Книжный ниндзя - Эли Берг

Слышали выражение «мальчики не плачут»? Так вот, это полная и абсолютная чушь. Мальчики плачут. И как плачут!

Позвольте мне начать с начала.

Три дня назад я получила письмо от мужчины по имени Майкл. Он нашел оставленную мной книгу Кадзуо Исигуро «Не отпускай меня» на станции Бернли, сказал, что ему понравилось и он хотел бы обсудить книгу за бокалом вина. Убедившись, что он действительно мужчина (как вам известно, это не гарантировано), я пожала плечами и согласилась. В конце концов, терять мне нечего. О, кстати, пока вспомнила: мои отношения с Эдвардом Калленом, возлюбленным на месяц, официально закончены. Как выяснилось, у него страсть не только к подростковой литературе, но и к встречам с другими женщинами одновременно со мной.

В общем, я договорилась встретиться с Майклом в «Джангл бой» в Виндзоре. Так и случилось мое вчерашнее свидание.

Когда я вошла в зал с атмосферным освещением, опаздывая на допустимые пять минут, то увидела за столиком для двоих красивого мужчину, рядом с которым лежал мой потрепанный томик «Не отпускай меня». У него были карие глаза и черные волосы, и он был одет в коричневую шерстяную рубашку с заплатками на локтях.

– Майкл? – улыбнулась я.

– Фрэнки? Ты такая же красавица, какой я представляю Рут, – сказал он, когда я села рядом.

Комплимент с литературной отсылкой – это хорошее начало.

Мы говорили обо всем и обо всех, от Вирджинии Вульф до Дональда Трампа, и у нас оказались одинаковые взгляды на обоих (она прекрасна, он ужасен, как будто вы сами не могли догадаться). И все шло хорошо, даже замечательно.

Пока я не заказала «эспрессо мартини».

– Что ты заказала? – спросил он в ужасе.

– «Эспрессо мартини»…

– Ой! – Мартин выглядел раздавленным, как будто я заказала коктейль из крови двенадцати невинных младенцев.

– В чем дело? – в недоумении спросила я.

– Просто… моя бывшая, Диана, все время пила этот коктейль. Мы разошлись два года назад, – печально поведал он.

И тут все стремительно покатилось под гору.

Не желая обсуждать его бывшую (большая бестактность на первом свидании), я попыталась сменить тему разговора на что угодно. Но мы все равно возвращались к одному и тому же.

– У тебя есть домашние животные?

– Нет, Диана не любила животных.

– Ужасно, что сейчас происходит в Сирии.

– Диане не нравились разговоры о политике.

– Погода в последнее время замечательная. Так солнечно.

– Диане нравилась хорошая погода.

Наконец мы сошли с темы Дианы. (Которая, кстати, по его рассказам, совершенно ужасна. Ненавидит животных и отказывается признавать происходящее в мире – что с этой женщиной не так?) Мы еще немного поговорили о других книгах Кадзуо Исигуро (мы оба прочитали большую их часть), и свидание явно заканчивалось. (Я старалась не слишком явно этому радоваться.) Я достала телефон, чтобы проверить расписание поездов, и Майкл внезапно ахнул. Глаза у него покраснели. «О нет, – подумала я. – Он же не собирается…» Но он собрался. Его глаза наполнялись влагой. Прямо наполнялись. О да, он собирался. Он вот-вот должен был разразиться слезами.

– В чем дело? – осторожно спросила я.

– Твой телефон… он такой же, как у Дианы, – всхлипнул он. У меня айфон.

Мне нужно было разрядить ситуацию, пока не дошло до взрыва. Поэтому я сделала то же, что обычно делаю, когда не хочу, чтобы взболтавшаяся кола вылилась из бутылки: накрыла ее рукой. Вернее, я неловко положила руку Майклу на плечо. Откуда мне было знать, что от этого его сорвет с катушек?

Майкл разрыдался. Буквально. Посреди людного оживленного бара тридцатипятилетний мужчина рыдал взахлеб из-за своей бывшей жены, бросившей его два года назад и даже не любившей собак.

Мой следующий поступок оказался настолько галантным, насколько это возможно в моей жизни. Все в баре воззрились на меня и на рыдающего мужчину напротив, я поднялась с места, обошла стол и обняла его. Обеими руками. А он выл, что-то бормотал и сморкался в течение двадцати очень долгих минут прямо в мою любимую шелковую блузку.