Портал к твоему сердцу, или Аукцион с последствиями - Ектерина Верхова

Соображалось с трудом. После сон-травы мозг больше походил на кашу. Причём переваренную.

– Ты в опасности.

Я хотела усмехнуться. Выдать какую-нибудь едкую реплику, что в опасности себя чувствую именно из-за его прихода. Но вместо этого невольно затаила дыхание.

– Конкордиум? – тихо.

Он кивнул.

– На твою бабушку была совершена попытка покушения, но ей удалось исчезнуть, скрыться в старом поместье тайной канцелярии на севере города. Она ждёт тебя там. Просила забрать тебя, надо успеть до рассвета.

Бабушка? Скрылась? Покушение? Тайное поместье?.. Что происходит?!

– Я работаю на Тайную канцелярию, – напомнил Лор, будто это был последний козырь. – Меня отправили забрать тебя. Она знала, что ты не поверишь кому угодно.

Сон-трава скручивала мои мысли в тугой комок. В голове шумело, всё казалось нереальным, будто я всё ещё спала. А Лор тараторил дальше:

– Ты не можешь остаться здесь. Уверен, часть твоей стражи уже подкуплена Конкордиумом. Проверять – опасно. Я едва пробрался сюда. Уходить нужно немедленно.

Он достал маленькую коробочку, щёлкнул крышкой. Там, на бархатной подушке, лежало кольцо – тяжёлое, массивное, с гербом рода фон Арлен. Лор всучил его мне.

Моё дыхание сбилось.

– Она сказала, что если ты не поверишь, то надо показать тебе это.

Я смотрела на кольцо и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Бабушка никогда бы не сняла его. Только если… только если всё действительно было настолько плохо.

А вдруг он врёт? Вдруг это какой-то спектакль? Как он вообще попал в дом, мимо охраны? Или… охрана и правда больше не моя?

Может, и стоило закричать. Позвать стражу. Устроить скандал и заставить его уйти. Или врезать по его наглой физиономии.

Но я не шевельнулась.

Может, потому что боялась ошибиться. Потому что если Лор говорит правду, а я останусь, то…

– Дай мне десять минут, – хрипло сказала я наконец.

Я осталась наедине с кольцом, страхом и дурманом сон-травы…

Собиралась я в спешке. Конный костюм, утеплённый плащ, ридикюль через плечо – всё хватала на автомате, как будто не я это делала, а чей-то загнанный двойник. Мысли путались.

Лор торопил меня, стоило мне выйти в коридор – повёл к выходу через заднюю дверь.

На лестнице я слышала лязг – то ли оружия, падающего тела в латах, то ли и того, и другого. Это заставило меня ускориться. Страх за бабушку, за себя – он тоже подталкивал вперёд.

У заднего входа уже ждали два коня. Один – гнедой, второй – серый в яблоках. Я взобралась в седло с привычной лёгкостью, пусть в ушах всё ещё звенело от сна и тревоги. За горизонтом начинал пробиваться рассвет, окрашивая тучи в холодный стальной цвет – как будто сама природа подыгрывала настроению абсурдной и пугающей пьесы, в которой я вдруг оказалась.

Лор что-то сказал про объездной путь, про то, что надо держаться в стороне от главных дорог, но я почти не слушала. Глаза слезились от встречного ветра, в ушах шумело. Мы скакали сквозь темноту, пока город не остался позади.

Поместье тайной канцелярии… Прекрасно. Звучит, как приглашение на бал, где гостей подают с гарниром. Надеюсь, я не окажусь главным блюдом.

С каждой минутой лес вокруг становился всё гуще, и я чувствовала, как сердце сжимается.

Когда впереди показалось здание, внутри у меня всё похолодело от дурного предчувствия. Поместьем это можно было назвать с большой натяжкой. Мрачное, угрюмое строение из тёмного камня, с высокими узкими окнами и облупленными карнизами, казалось, вынырнуло из кошмара. Крыша нависала над карнизами, как хмурый лоб, и в каждой детали чувствовалась враждебность. Лор уверенно направил коня к небольшому навесу сбоку – судя по креплениям и остаткам сена, место для привязи. Мы спешились, и я заметила, как он с ловкостью закрепил поводья.

Я последовала за ним к массивной деревянной двери. Та скрипнула, открывая нам путь в тёмный холл, пахнущий сыростью, пылью и чем-то ещё – металлическим. Как кровь. Тело пробрала дрожь, и я мысленно выдала себе медаль за то, что малодушно не развернулась и не сбежала.

Внутри было холодно и тихо, только наши шаги отдавались гулко и пусто. Под сводами висели редкие тусклые светильники, да и те будто старались не освещать ничего лишнего.

– Бабушка? – позвала я, вслушиваясь в тишину. Мой голос прозвучал непривычно высоко.

В ответ – ничего. Ни шагов, ни шороха, ни даже скрипа старых половиц. Только гулкое эхо звучало насмешливо.

– Она ждёт тебя наверху, – сказал Лор, и его голос прозвучал почти успокаивающе. Почти.

И тут мне следовало бы насторожиться. Или хотя бы обдумать происходящее. Но мозг по-прежнему плыл в сонном тумане, и пока я пыталась сформулировать хотя бы одну внятную мысль, ноги уже несли меня вверх по лестнице.

Ступени были крутыми, вытертыми в центре, и под ногами неприятно поскрипывали. Ещё шаг. Ещё. Сердце стучало всё громче. Я поднималась, не оглядываясь. Просто хотела скорее увидеть бабушку, чтобы всё это – тёмное поместье, холод, страх – растворилось.

Но вместо этого я почувствовала резкий, острый удар по затылку. Мир дрогнул, я пошатнулась и начала падать. Последнее, что я ощутила перед тем, как сознание погасло, – как иолит на моей груди вспыхнул жаром, а браслет на запястье стал ледяным.

Очнулась я от нестерпимой боли в голове. Всё тело ныло, руки были связаны, и, судя по всему, я находилась в каком-то подвале или темнице. Запах сырости, плесени и старого железа – прелести, которые каждый уважающий себя подлец считает необходимыми в интерьере подземелий.

Сознание медленно прояснялось. Я вспомнила лязг стали, утреннюю серость, спешку, кольцо бабушки в руках Лора.

Он солгал.

И я купилась.

Гнев поднимался волной, раскатываясь в груди всё громче, всё острее. Это была ловушка. Я оказалась в лапах Конкордиума, и именно Лор заманил меня сюда. По доброй воле.

Прямо напротив, с ленивой ухмылкой на губах, сидел сам Греймейн. Он небрежно ковырялся ножичком в ногтях.

– Доброе утро, солнышко, – протянул он. – Выглядишь, как будто прокатилась по булыжникам. Что, собственно, недалеко от истины.

– Ты лгал, – сказала я хрипло, но твёрдо. – И о бабушке, и о тайной канцелярии.

Он хмыкнул. Видимо, был доволен собой до безобразия.

– Ну что ты. Разве можно назвать это ложью? Я просто… приукрасил реальность. Чтобы ты сделала нужный выбор.

Хотя бы бабушка в порядке. Эта мысль, как хрупкий костёр в морозную ночь, грела и не давала впасть в настоящую панику.

– Не слишком-то ты благодарна за то, что я спас тебя от столь вредной