Верховная жрица - Мишель Хёрд

Выглядит так, будто собралась на свидание, а не на работу.

Двери открываются, и когда она делает шаг вперед, шелковая ткань развевается вокруг ее ног.

Когда я впервые увидел ее, на ней было белое платье с разрезом, который обнажал большую часть ее ноги, когда она садилась. Это было на первой встрече членов альянса.

Во второй раз она была одета в черное боевое снаряжение.

Я помню каждый ее наряд с тех пор, как впервые увидел, и это лишь усиливает мое беспокойство.

Я не могу влюбиться в нее.

Господи, кроме моей способности защитить ее, мне больше нечего ей предложить.

Я сейчас не в том состоянии, чтобы строить отношения с женщиной.

Это всего лишь временная договоренность.

Одно оправдание за другим всплывает у меня в голове, пока мы поднимаемся на третий этаж, где находятся офисы и команда сотрудников, которые следят за всем, что происходит в криминальном мире.

Двери открываются, и когда Кассия выходит первой, мой взгляд скользит по ее спине и останавливается на заднице.

Господи, Найт! Возьми себя в руки.

Прочистив горло, я оглядываюсь по сторонам и иду чуть позади нее.

Мы заходим в помещение, где стены увешаны мониторами, на которых отображается разнообразная информация.

Менеджер быстро подходит к Кассии.

— Так приятно видеть, что вы снова на ногах, мисс Димитриу. Я слышал о вашей потере. Приношу свои соболезнования.

— Спасибо. — Кассия вздергивает подбородок. — Мне сказали, что выжившим из моей организации было приказано собраться в Чили. Не могли бы вы сказать мне, где именно?

— Конечно.

Мы идем за ним к столу и смотрим, как он что-то набирает в системе, а потом говорит:

— Они на конспиративной квартире недалеко от Пуэрто-Агирре6.

— Дайте мне адрес, — приказывает она. После того, как менеджер вручает ей записку с подробностями, она спрашивает: — Вы можете организовать для меня катер?

— Да. В котором часу вы бы хотели отплыть?

— Через полчаса.

— Я прослежу, чтобы для вас подготовили катер.

— Спасибо. — Она одаривает его профессиональной улыбкой, затем разворачивается и идет обратно к лифтам.

Когда она нажимает кнопку верхнего этажа, я спрашиваю:

— Ты встречаешься со своими людьми?

— Да. Я отправила им всем сообщение после того, как вышла из душа.

Беспокоясь о ее здоровье, я спрашиваю:

— Ты готова к поездкам?

— Да.

— Только не переутомляйся.

Она переводит взгляд на меня.

— Я согласилась остаться в больнице на несколько дней, как ты и просил. Мне нужно работать, иначе я все потеряю. Не мешай мне.

Я киваю, хотя знаю, что будет трудно оставаться в стороне и не броситься ей на помощь.

Глава 16



Кассия

Когда мы выходим из лифта на верхнем этаже, мне становится не по себе от того, каким тоном я только что разговаривала с Найтом.

Я делаю несколько шагов в сторону зала заседаний, а затем поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Я не хотела срываться. Прости.

Он оглядывается по сторонам, прежде чем встретиться со мной взглядом.

— Я просто забочусь о твоем здоровье. Ты не сможешь возглавить организацию, если снова окажешься в больнице.

— Я знаю. Ты прав. — Мои губы растягиваются в улыбке. — Обещаю, я чувствую себя прекрасно. Я не буду переутомляться.

Когда он кивает, я смотрю на открытую дверь в зал заседаний.

— Тебе снова придется подождать снаружи.

— Я понимаю.

Я делаю глубокий вдох, чтобы набраться сил, и снова продолжаю идти. И вот, когда я уже почти дохожу до двери, Найт тихо шепчет:

— У тебя все получится.

Услышав его ободряющие слова, я вздергиваю подбородок и выпрямляю спину, когда вхожу в зал заседаний, где меня уже ждут Лео и Энцо.

Когда Лео видит меня, его лицо расплывается в улыбке.

— Ты выглядишь намного лучше.

— Спасибо.

— Как ты себя чувствуешь? — Спрашивает Энцо, когда я сажусь, и в его мрачном тоне вопрос звучит как угроза.

Я бросаю взгляд на португальца, возглавляющего преступный синдикат. Я мало общалась с Энцо Оливейра, но что-то в его спокойном поведении наводит меня на мысль, что из всех нас он самый жестокий.

— Готова к работе, — отвечаю я твердым голосом.

— Приятно слышать, — бормочет он и опускает взгляд на вибрирующий телефон. — Извините.

Я наблюдаю, как он встает и подходит к панорамным окнам, а затем отвечает на звонок, рявкнув:

— Что? — Он слушает несколько секунд, а потом огрызается: — Разберись с проблемой до моего возвращения, или я разбросаю твои части тела по всему двору, чтобы их увидела твоя семья.

Господи.

Он заканчивает разговор, затем набирает другой номер и рычит:

— Приглядывай за Жардимом. Я не доверяю этому ублюдку.

Мое внимание полностью сосредоточено на Энцо, и я мысленно отмечаю, как он ведет дела.

Кто-то касается моего плеча, и я поворачиваю голову влево, где стоит Сантьяго.

— Рад видеть, что ты выписалась из больницы, — говорит он. — Я бы поговорил с тобой раньше, но Найт отвлек меня, а когда я снова оглянулся, тебя уже не было. Да и я не хотел вторгаться в твой дом.

Я благодарно улыбаюсь ему.

— Я ценю все, что ты сделал, чтобы привезти мою тетю на остров.

На лице Сантьяго расплывается широкая улыбка.

— Она мне нравится. Она сказала, что печет лучший шоколадный торт. Это правда?

— Да. — Боже, ее выпечка стала основной причиной моего набора веса в подростковом возрасте.

— Что ж, в качестве оплаты за все, я хочу этот торт.

Думая, что Сантьяго шутит, я говорю:

— Просто назови цену, и я постараюсь расплатиться с тобой как можно скорее.

Между его глаз появляется морщинка.

— Нет, я серьезно. Мне нужен лишь этот шоколадный торт.

— Надеюсь, это будет самый лучший торт на свете, — усмехается Лео.

— Только торт? — Спрашиваю я, чтобы удостовериться.

— Да. — Сантьяго занимает место на другом конце стола и откидывается на спинку кресла. — Если мне понравится, то каждый раз, когда мы будем вместе на острове, она сможет печь его мне.

Я смотрю на Сантьяго, не зная, как реагировать на его щедрость.

К черту все это. Дружба с этими людьми только