Императрица без маски - Ли Ан

Только когда мы остановились на ночлег в придорожной таверне — скромной, но чистой — он наконец решился. Ждал, пока слуга принесёт ужин и уйдёт. Пальцы барабанили по столу — нервный тик, который он обычно контролировал.

— Ты узнала, что хотела?

Голос ровный, но я слышала подтекст. "Ты уходишь? Ты оставишь меня?"

— Да.

— И?

Пауза. Он сглотнул — кадык дёрнулся. Готовится к удару.

— Я не могу вернуться. Физически невозможно. Портал работает только в одну сторону.

Он выдохнул — резко, словно его ударили в солнечное сплетение. Но это был выдох облегчения. Плечи опустились, напряжение в челюсти ослабло. Радость в глазах, которую он пытается скрыть — не хочет выглядеть эгоистом, радующимся моей невозможности уйти.

— Ты расстроена?

Вопрос осторожный. Он готов утешать, но боится сказать что-то не то.

Я задумалась, анализируя собственные чувства. Сложная смесь эмоций — грусть, принятие, и странное облегчение.

Расстроена? Нет. Скорее... освобождена. Как пациент, который годами боялся диагноза, и наконец его услышал. Страшно, но определённость лучше неизвестности. Теперь я знаю — это не временно. Это моя жизнь. Моя вторая, странная, невозможная жизнь.

— Нет. Теперь я знаю, что моё место здесь. С тобой. С империей. С драконом, который храпит как паровоз.

"Я не храплю!" возмутился Аурум из своего угла. "Это медитативное дыхание древних!"

Кайрон обнял меня — резко, порывисто, словно боялся, что передумаю. Лицо зарылось в мои волосы, чувствую его дыхание на шее.

— Я боялся потерять тебя. Когда ты вошла в ту башню... я считал минуты. Был готов сжечь всё к чертям, если бы ты не вышла.

Деструктивный паттерн реагирования на страх потери. Но он учится контролировать импульсы. Прогресс.

— Не потеряешь. Я никуда не уйду. Застряла тут с тобой навечно.

— Навечно — это прекрасно звучит.

Он целовал мою шею, и я уже готова была поддаться моменту, когда...

"Трогательно до тошноты," фыркнул Аурум, резко поднимая голову. "Но у нас проблемы. Большие проблемы."

Кайрон мгновенно переключился в боевой режим. Рука на рукояти меча, тело развернулось к двери — готов к атаке.

— Какие?

"Чувствую запах крови. Много крови. И гари. И... страха. Детского страха. Впереди, миль пять."

— Засада?

"Нет. Хуже. Бойня. Деревня впереди... была атакована. Недавно. Пепел ещё тёплый."

Мы не сговариваясь бросились к лошадям. Седлали в темноте, руки двигались автоматически.

Деревня — вернее, то что от неё осталось — встретила нас запахом смерти. Сладковатый, тошнотворный запах горелой плоти, смешанный с дымом и чем-то ещё — металлическим запахом пролитой крови.

Дома сожжены. Не просто подожжены — выжжены дотла, методично. Тела повсюду, разбросанные как сломанные куклы. Мужчины с оружием в руках — пытались защищаться. Женщины, прикрывающие собой детей. Старики у порогов своих домов.

Профессиональная деформация заставила меня отмечать детали. Лица застыли в выражении ужаса — смерть пришла быстро, но не мгновенно. Они видели свою судьбу. Некоторые тела обезглавлены — ритуальное убийство? Или просто жестокость?

— Кто это сделал? — прошептала я, борясь с подступающей тошнотой.

В прошлой жизни я видела фотографии геноцида, работала с беженцами. Но одно дело — фотографии, другое — реальность. Запах. Мухи. Застывшие глаза ребёнка, смотрящие в никуда.

Кайрон присел на корточки, осматривая следы. Профессиональный взгляд воина, привыкшего читать поле боя.

— Не восточные. Техника другая. Восточные используют яд и скрытность. Это грубая сила. Топоры, не мечи. И магия... дикая магия. Это...

"Северные варвары," закончил Аурум, принюхиваясь. "Чувствую их вонь. Дикую, необузданную магию крови. Они упивались убийством."

— Но они не нападали уже десять лет! Договор...

— Значит, что-то изменилось. Новый вождь? Или...

Его голос оборвался. Мы оба подумали об одном — кто-то натравил их. Война на два фронта.

И тут я услышала звук. Слабый, едва различимый. Всхлип? Или показалось?

— Тише! Там кто-то живой!

Бросилась к завалу, который когда-то был домом. Руками разгребала обломки, не обращая внимания на занозы и порезы. Кайрон помогал, отбрасывая тяжёлые балки.

Под обломками, в импровизированном укрытии из упавших брёвен, мы нашли девочку. Лет пяти, не больше. Тёмные волосы слиплись от крови — не её, чужой. Платье порвано, но она цеплялась за куклу — тряпичную, самодельную.

— Тише, малышка, — прошептала я, переключаясь на терапевтический голос. Низкий, мягкий, обволакивающий. — Ты в безопасности. Меня зовут Лена. А тебя?

Она подняла глаза — карие, огромные от ужаса. Зрачки расширены — шок. Дыхание поверхностное, пульс на шее частит. Острая стрессовая реакция, возможно начало ПТСР.

— Мама... мама сказала прятаться... плохие люди пришли... мама ушла...

Диссоциация. Она говорит о матери в прошедшем времени, но не может произнести слово "умерла". Психика защищается от невыносимой правды.

— Как тебя зовут, солнышко?

— Лина...

Лина. Почти как Лирана. Совпадение? Или знак?

— Лина, ты поедешь с нами. Хорошо? У тебя есть куколка, она тоже поедет.

Она кивнула, вцепилась в меня мёртвой хваткой. Маленькие пальчики впились в моё платье так сильно, что побелели костяшки.

Кайрон методично осмотрел остальные дома, но мы оба знали — выживших больше не будет. Варвары были основательны.

— Нужно возвращаться. Срочно. — Его голос был жёстким. Император, а не муж. — Если северные варвары начали набеги, а восток всё ещё угрожает...

— Это война на два фронта. Классическая ловушка. Растянуть силы, ударить с двух сторон.

— Да. Империя не готова.

Я прижала к себе девочку. Она дрожала — мелкой, постоянной дрожью переохлаждения и шока. Завернула её в свой плащ.

Вот и первое испытание моего решения остаться. Не драконы и дворцовые интриги, а настоящая война. Кровь, смерть, сироты. Смогу ли я?

Смогу. Должна. Потому что если не я с моими знаниями, то кто?

— Едем. У нас много работы.

Усадила Лину перед собой в седло. Она прижалась ко мне, как котёнок ищущий тепла.

— Больно будет? — прошептала она.

— Что, милая?

— Когда плохие люди придут снова?

Что ответить ребёнку, который уже познал худшее? Солгать, что всё будет хорошо? Или подготовить к правде?

— Я не дам им тебя обидеть. Обещаю.

Обещание, которое не уверена, что смогу сдержать. Но иногда ложь во спасение необходима.

На горизонте собирались тучи. Чёрные, тяжёлые, беременные грозой. Воздух наэлектризован — волоски на руках встают дыбом. Буря приближалась. Буквально и метафорически.

Но я была готова. Мы были готовы.