Как приручить училку - Ульяна Николаевна Романова

Выдохнул и уже другим тоном продолжил:

– Еще раз ты сбежишь – привяжу к себе до полного решения всех проблем. Поняла, Родионовна?

И игриво добавил:

– Или повторим?

– Барсов!

– Ты мне должна, – напомнил он, пока я, кряхтя, пыталась пересесть на пассажирское кресло.

Ринат заботливо поддержал меня за бедра, помогая перебраться, и довольно закончил, заводя мотор:

– Тебе понравилось. И не отпирайся!

Глава 20

Арина

– Тебе понравилось. И не отпирайся!

Ринат вел машину и выглядел так, словно только что сорвал декпот. Он снова стал привычным разгильдяем, но воспринимать его как раньше я уже не могла.

Губы все еще горели от его поцелуев, на щеках точно появился румянец, а сердце в груди все никак не могло успокоиться.

– Ты специально ко мне этих прислал, – утвердительно закивала я в ответ на его реплику, – и не отпирайся!

– Охрана, Арина Родионовна, – подмигнул мне засранец.

– Да? А угрожали они мне, чтобы я сильнее прониклась их работой? – взвыла я.

– Чтобы ты быстрее поняла, что ходить сейчас одной опасно! – рявкнул Ринат. – Ты могла меня разбудить, самостоятельная моя?! Куда одна поперлась?

Кажется, он снова начал заводиться. Впрочем, я тоже.

– Ты так сладко спал, – протянула я и мстительно добавила: – И так мило храпел на весь дом, что тараканы разбежались. Я не могла не воспользоваться такой чудесной возможностью бесплатно избавиться от вредителей.

– Бери меня полностью, – тут же включился Барсов, – я готов избавить тебя от всех усатых вредителей, кем бы они ни были.

И как-то он так сказал, выделив слово «усатых», что я сразу поняла: речь не о тараканах.

Ринат со значением посмотрел на меня и кивнул, словно прочитал мои мысли. А потом по своей излюбленной привычке послал мне свою лучшую улыбку.

Я отвернулась к окну, но Барсов долго молчать не умел:

– Родионовна…

– Куда мы едем? – перебила я.

– К бухгалтеру.

– Я, конечно, сильно извиняюсь…

– Ночью нужно было сильно извиняться, – отрезал Ринат.

– Я очень сильно извиняюсь…

– За то, что с кровати меня уронила, или за то, что обещала и не сделала? – деловито уточнил засранец и захлопал ресницами.

Вот как с ним разговаривать?!

– Я тебя сейчас из машины выброшу и тоже сильно извинюсь, если ты не прекратишь заговаривать мне зубы!

Я посмотрела в потолок, а Барсов продолжил издеваться:

– Это абьюз. У нас с тобой, Родионовна, абьюзивные отношения. Ты меня бьешь!

– Я тебя не бью, – устыдилась я.

Встретилась с его насмешливым взглядом и поправилась:

– Обычно за дело! И у нас с тобой нет отношений!

– Женщина, мы живем вместе, – округлил он глаза.

– Это оккупация. Совместное сожительство без разрешения владельца жилплощади. Так обычно вредители делают – заводятся и как начинают с тобой жить. Хоть дустом посыпай, хоть отравой трави, им все нипочем.

– Напомни мне, что есть в твоей квартире лучше еду из доставки. Кто тебя знает – траванешь еще.

– Никто не знает, – улыбнулась я так, что у Рината дернулись плечи, а брови стремительно уехали на переносицу.

Так-то! Не только у него язык без костей!

– Куда мы едем, Ринат?

– Да что ж такое? Я сказал: к бухгалтеру.

– Мы только что там были! Зачем ехать к другому, если эти тоже хороши?

– Затем, что я так сказал.

– Ты сказал? А с чего ты решил, что можешь принимать решения? – кажется, я начинала дымиться.

– С того, что я соображаю лучше.

– А я, по-твоему, плохо соображаю?

– Ты мыслишь нерационально, эмоционально, а поступаешь глупо. Очень глупо и опрометчиво, Арина! Ферштейн?

– Барсов!

– Что? В чем я не прав? – иронично уточнил он.

– Я тебя… тебя… Я с тобой… разговаривать не буду! И не смей меня больше целовать! Я пока еще замужем!

– Спорим, что ненадолго? На поцелуй, – кажется, я сумела довести Барсова…

Он достал мобильный, и, не обращая внимания на то, что я возражала, набрал чей-то номер и приказал:

– Сегодня же Арина Анатольевна Журавлева должна получить развод.

– Барсов! – возмутилась я.

Он бросил на меня быстрый взгляд и продолжил:

– Как хочешь, так и оформляй!

Отключил вызов, вдохнул и выдал:

– Ты сама этого хотела. Я тебе помог.

И пока я хлопала глазами, силясь подобрать слова, он с юзом развернулся, позерски припарковал машину и зло приказал:

– На выход.

– Не пойду! – пробурчала я, скрещивая руки на груди.

– Понял, иду сам причинять добро, – кивнул он, вылетая из салона на улицу.

Чеканя шаг, дошел до пассажирской двери, открыл ее и выдернул меня из машины, как репку.

Закинул на плечо и потащил к высокому зданию бизнес-центра.

– Барсов! – я замолотила сумочкой по его спине, но не тут-то было.

Он шел, не замечая преград, только вперед.

Возможно, на нас глазели, но мне было не видно. Перед глазами мелькал асфальт, который позже сменился дорогим белым кафелем.

– Барсов, я тебя убью, – прокряхтела я, когда он вызвал лифт.

Мы зашли в кабину лифта, Ринат нажал кнопку, двери закрылись, а я взмолилась:

– Поставь меня на ноги.

– Не поставлю, ты драться будешь, – отрезал он.

И ведь даже не запыхался, засранец!

Лифт звякнул, оповещая, что мы приехали. Барсов вышел в коридор, продолжая свое шествие со мной на плече, но был остановлен звонким:

– Ринат…

Голос девчачий, звонкий, молодой.

– Луша, привет. И пока.

– А-а-а-а, – девушка явно растерялась, – это кто с тобой?

– Лазутчицу поймал, – легко ответил Барсов, – хотела под шумок важные данные утырить. Вот, на допрос несу.

– Поставь девушку на ноги! – потребовала та, кого он назвал Лушей.

– Не могу, она дерется и все время норовит сбежать. Луша, по-братски, отойди.

– Барсов, поставь меня! – потребовала я и снова заерзала у него на плече.

– Терпи, Родионовна, немного осталось, – «ободрил» он меня, продолжая свой путь.

– Роди… – вылетело у девушки удивленное, но Ринат быстро ее обошел.

Мы подошли к деревянной двери с табличкой «Бухгалтерия», Ринат поставил меня на ноги и уточнил:

– Мне вызывать охрану или мы временно перестанем играть в догонялки?

– Перестанем, – сквозь зубы пообещала я, горя желанием снова надавать ему по глупой голове, но усилием воли порыв сдержала.

Пока я поправляла волосы, налипшие на лицо, Ринат постучал костяшками пальцев и вошел в кабинет со словами:

– У себя?

Взял меня за руку и снова потянул за собой.

В большой комнате стояло несколько столов, за каждым сидело по нимфе. И все дружно смотрели на Рината взглядами, полными обожания.

Когда они заметили меня, мне показалось, что я слышу злобное змеиное шипение. Пять женских пар глаз скрестились