Между адом и раем - Джоанна Рид

Она надела куртку и плотно застегнула ее под самым подбородком.

– Кибо хочет, чтобы на эту ночь мы остановились в его деревне, в доме снежных барсов.

– Если ты боишься летучих мышей, то как же собираешься встретиться с этими барсами?

Девушка улыбнулась ему.

– Снежными барсами называются шерпы-скалолазы. Они очень сильные и из поколения в поколение носят грузы по этим дорогам. И я не боюсь летучих мышей. Правда.

– Значит, тогда ты просто приходила меня навестить?

Сандра повернулась, похлопала по переметной сумке, свисающей по бокам яка, но Мур успел заметить, как она покраснела при упоминании о той ночи.

Она не ответила, и они пошли дальше по пологому каменистому склону, отполированному ногами многочисленных туристов. Темные тучи скрыли высокие пики, и Кибо предупредил, что скоро начнется сильный ветер, а может, и снег.

К середине дня они добрались до деревни Кибо, где было домов тридцать. Деревня подковой окаймляла подножие резко вздымавшейся вверх горы. Сестра Кибо, его мать и жена встретили их у двери дома для гостей горячим чаем, забросали вопросами на родном языке, а потом увели Кибо с собой, оставив огонь в очаге, над которым висела кастрюля.

Ветер бился в узкие окна. Мур подошел к очагу и вытянул над огнем руки. Он проследил взглядом за Сандрой, которая смотрела на подвешенную к балкам постель.

– Ты хочешь спать там, наверху?

Она сняла куртку и встала спиной к огню.

– Ты всегда знаешь, о чем я думаю?

Он сел на стул, потер руки и уставился на пламя.

– Хотел бы, чтобы так было. И тогда бы я узнал, стал ли наш поход для тебя чем-то особым. Чем-то замечательным.

– Этот поход не похож на другие. Поверь мне. – Ее голос звучал устало. – Но он тоже кончится. И тогда я отправлюсь по реке и каноэ, а ты вернешься в свою больницу. – Она сказала это таким уверенным тоном, точно отдавала команду.

Ричард долго глядел на нее, но не мог придумать, что сказать. Наконец в дверь постучал Кибо, который принес чан с горячей водой. Мур предложил девушке первой принять ванну, взял свою куртку и вышел.

Он побродил по деревне, стараясь не думать о Сандре, которая мылась в уютном доме для гостей. Дети, собиравшие хворост для костра, махали ему руками, окликали. Дети... Будут ли у него когда-нибудь свои, не переменит ли Сандра решения не заводить детей. Да, она сказала, что в ее жизни нет для него места. Он опустился на камень и уронил голову на руки. Ветер с гор выдувал все тепло из его тела. Мур почувствовал себя одиноким как никогда.

Он вернулся в домик для гостей, но тот был пуст. Кибо принес еще горячей воды и сказал, что доктора после того, как он помоется, ждут в доме его матери. Сандра уже там.

Войдя в каменный дом, Мур сразу увидел Сандру на лавке между сестрой и женой Кибо. Она держала стакан с чинго. От одного вида чисто выбритого лица и улыбки, обращенной к хозяевам, в душе Сандры все перевернулось. В комнате было тепло, но ее щеки запылали, когда их взгляды встретились.

Он едва не сломил ее сопротивление, и она почти готова была рассказать ему правду. Прежде Сандра находила силы противиться Ричарду и убеждать себя в том, что работа для нее – самое важное. Но она верила в это только до тех пор, пока Ричард не касался ее. Она хотела взять судьбу в свои руки, но остаться с пустыми руками уже боялась, боялась до дрожи.

В комнату вкатили новый бочонок с чинго, кто-то предложил Сандре миску с картофельным супом и пшеничные лепешки на сале.

Ее место за обедом оказалось рядом с Ричардом.

– Что за праздник на этот раз? – Он приблизил к ней свою голову настолько, что она почувствовала запах его мыла.

Сандра поглядела на него и опустила ложку в суп.

– Возвращение Кибо домой.

Он в недоумении озирался.

– А где другие мужчины?

– В горах. И это хорошо: они принесут в деревню деньги. Плохо только, что такая работа разделяет семьи.

– Значит, когда Кибо с нами, он тоже в разлуке с родными.

– Зато благодаря нам он может летом купить пару коз, генератор или еще что-то.

– Я видел, как дети собирали хворост для очага.

– Да, в этом мало хорошего. И мне неловко.

– Но ты же не виновата, что пользуешься печкой.

– Но они не могут себе это позволить. Склоны, по которым мы шли, раньше были покрыты деревьями, рассказала мне бабушка Кибо. Горы кажутся вечными, но на деле они очень уязвимы. – Девушка вглядывалась в тьму, будто могла различить Аннапурну. – Они кажутся мне такими знакомыми.

Сандра почувствовала, как ее щеки зарделись, и разломила лепешку на мелкие кусочки.

– Эта хрупкая природа, недостаток питания..., – начал он.

– Но я говорю о горах.

– А разве неправда, что шерпам жилось лучше до того, как здесь появились туристы? А если кто-то перестанет водить сюда группы? И убедит в этом других? Подумай, как это благотворно скажется на окружающей среде.

Сандра пила чай маленькими глотками.

– Вряд ли что-то изменится. Кроме того, – она насторожилась, – я люблю такую жизнь и не собираюсь с ней расставаться.

И они замолчали. Ужин закончился, и посреди комнаты начались песни и танцы. Женщины, взявшись за руки, выстроились в линию и танцевали в ритме песни. От музыки и горячего чая Сандре стало хорошо и спокойно, ее веки отяжелели и готовы были сомкнуться. И тут Ричард мягко обнял ее за шею.

– Время спать, – прошептал он и провел ее через комнату, поддерживая за локоть.

Холодный воздух привел ее в чувство в тот миг, когда Сандра уже готова была обнять Мура, но вместо этого она медленно прошла к домику для гостей, засунув на всякий случай руки в карманы. Там она взяла свой рюкзак и залезла по лестнице на ложе под потолком, оставив Ричарда внизу.

– Прости, – сказал он, – я не собирался предлагать тебе бросить работу.

Она расстелила свой спальник и посмотрела вниз.

– Я тоже прошу прощения, я ценю твою заботу об окружающей среде и обо мне. Но ты же знаешь, как становится трудно... – Она зарылась лицом в мешок. Он поставил ногу на нижнюю ступеньку лестницы.

– Знаю. Поэтому я больше не буду об этом. Но если ты передумаешь – скажи. Тебе известно, где меня найти.

– На матрасе в углу комнаты.

Он кивнул. Потом встал на колени, нашел таблетки в рюкзаке, налил воды в кружку и проглотил лекарство в надежде, что голова к утру перестанет болеть.

– Что ты делаешь? – Сандра перегнулась через край лестницы.

– Пью лекарство.

– От чего?

Он выругался про себя. Надо было подождать, пока она заснет.