Невеста по объявлению - Лесана Мун

Спустя всего час я становлюсь обладательницей шикарного бального платья и еще одного – для завтрака. Едва выполнив свою работу, швеи уходят, чтобы продолжить творить чудеса, но уже для детей и бабули.

- Если вы уже готовы, я могу сделать вам прическу, - предлагает горничная.

- Да, думаю, уже пора, - соглашаюсь, отдавшись на волю умелых рук.

Захара долго расчесывает мои волосы деревянным гребнем, потом натирает какой-то тряпочкой, отчего локоны становятся более светлыми и сияющими.

- Если не возражаете, я подстригу концы, - говорит горничная. – Они у вас истощены, как и волосы в целом. Но, если позволите, через две недели специальных масок, вы не узнаете свои локоны.

Я все разрешаю, прищурив глаза и расслабившись, как довольная кошка. Конечно, присматриваю за девушкой, мало ли… чикнет мне ножницами и пойду я на встречу к императору со стрижкой полубокс. Но Захара, видимо, очень дорожит своей должностью, потому что работает с отдачей, рвением и явным удовольствием. Не стремясь при этом как-то мне напакостить.

После прически мы немного затемняем мои брови и чуть подкрашивает ресницы. По настоянию горничной наносим немного румян.

- У вас очень белая кожа, и это чудесно. Но немного нежного румянца на щеках только добавит вам очарования, - уговаривает меня Захара.

И таки да! После всех процедур, из зеркала на меня смотрит очень юная, хрупкая и хорошенькая девушка. Не имеющая совершенно ничего общего с той бледной немощью, что я увидела в свой первый день в этом мире.

- Вы такая… воздушная, - восхищенно говорит Захара, когда с ее помощью я облачаюсь в платье.

И мне понятно, о чем она. Я произвожу впечатление хрупкой, словно хрустальной статуэтки. Тронешь пальцем – и разобьюсь. Даже самой становится как-то страшно. Это ведь не я. Просто видимость. Хотя… для первой встречи с императором, возможно, такой образ наиболее подходит, учитывая все обстоятельства.

А уж какое на мне платье – выше всяких похвал! Изысканного и утончённого кроя, выполнено в нежно-голубом цвете с эффектом перелива. Корсет украшен сложным кружевным узором, который переходит в длинные прозрачные рукава с вышивкой, слегка расширенные книзу.

Юбка платья пышная, многослойная, с тонкой вышивкой, которая формирует изящный цветочный узор, плавно расширяющийся к подолу. Кружево и вышивка выполнены в серебристо-белых тонах, словно узоры, которые сплел на окне мороз. Материал полупрозрачный, с лёгким блеском, который переливается при попадании света.

На спине глубокий вырез, подчёркивающий изящество силуэта. Высокая прическа открывает тонкую шею и еще более гармонично оттеняет весь образ. Мне до того нравится то, что я вижу в зеркале, что, не сдержавшись, я улыбаюсь. Широко и радостно.

А потом вздрагиваю, заметив за своей спиной темную фигуру герцога Ридели. Как давно он здесь? Увидел ли что-то, что не нужно было? Надо бы прицепить ему к ногам колокольчики, чтобы предупреждал о своем появлении!

Глава 15-1

- Почему вы злитесь? – спрашивает, подходя ближе, но все еще стоя за спиной.

Я вижу, как медленно, словно выплывает из тьмы его фигура и вырастает за мной. При этом тень не хочет отпускать мужчину, она льнет к нему, как страстная любовница, тянет обратно, зазывно колышется вокруг плеч, прячет от меня глаза герцога, оставив только гладко выбритый подбородок и плотно сжатые губы.

Моргнув, удивляюсь себе и тому, что сейчас привиделось. Игра воображения? Очаги опухоли в мозгу? Отмершие клетки? Что вообще со мной происходит?

- Я не злюсь, я раздосадована, - отвечаю.

- Чем?

Снова вздрагиваю, потому что мужчина теперь стоит очень близко за мной. Я даже чувствую голой спиной тепло, исходящее от его тела.

- Тем, что постоянно дергаюсь, когда вы неожиданно появляетесь. Быть может, у вас получится приближаться ко мне более… громко.

- Это как? – в голосе герцога слышно удивление и легкий смешок. Смешно ему, видите ли.

- Не знаю, - пожимаю плечами, отчего платье чуть спускается вниз, и мне приходится резко дергать его в обратную сторону. – Может, сапоги на каблуках помогут? Чтобы цокали при ходьбе.

- Как подковы у коня, - вставляет ехидную реплику герцог.

- Если вы не будете при этом ржать, то никому и в голову не придет вас сравнивать с лошадью, - отвечаю в одном тоне с собеседником.

- Нет уж, благодарю. Меня все устраивает, а вы привыкните. Я заметил, что у вас очень гибкая натура.

- Но это не значит, что меня можно гнуть в ту сторону, которая выгодна только вам, - предупреждаю герцога.

- А разве я пытался? По-моему, это вы все время делаете попытки выгнуть меня в нужном вам направлении.

Задумываюсь. А что? Похоже, герцог прав. Хмыкаю. Повезло. Встретились два нагибатора.

- Вы улыбаетесь? – спрашивает удивленно. – Ваше настроение меняется как погода весной.

- Теперь ВЫ раздражаетесь?

- Нет. Я удивляюсь. И рядом с вами гораздо чаще, чем привык.

- Это хорошо или плохо? – спрашиваю, ловля его взгляд в зеркале.

- Вам действительно интересно или просто поддерживаете разговор? – вопрошает, снова прячась в тени.

- Вам любопытны мои мотивы или просто не хотите отвечать? – отвечаю вопросом на вопрос.

- Оба варианта, - говорит.

И я успеваю увидеть легкую полуулыбку в уголках его рта до того, как он склоняет голову, извлекая что-то из кармана камзола. Прежде, чем я понимаю, что происходит, моей спины касается грубая ткань герцогской одежды, а шеи – горячее дыхание, заставляющее поёжиться из-за резко разбежавшихся мурашек.

В следующее мгновение, мне на грудь опускается холодный металл. Ловлю в зеркале черный мужской взгляд, направленный на бриллиант в виде слезы, устроившийся ровно между моих грудей. Белое золото и изысканные камни. Ровно семь штук в виде слезинок. Самый большой по центру.

- Какая красота, - говорю почему-то шепотом.

- Да. Очень красиво, - хрипло отвечает герцог, не отрывая взгляд от камня на моей груди.

Его рука проходит по моей талии, протягивая коробочку. На черном бархате лежат серьги.

- С этим справитесь сами, или помочь?

Хриплый голос, как наждачная бумага, проходит по нервам.

- Я сама, - отвечаю поспешно.

- Тогда жду вас в