Императрица без маски - Ли Ан

Эволюция отбора. Даже миры способны к обучению.

— А были другие неудачи?

— Инженер из Ленинграда, за пять лет до меня. Не справилась с психологической нагрузкой. — Голос стал тише, печальнее. — Диссоциация личности, потом полный распад. Мир отпустил её — она просто исчезла однажды ночью. Надеюсь, нашла покой.

Диссоциативное расстройство как защита от невыносимой реальности. Психика не выдержала раздвоения между памятью о прошлой жизни и новой реальностью.

— Вы пробовали вернуться домой?

— Первые пять лет только об этом и думала. — Горькая усмешка. — Искала порталы, изучала межпространственную магию, даже пыталась воссоздать условия перехода. Бесполезно. Портал работает только в одну сторону. Как родовой канал — можешь родиться, но не можешь вернуться.

Моё сердце сжалось. Физически почувствовала холод в груди.

Значит, я здесь навсегда. Навсегда.

— Вижу, вы расстроены. — Её голос стал мягче, терапевтически-успокаивающим. Она тоже научилась читать людей за эти годы. — Но подумайте рационально — что вас ждало там? Старость в одиночестве? Болезни? Постепенное угасание в доме престарелых?

— Откуда вы...

— Мир выбирает тех, кому нечего терять, но есть что дать. — Она наклонилась вперёд, взгляд стал интенсивным. — Я была вдовой с неоперабельным раком лёгких, третья стадия. Полгода жизни максимум. Вы — одинокий психолог-пенсионер, умершая во сне от инфаркта. Третья, когда придёт, тоже будет из сломленных. Мир милосерден по-своему — даёт второй шанс тем, у кого не осталось первого.

Она права. Рационально, логически, статистически права. Но эмоционально...

— Это всё равно тяжело. Знать, что не можешь вернуться.

— Знаю. — Она накрыла мою руку своей. Тёплая, сухая, с мозолями от работы. Руки человека, который не сдался. — Но знаете что? Мы можем помочь друг другу. Создать здесь что-то вроде семьи. И когда придёт третья — поможем ей. Я за двадцать лет накопила знания об этом мире. Вы привнесли свежий взгляд и невероятные изменения за несколько месяцев. Третья принесёт что-то своё.

— Что именно?

— Судя по паттернам — техническое мышление. Первая триада: историк, врач, архитектор. Вторая: философ, биолог, программист. Мы с вами: физик и психолог. Логично, что третья будет из технической сферы. Инженер-системщик, возможно. Или специалист по логистике. Мир нуждается в структурном мышлении.

Паттерны. Всегда есть паттерны. Мир отбирает души не случайно, а по потребности.

— Вы основали школу?

Её лицо озарилось гордостью. Как у матери, рассказывающей об успехах ребёнка.

— Тайную школу для девочек. Тридцать учениц. Учу их физике, химии, биологии. Базовой математике. Критическому мышлению — это самое важное. Вы можете учить психологии, социологии, медиации конфликтов.

Распространение знаний. Образование. Это может изменить мир радикальнее любой революции.

— Но магия...

— Магия и наука не противоречат друг другу! — Её глаза загорелись энтузиазмом учёного. — Магия — просто другая форма энергии, подчиняющаяся своим законам. Я даже вывела несколько формул. Смотрите!

Она вскочила — резво для своего возраста — и притащила стопку тетрадей. Обычные школьные тетради в клетку, исписанные убористым почерком. Формулы, диаграммы, графики. E=mc² адаптированное под магическую энергию. Законы сохранения магического импульса. Теория магических полей.

— Это невероятно! Вы создали научную теорию магии!

— И это только начало. Но для полной картины не хватает третьего элемента. Системы, которая свяжет всё воедино. Физика даёт законы, психология — понимание восприятия, но нужна ещё структура. Архитектура знания.

"Она права," вмешался Аурум, приподнимая голову. "Знания всегда побеждают грубую силу. Вопрос времени. Драконы правили силой и проиграли. Люди победили знанием. А триада душ из вашего мира может ускорить эволюцию."

— Мне нужно подумать обо всём этом.

— Конечно. Информации много, шока тоже. Но вот вам подарок.

Она протянула мне книгу. Самодельный переплёт, но качественный. На обложке по-русски, печатными буквами: "Записки путешественницы между мирами. Инструкция по выживанию."

— Мои мемуары. И практическое руководство для будущих "гостей". Особенно для третьей — ей будет тяжелее всего.

— Почему тяжелее?

— Мы с вами прожили жизнь. У нас есть опыт потерь, принятия, мудрость возраста. Третья будет молода — лет тридцать-тридцать пять максимум. Достаточно взрослая, чтобы иметь знания и опыт, но недостаточно зрелая, чтобы легко принять смерть и перерождение. Кризис среднего возраста, помноженный на межмировой переход — адская смесь.

Она права. В тридцать пять человек ещё полон планов, надежд, привязанностей. Смириться с потерей всего этого...

Я взяла книгу, прижала к груди. Вес знания, опыта, понимания.

— Спасибо. За всё. За ответы, за честность, за... за то, что я не одна в этом безумии.

— Мы никогда не одни, Елена Марковна. Даже когда кажется иначе. И когда придёт третья, мы встретим её вместе. Поможем принять, адаптироваться, найти своё место.

— Я помогу. Обещаю.

— Знаю. Вы психолог — для вас помогать людям не работа, а способ существования.

Она проводила меня до дверей. У выхода остановилась, словно вспомнив что-то важное.

— Елена Марковна, есть признаки приближения третьей. Магические бури участятся — уже начались, вы заметили? И вы... вы увидите её во сне. Как я видела вас за месяц до вашего прихода.

— Вы меня видели?

— Каждую ночь последние недели перед вашим появлением. Седая женщина в белом халате, уставшая, но с невероятно добрыми глазами. Стоит у окна больницы и смотрит на дождь. Я знала — вы та, кто нужен этому миру. И не ошиблась.

Она обняла меня — крепко, по-матерински. Пахнет мелом и книгами — запах учителя.

— Удачи, Елена Марковна. И помните — мы не жертвы обстоятельств. Мы архитекторы изменений. Триада душ, меняющая целый мир. Это ли не достойная миссия для второй жизни?

Выходя из башни, я оглянулась. Марина Петровна стояла в дверях — маленькая фигурка на фоне древних камней. Махнула рукой, улыбнулась. И в этот момент я поняла — у меня снова есть семья. Странная, разбросанная по времени и пространству, но семья.

И скоро она пополнится третьей. Интересно, какой она будет?

Глава 20: Решение

Обратная дорога прошла в молчании. Не неловком — понимающем. Кайрон чувствовал моё настроение с той обострённой интуицией, которая развивается у людей, переживших травму. Он не лез с вопросами, просто ехал рядом, изредка касаясь моей руки — проверял, что я всё ещё здесь, не растворилась в воздухе.

Периферическим зрением я замечала его взгляды — быстрые, тревожные. Зрачки расширены, дыхание чуть учащённое. Классические признаки