Недотрога для ректора. Академия Даркайна - Алина Панфилова

– Так это же здорово! – обрадовалась я, но мама не разделяла моего энтузиазма.

– Странно всё это, учитывая, что Залар… – она поморщилась и мотнула головой, прогоняя тягостные воспоминания. – Но что я могла сделать? Надеюсь, его там не обидят.

– Мам, это правда! – призналась я, решив открыть ей часть нашего уговора с Орхардом. – Ректор обещал посодействовать Эвару с поступлением! Всё идёт как надо!

На усталом лице отразилась мимолётная надежда, но она не спешила радоваться:

– Будь осторожна, Эверли. Я плохо знала Даррайна, но слышала, что он никогда не был хитрецом. И тем не менее всё это очень подозрительно. Слишком много хорошего сразу. Так не бывает.

Мы проговорили ещё пару часов. Мама рассказывала о своих заботах, я – об академии, благоразумно умалчивая обо всех неприятных моментах. Время пролетело незаметно, и когда я взглянула в окно, город уже мягко накрывали сумерки.

– Мне пора, – вздохнула я, поднимаясь с места. – До отбоя должна вернуться, иначе Орхард меня отчислит.

Небо быстро темнело, когда я шагала по знакомым улочкам обратно в академию. Фонари ещё не зажгли, и тени становились всё гуще.

Но настроение было приподнятое – день удался на славу!

Однако на полпути что-то заставило меня насторожиться. Шея и руки покрылись колкими мурашками, а меж лопаток я то и дело чувствовала чей-то взгляд.

Не выдержав, я остановилась и обернулась, вглядываясь в темнеющий проулок.

Вроде бы никого

Странно. Показалось?

Я прибавила шаг, прикидывая, что до главной улицы, ведущей в академию, осталось совсем чуть-чуть, но ощущение не проходило.

Кажется, за мной следят.

Глава 34

Не выдержав, я рванула с места. Низкие каблучки выбивали гулкую дробь по булыжной дороге, а мыски в темноте так и норовили провалиться в широкие щели между камней.

“Хоть бы успеть выбежать к людям, – мысли скакали в голове как кузнечики в зарослях осоки. Волосы у лица взмокли и неприятно облепили щёки, норовя залезть в глаза. – Знала же, что опаздываю, зачем полезла срезать путь через эти проклятые переулки?”

Ноги подрагивали, а в горле напрочь пересохло. Впереди замаячила освещённая дорога, откуда доносился шум экипажей и голоса прохожих.

Умничка, Эверли!

Ещё чуть-чуть!

Когда до спасительной улицы осталось пробежать всего два дома, из-за угла мне наперерез метнулся незнакомец. Чёрная одежда, закрытое лицо – точь-в-точь как те, что напали на нас с Орхардом!

Я ринулась вбок, желая оббежать возникшее препятствие, но он проявил чудеса ловкости:

– Тихо, – прошипел, схватив меня за талию и зажимая рот ладонью. – Рыпнешься – тебе же хуже.

Как бы не так!

Но тщетно. Он оказался не только ловок, но и силён. Подхватил меня на руки, как куклу, и поволок прочь в узкий проём между домов.

Сердце молотило так яростно, что каждый удар отдавался в висках, уши пронзил оглушающий звон! От ладони воняло застарелым табаком, и меня едва не вывернуло наизнанку!

Мерзавец втащил меня в тёмный двор за ржавыми, железными воротами, где меня поджидали ещё трое в чёрном. При виде их у меня вмиг подкосились ноги.

Они явно не оставят меня в живых. И ладно бы сразу убьют… Что, если сперва решат отомстить за убитых Даррайном подельников?

Гад с вонючими руками толкнул меня в спину, и я чудом извернулась, чтобы не расшибить колени. Быстро перебирая руками, поползла как можно дальше, а они застыли, пристально наблюдая за каждым моим движением

– Эверли Дельвиг, – бросил один из них с леденящим спокойствием. Голос был низким, но каждый звук был пропитан нешуточной угрозой. – Не надо кричать. Мы не причиним тебе зла и всего лишь хотим поговорить.

Всего лишь?

– Для простого разговора людей не похищают, – запинаясь, пробормотала я, поднимаясь на ноги. Взгляд метнулся по сторонам, высматривая лазейку для побега – может, получится проскользнуть между ними?

Но как я преодолею высокие, закрытые ворота?

– Полегче, девочка, – ядовито хмыкнул тот, что стоял справа, и голос показался мне смутно знакомым. А может, его исказила плотная ткань, закрывающая рот? – Выкинешь глупость – и твой брат серьёзно пострадает. Представь, как будет убита горем безутешная мать?

При упоминании Эвара в жилах заледенела кровь. Дыхание сбилось, а руки сами собой сжались в кулаки, впиваясь ногтями в кожу ладоней.

Ударили по самому больному!

– Что... что вам от меня надо? – просипела я, едва протискивая слова через пересохшую гортань.

Тот, кто меня схватил, вышел вперёд и сложил руки на поясе:

– Нам нужна твоя любовь, Эверли, – глумливо отозвался он, а затем продолжил серьёзным тоном. – Твоя любовь к отцу. Залар любил тебя как... – подонок резко умолк, будто ляпнул лишнего. – Как отец может любить единственную дочь. И пора почтить его память, Эверли. Заставить каждого уважать его имя. И вернуть всем нам то, что у нас отняли.

Я не верила своим ушам.

Даррайн был прав!

Но я не хочу ввязываться в сомнительные дела сомнительных людей, я хочу учиться! Поэтому замотала головой так яростно, что она аж закружилась:

– Я вас не знаю и не собираюсь помогать кому попало! И я не одобряю поступков папы, между прочим я этого даже не скрываю! Его Величество справедлив и лоялен ко всем, кто соблюдает законы, так что отпустите меня и оставьте в покое! Тогда я никому не расскажу о встрече с вами.

Ответом мне стал долгий, продолжительный смех, от которого волосы встали дыбом, а, колючие мурашки пробежали вниз по позвоночнику.

– Не переживай, – отсмеявшись, вновь заговорил тот незнакомец. – Мы не заставим тебя нарушать законы, Эверли. Всё, что нам надо – чтобы ты делилась с нами некоторой информацией. Например, почему тебя всё чаще видят в компании Орхарда? Неужто ты задумала обелить репутацию, забравшись в постель того, кто отправил папочку на смерть?

Что?

От возмущения кровь бросилась в лицо! Чтобы я и Даррайн?

Боже упаси... Да у меня и мыслей-то подобных не было!

– Как вам не стыдно говорить такое? –