отечески пробормотал он.

— Нет…

— А чего ревёшь, госпожа? Триса, так?

— Ага. Из-за Генриха… — простонала я, не удержавшись.

Заплакала в голос. Сил держаться не было.

— А меня зовут Бертран… — процедил мужчина. — Ну, успокойся! Паладин хороший человек, великий воин! Все сейчас за него молятся! Я и сам молюсь. Знаешь, что я тебе скажу, девочка, если человек не погиб сразу, то обязательно выживет!

— Правда? — отёрла я слёзы.

— Я много воевал прежде и много видел, — бросил взгляд через плечо мужчина.

Я заметила на его лице следы давних ожогов, на шрамах от которых не росла борода.

— Я воевал вместе с сэром Генрихом во Вторую войну с тёмными, — гордо улыбнулся он. — Видел, как он сжигал полчища тварей бездны и тёмных магов, я видел его битву с драконом под Туей. Огонь сэра Генриха неиссякаем, он самый сильный паладин из когда-либо живущих! Потеря жены, конечно, подкосила его, но он не сдастся так просто. Он выживет, будем молиться вместе, госпожа.

— Он любил свою жену?

— Любил, конечно, да как любил! Разве не знаешь? Ах, я забыл, ведь Вейгард так далеко на севере, что жители почти ничего не ведают о жизни остальной страны. Но и в этом есть свои достоинства — тёмные досюда не добирались… До недавних пор.

— А ты не местный, Бертран?

— Не, я южанин, ушёл в отставку и перевёз сюда семью лет пять назад, искал тихой жизни. Но вот и она закончилась, тихая жизнь, эх…

Мы подъехали к площади, и извозчик проследил взглядом за обгорелыми стенами домов, проплывающих мимо. Несмотря на разруху, рынок снова развернул прилавки. Люди сейчас больше, чем прежде, нуждались в еде и одежде.

— Бертран, останови тут, пожалуйста!

— Сэр Самуэль велел везти в святилище, что я ему скажу? — извозчик снова повернулся и вопросительно поглядел.

— Ну, ты останови, я схожу на рынок, а потом в святилище отвезёшь, — мило улыбнулась.

— Ладно, госпожа Триса. Я с тобой схожу, бледная ты, как смерть.

У меня в кармане звенели три серебряные монеты. Сэр Самуэль не поскупился дать денег любовнице наставника.

— Мы купим муки, мяса и молока для святилища, — сказала я слабым голосом, перебирая холодными пальцами монеты. — И шерстяных плащей, на сколько останется денег.

Голова кружилась, перед глазами стелился туман. Ноги еле шли по улице в заледеневших башмачках, и при каждом шаге в голову отдавался болезненный удар.

— Посиди лучше в повозке? — с сочувствием поглядел на меня Бертран. — Я всё сам куплю. Не бойся, женщину, которая плачет по воину Света, обмануть не посмею.

— Спасибо, — сдавленно проговорила я и протянула Бертрану деньги, заползая назад в повозку.

Вскоре извозчик вернулся с двумя мальчиками. Они несли тёплые плащи и куль, должно быть, с замороженным мясом. А Бертран тащил мешок муки на спине, и набитая чем-то сумка болталась под локтем.

Всё погрузили в повозку, и я села на мешок, потому что места больше не было. Донёсся аромат свежего хлеба, который я с наслаждением вдохнула. Он развеял тугой запах пожарища и даровал надежду на скорое обретение уюта.

— Я там вам ещё сыра купил у Миры. Очень люблю у неё брать сыр, самый лучший в Вейгарде.

— Спасибо, господин Бертран. Вы очень помогли мне.

— Не за что, девочка.

Уже темнело. Мы въехали в перекосившиеся ворота святилища. Руины главного дома были почти разобраны, и двор выглядел необычно пусто. У каменной стены святилища горели костры, монахини раздавали ужин столпившимся вокруг людям. Светлая Альба наблюдала за порядком, стоя посреди двора в меховом плаще.

Увидев меня, она сразу двинулась навстречу.

34 Ужин с друзьями

— Останови тут, Бертран. Разгрузим, и поедешь назад, — слабым голосом сказала я.

—