Невеста по объявлению - Лесана Мун

- В чем дело? – спрашиваю у герцога. – Какие-то неприятности?

- Нет, ничего такого, - отвечает Его Светлость. – Друк знает, что мы едем к императорскому двору и советует подождать сутки, иначе если не успеем доехать, можем попасть в снежную бурю как раз участке, где нет жилых домов.

- И что? Мы подождем? – интересуюсь дальнейшими планами.

- Зачем? Мы не только успеваем, у нас даже есть почти тридцать минут запаса. А за опоздание к началу официальной церемонии мы рискуем получить недовольство правящей династии. И, поверьте, это может быть куда опаснее, чем возможное попадание в бурю. Поэтому прошу вас, займите свое место в карете.

Едва сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть. Вот сама не знаю почему, но меня иногда жутко злит это герцогское высокомерие. Сажусь в карету, где уже расположились поудобнее мои родственники. Причем, Рован сумку с продуктами, предоставленную хозяином постоялого двора, поставил поближе к себе. Видимо, уже что-то вкусное присмотрел.

Пока мы ехали, дети рассказали мне, почему карета хранит тепло. Оказывается, в углах обеих лавок имеются специальные выемки, куда вставляют так называемые горячие камни, которые очень задорого продают маги огня. Благодаря таким «грелкам» нагреваются сами сиденья, а уже потом и немного воздух в экипаже. Такими же камнями греют воду в ванной, встраивая их в кран.

Камни имеют разный размер и температуру. От этого зависит их цена и время эксплуатации.

Задумавшись, обращаю внимание, что потихоньку начинает смеркаться. А наша карета, вопреки осторожности, едет, как мне кажется, еще быстрее. И если до этого мы просто скользили, езда была очень даже комфортной, то теперь нас кидает по лавкам, периодически хорошенько встряхивает, а иногда даже подбрасывает в высоту, чтобы потом опять уронить на сиденья.

Дети, после обеда дружно уснувшие, недовольно просыпаются. Вижу, что устали ехать. Пытаюсь их отвлечь, придумывая разные игры, но ребята проснулись не в духе.

Рован лезет в сумку, достает оттуда какой-то сушенный фрукт. Аника, увидев, что брат собирается его съесть, выхватывает.

- А-а-а-а! Отдай! – тут же начинает вопить мальчик.

- Ты и так уже все съел! Я тоже хочу попробовать, надо делиться!

- Дарьяна, скажи, чтобы она отдала! – взывает ко мне Рован, одновременно с этим пытаясь выхватить фрукт у сестры.

- Аника права, Рован, - отвечаю спокойно. – Если ты такое уже ел, то неплохо бы поделиться с сестрой.

- С чего бы это? Она вон сожрала все печенье с орехами, мне не оставила! Или делиться должен только я?

Странное дело, но мне почему-то кажется, что в карете становится теплее. Причем, намного.

- Нет, делиться желательно всем. Но опять же, это по желанию. Аника, отдай, пожалуйста, брату фрукт. Он сам решит, хочет ли поделиться с тобой.

- Но я тоже хочу это съесть!

Сестра прячет сладость за спину.

- Аника, я тебя прошу, давай все решим…

- Ничего не отдам! Надоело! Вечно все Ровану достается! То он младший, то наследник, то еще что-то!

И девочка, резко распахнув дверь кареты, выбрасывает фрукт раздора в снег.

- Вот так вот! – заявляет довольная, закрыв дверцу. – Теперь он никому не достанется.

- Ах ты… - Рован подскакивает с сиденья, кидается к сестре. Я едва успеваю подхватить его и притянуть к себе. Но мальчик продолжает кричать и пытаться дотянуться до Аники, чтобы ударить ее.

И тут наша карета как-то странно дергается. Сильно и резко. Я слетаю со своего сиденья на пол, больно ударившись коленями, но удержав испуганного Рована. А потом раздается звук, от которого меня мгновенно бросает в холод, несмотря на почти удушающую жару внутри кареты.

Я слышу, как хрустит и ломается лед под полозьями. А потом наша карета проваливается носом вперед.

Глава 14

- Дарьяна!! А-а-а… Дарьяна! – Рован цепляется руками в мою шею так, что даже чуть придушивает.

- Тише, тише, маленький, - голос срывается от испуга.

- Дарьяна?! – Аника без слез рыдает навзрыд, испуганно кусая пальцы.

- Дети, спокойно, - говорю чуть строже, чем они привыкли. Только паники мне тут не хватало. – Мы не одни. Сейчас герцог позовет людей и нас…

Раздается еще более громкий хруст, потом испуганное ржание лошадей и карета резко наклоняется вниз, наполняясь ледяной водой.

- Бабушка! – кричу я на пожилую леди, сидящую с закрытыми глазами как раз в том углу, где пребывает вода.

- Ох… что такое? – старушка приходит в себя, ошарашенно оглядываясь. – Почему вода? Я уже сегодня принимала ванну!

- Идите ко мне, держите детей, я попробую открыть дверь или выбить стекло.

Бабушка еле двигается, но оно и понятно, карета наклонена довольно сильно, нужно постараться, чтобы подняться ко мне, в другой, пока еще сухой угол экипажа. Я протягиваю свободную руку, ухватив бабулю за предплечье и помогая долезть ко мне. Но, надо заметить, старушка в очень хорошей физической форме, почти птичкой перелетает ко мне.

- Рован, иди к бабушке, - говорю ребенку, пытаясь отодрать его руки, вцепившиеся в мою шею.

- Нет, Дарьяна, нет!

- Рован! Будь храбрым. Ты единственный мужчина среди нас, женщин. Мы нуждаемся в твоей силе и смелости. Прошу, иди к бабушке. Мне нужно открыть дверь. Ты же не хочешь, чтобы все мы, вместе с каретой, ушли под воду?

- Нет, я…

- Иди, Рован, - прерываю мальчика, потому что мне некогда выслушивать его, вода пребывает слишком быстро, уже половина кареты погружена.

За окнами слышны вопли, мужские голоса. Помощь будет, но вот успеет ли она?

С помощью рук, подтягиваю свое тело к ручке двери. Опускаю ее вниз. Есть, она открывается! Пытаюсь толкнуть саму дверь. Не получается! Более того, едва появляется небольшая щель, как в нее сразу же ледяным потоком льет вода. Вздрагиваю, едва сдержавшись, чтобы не выругаться. Ледяной поток забивает на несколько секунд дыхание и едва не останавливает сердце.

Закрываю дверь, понимаю, что нужно бить стекло. Но чем? На глаза попадается та самая шкатулка, в которой, как оказалось, нет драгоценностей. Почему она не в сундуках – не знаю. Да и в тот момент