Мистер Невыносимость - К. Граф

Я проинспектировала своё отражение в зеркале и установила, что всё могло быть и хуже. Опухоль почти спала, правда синяк на щеке переливался всеми цветами радуги. Но в целом я выглядела как обычно, разве что настроение подвело. Прошедший день выдался на редкость пакостным, тут даже мой хронический пофигизм мне не помогал.

Завтрак в номер мне принесла Жасмин, позаботившись также о холодной грелке для моей щеки. Она сообщила, что Лоурен рано утром улетел в Берлин.

Меня это страшно разозлило. Он даже не предупредил, что собирается свалить без меня! Я понимаю, что мы, можно сказать, повздорили, но всё же бросать меня таким образом – откровенное нахальство!

Нам с Жасмин он велел оставаться на Капри, и только на следующее утро мы должны были вылететь домой. Я хотела вернуться как можно раньше, а в итоге застряла на острове.

Жасмин пыталась примирить меня с его решением, объясняя, что он заботится о моём здоровье и посчитал необходимым дать мне немного передохнуть.

Ну да, конечно, заботится он! Он просто сделал так, как удобно ему, вот и всё!

Жасмин провела весь день возле меня. Она тряслась надо мной, как над младенцем. Это было мило с её стороны, но в такой заботе я не нуждалась. Мои руки и ноги были целы, и я вполне могла сама со всем справиться. Да и вообще, мне хотелось побыть одной, чтобы переварить всё произошедшее за последние дни. Но приказы Лоурена не обсуждались, и поэтому она крутилась возле меня как заводная, удаляясь разве только чтобы сходить в туалет.

Темы вчерашнего происшествия мы не касались совсем. Жасмин не задала мне ни единого вопроса. Наверное, тоже по приказу Лоурена. Единственное, о чём она вскользь упомянула, что Джим, так же как и Лоурен, покинул Капри.

Ночевала Жасмин в моём номере, в бывшей комнате Лоурена. Я вздохнула с облегчением, когда она наконец-то пошла спать, но в эту ночь сон ко мне не пришёл. Я до рассвета лежала в своей кровати, погружённая в мрачные мысли, после чего собрала вещи, приняла душ и приготовилась к отъезду.

Я снова летела самолётом, принадлежавшим Лоурену. В аэропорту меня забрал водитель. Жасмин поехала сразу на работу, а меня привезли к нему на квартиру. Я хотела, чтобы меня отвезли домой, но водитель отказался наотрез и не слушал мои доводы.

– Господин Гроссмайер чётко выразился доставить вас к нему домой, ничего не знаю, – отвечал он неумолимо на все мои уговоры.

Водитель даже не погнушался эскортировать меня до входной двери. Добросовестный оказался работник! Он занёс мою сумку, и лишь тогда, когда я заперла за ним дверь, он ушёл.

Ну и ладно! Сейчас я всё равно могу сбежать, заодно прихватив остаток своих вещей. Я не хотела оставаться в квартире Лоурена ни одной лишней минуты, поэтому сразу побежала в гостевую комнату, которая временно принадлежала мне, и, покидав к привезённым вещам несколько книжек и оставшуюся одежду, помчалась на выход.

– Ну и куда ты собралась? – послышался грозный голос Лоурена у меня за спиной, когда моя рука уже дотянулась до ручки входной двери.

Я остановилась.

– Домой. Куда же ещё, – фыркнула я, разворачиваясь к нему.

– Насколько я знаю, Карина с Петером возвращаются только завтра вечером. Тебе там нечего делать одной!

– Я как-нибудь сама разберусь – не маленькая.

Отвернувшись, я снова потянулась к ручке, открывая дверь, но тут рука Лоурена с силой захлопнула её у меня перед носом прямо поверх моей головы. Меня аж передёрнуло от неожиданности.

– Ты никуда не пойдёшь, а останешься тут! – заявил он с неподвижным выражением лица. Его ладонь всё ещё удерживала дверь, отчего он стоял очень близко, опасно нависая надо мной.

Я развернулась, прислоняясь спиной к массивной деревянной поверхности, стараясь случайно не коснуться его.

