Завтра нас не станет - Диана Ярина

Чувствую, как мое лицо покрывается жаром…

Потому что Кирилл направляется прямиком ко мне.

Девочки расступаются, по обе стороны, пялясь на меня во все глаза!

Все-таки слухи по офису поползли, когда стало известно, что езжу я в другой конец города… Гадали, расстаюсь с мужем или нет.

Теперь у них появится прекрасный повод для слухов, у Вики — новый мужик!

— Привет, чудесно выглядишь, — улыбается Кирилл. — Это тебе.

Он дарит цветы, наклоняется, поцеловав меня в щеку.

Ничего лишнего, но даже от такого невинного прикосновения по телу ползет жар. Горячая ладонь опускается на талию, будто плотная завеса уверенности, отсекающая от проблем внешнего мира.

— Спасибо за цветы.

Обернувшись, машу девочкам, до завтра. Они вразнобой мямлят что-то в ответ и не сводят пристальных, шокированных взглядов, провожают глазами машину Кирилла.

— Ты нарочно решил появиться именно так?

— Как?

Обертка от цветов похрустывает у меня в руках. Букет большой, ароматный… Цветы? Увы, я не флорист, не смогу назвать и половины!

— Напоказ.

— Я просто приехал за тобой.

— С цветами.

— Хотел поднять тебе настроение. И напомнить, что ты прекрасна.

Так и хочется попросить его: хватит! Перестань это делать, не смущай меня.

Неужели я неясно выразилась, что не хочу отношений с ним… Ему важно взять реванш за прошлое, а у меня не тот период, чтобы бередить давно зажившие раны.

Но почему-то мне кажется, что даже если я его попрошу, даже если потребую… Вряд ли он перестанет поступать так, как ему хочется. В этом весь Кирилл...

Я удивлена только тому, что он перестал пытаться ко мне пробиться в прошлом. Ведь если бы он хотел…

Видно, моя мама, действительно, на славу постаралась и убила в нас веру в то, что мы можем быть вместе.

— Ты действительно поверил, будто я… писала те ужасные слова? Да, я хотела развестись, мама убедила меня, что так правильно. Но я бы не стала тебя обзывать так, как ты пересказал мне. Неужели ты поверил? — вдруг срываются с моих губ слова.

Этот вопрос мне не дает покоя.

— Поверил. Вики… — вздыхает. — Я был в шоке. Думаешь, оказаться в тюряге мечтает каждый? Пусть даже уличный пацан вроде меня? Нет… Несмотря на все договоренности и обещанные ништяки, когда оказываешься за решеткой, вдруг теряешь надежду и кажется, что тебя кинули. Все… Уверенность пропадает. Остается напускное. Поддерживает вера в то, что тебя ждут, а у меня эту веру отобрали. Да, я поверил. Эти письма… Они будто дышали неприязнью и нежеланием тебя со мной общаться.

— У нас с мамой очень похож почерк.

— Я поверил тогда… И позднее поверил снова… — он смыкает челюсти. — Это было самое паршивое время в моей жизни. Мне казалось, я никогда не был на дне, только тогда.

— Мне хочется сказать тебе, прости. Не я это делала, но почему мне так стыдно? — вздыхаю. — Мне не хватило… веры в нас.

— Ты не виновата. Я много лет жил, виня тебя, но когда увидел, услышал… Я понял, что ты стала такой же жертвой старой… интриганки!

Накал между нами велик.

Чтобы успокоиться, перевожу взгляд на цветы. Они выглядят очень красивыми и, действительно, поднимают настроение.

Впереди — еще сложная встреча с Миланой.

— Мне кажется, тебе стоит поспешить. Иначе мы опоздаем.

— Мы обязательно должны опоздать, — кивает Кирилл. — Поехали, сделаем круг по живописным местам.

— Зачем нам опаздывать?

— Если я что-то понял за эти годы, то ждут те, кто заинтересован во встрече больше, чем опаздывающие. Милана подождет.

Кирилл накрывает мою руку своей.

— Хватит играть по чужим правилам, Вики. Пора создавать свои…

Мне надо одернуть Кирилла.

Сказать, чтобы больше не называл меня так.

Но почему-то я этого не делаю и бессовестно соглашаюсь немного поколесить по городу…

Глава 25

Глава 25

Она

Мы опоздали больше, чем на двадцать минут.

Будь я одна, я бы себе такого не позволила и была бы в ужасе, начала оправдываться прямо с порога перед теми, кто меня ждал так долго. Но присутствие Кирилла странным образом усыпила мою чрезмерную совестливость, и я даже смогла расслабиться, пока мы катались по городу, просто слушая музыку и разглядывая живописный район.

На миг мне даже показалось, будто мне снова восемнадцать, и я катаюсь с Кириллом, замирая от восторга.

Только теперь мне больше тридцати, Кириллу — под сорок. Мы сидим в дорогом, престижном седане, а не разбитой ладе, которую он взял у приятеля погонять. В окна не врывается душным ветром летний зной, и музыка льется чисто, не через севшие динамики… Но все же на несколько мгновений мне удалось поймать то самое настроение, беззаботность и легкость с верой, что нас впереди ждет только хорошее…

***

— Как бы Милана уже не укатила, она не отличается терпеливостью, — вздыхаю я, подходя к ресторану.

Теперь я уверена, эта встреча и разговор просто необходимы. Я хочу избавиться хотя бы от капли лжи и груза прошлого в своей жизни.

— Уверен, она все еще ждет, — возражает Кирилл.

Он открывает передо мной дверь и, когда мы оказываемся в холле, неожиданно берет за руку, крепко переплетая пальцы с моими.

Я издалека замечаю дочь, она сидит за столиком у окна, напротив нее — моя мама.

Так… Милана пришла не одна, с поддержкой.

Кирилл поглаживает меня большим пальцем по руке, разгоняя теплые мурашки.

— Пошли, — зовет за собой и уверенно ведет меня вперед.

Мне остается только последовать за ним, испытывая странную смесь из чувств. Непривычно ощущать себя ведомой настолько уверенной, твердой рукой. В браке с Сашкой мы многое обсуждали, выносили на семейный суд, так сказать. Теперь я понимаю, как ошибалась, считая, что в этом Саша показывал свою готовность идти на компромиссы. Он просто разделял на двоих