Нахмурив брови, я хотела показать ему своё возмущение. Он не имел права мне приказывать, и запугивание меня однозначно выходило за рамки допустимого, но выглядел он весьма внушительно и устрашающе.

– Это не тебе решать!

– Не дури! – прорычал он. – Одной сейчас оставаться не лучшая идея!

– Если ты намекаешь на своего брата, то обещаю вызвать полицию, если он засветится возле моего дома.

После этих слов Лоурен с силой ударил кулаком по двери. Я инстинктивно зажмурилась. Похоже, он был зол, а сейчас я его ещё больше разозлила.

– Всё ещё шуточки шутишь! Я сказал, ты останешься тут, даже если мне придётся силой принудить тебя к этому! Но я тебе не советую!

– Вот сейчас ты такое же животное, как твой брат!

Я знала, что эти слова заденут его за больное. Но что мне ещё оставалось делать, чтобы защититься?

Я не ошиблась, в его глазах сверкнула неуверенность, но он быстро опомнился, схватил меня за локоть и потащил наверх. Я начала сопротивляться и вырываться, однако это ни к чему не привело. Лоурен был сильнее.

– Гадко использовать такие методы, пытаясь зацепить чувства человека, – произнёс он мрачно, впихивая меня в комнату. – Подостынь немного. Я позже приду, – после этих слов он просто закрыл дверь на ключ снаружи и оставил меня одну.

Невероятная наглость! Я бушевала, как вулкан! Кричала, что он подлец и мерзавец, и колотила ногами и руками в дверь, пока не устала. Я не могла дать ему достойный отпор. Я всегда проигрывала, и мне было горько это осознавать, настолько горько, что слёзы наворачивались на глаза.

Теперь я ещё и пленницей его стала! По нему точно психушка плачет, как и по его брату! Лоурен вообще не умеет решать проблемы, не прибегая к силе! Хотя тут нечему удивляться, если он сам рос в жестокости.

Через несколько часов он меня выпустил, и мы сели ужинать вместе. Лоурен заказал еду из ресторана на дом. Я жевала, молча глядя в тарелку. Как же мне хотелось его убить! Он совсем не замечал, что перегнул палку.

– Я хочу уехать домой. Отпусти меня, – сказала я спокойным тоном.

– Эта тема уже закрыта. Ты остаёшься тут, – возразил он.

– Не ты ли сказал, что мне лучше держаться от тебя подальше, – парировала я, – а теперь держишь меня в заточении?

– Не начинай снова детский сад! Я выразился ясно и понятно! Пока Карина с Петером не вернутся, тебе лучше побыть у меня! Потом делай что хочешь! Сейчас я за тебя отвечаю, поэтому сиди смирно!

– Ты деспот!

– А ты балбеска! Но я рад, что твои мозги снова встали на место и ты видишь меня таким, какой я есть! Не вздумай выкинуть глупость и приложи лёд к щеке, опухоль ещё не совсем сошла! – предупредил он, вставая из-за стола. – Я иду к себе в кабинет работать.

Лоурен почти не притронулся к еде, да и у меня аппетит пропал вконец.

После того как он ушёл, я в сердцах швырнула вилку в стену. Грудь жгло от возмущения, злости и непонятной обиды. Между нами снова настали холода, как в Антарктиде. Во мне словно что-то захлопнулось. Это был последний раз, когда я его слушаюсь. Впредь я возведу такую стену между нами, которую ничто не сломает! Даже если он станет ангелом, я буду ненавидеть его всегда!

Умывшись, я рухнула спать. Уснуть не составило труда, так как я всю ночь накануне не сомкнула глаз. Засыпая, я думала лишь об одном: как скорее исчезнуть из этого дурацкого дома, чтобы быть как можно дальше от мистера Невыносимость. Меня всё достало до чёртиков!

13

Мне было трудно дышать, грудь сдавило, словно в тисках. Запах гари, жжённой резины и бензина обжигали дыхательные пути. Я с большим усилием разомкнула тяжёлые веки. Моё маленькое, хрупкое