Остров порока и теней - Кери Лейк

С усилием я вытаскиваю нелепый нож, который дал мне Расс, радуясь, что мне не пришлось использовать его для самообороны, потому что я бы уже была мертва, пока вытаскивала эту чёртову штуку.

Когда я протягиваю его, сексуальные-глаза морщит нос, будто я его оскорбила, и кивает в сторону Тролля.

— Он возьмет его.

— Я хочу его обратно.

— Получишь, когда выйдешь из моего клуба.

— И как ты вообще узнал?

Ещё один взгляд сверху вниз.

— Кто, чёрт возьми, носит сапоги в это время года?

Туше.

— Я мог бы арестовать тебя за ношение такого уродливого оружия.

— Это подарок.

— Видимо, ты была очень особенной для этого человека.

— Если тебе интересно, мне нравятся уродливые вещи. Например, твоё поведение. Я могла бы послать тебя, но понимаю, что быть придурком — такая же часть твоей генетики, как и это красивое лицо.

Хотя мои слова должны его задеть, у него действительно до боли красивое лицо, и, судя по всему, это его совсем не задевает — он стоит с абсолютно невозмутимым видом.

Когда я отдаю нож, Тролль опускает руку, позволяя мне пройти, и, протискиваясь мимо мужчины в чёрном, я не могу не заметить, насколько он крупный и насколько давяще ощущается даже в своей расслабленной позе. Такое чувство, будто его взгляд только что полностью меня обыскал. Он явно больше, чем кажется, и я готова поспорить, что под поверхностью скрывается что-то тёмное.

— Как только найдёшь мальчика, я попрошу тебя немедленно покинуть помещение.

— Конечно. И кстати, я думала, что для входа в бар не обязательно быть старше двадцати одного.

— Не обязательно. — он проходит мимо, ни разу не вынимая рук из карманов, и мне приходится буквально заставлять себя не смотреть на его очевидно мускулистую задницу в этих брюках. — Туалет по коридору справа, — говорит он, прежде чем снова исчезнуть в тени.

Смех привлекает меня к двери слева, и, заглянув внутрь, я вижу Джастина, сидящего на коленях у женщины в ярком костюме с перьями, из-за которых она похожа на павлина. Сцена, как она его щекочет, могла бы показаться странной, если бы за ним не стояла его мать, скрестив руки и закатывая глаза, разговаривая с женщиной, стоящей ко мне спиной.

— Эй, вот ты где. — я вхожу внутрь, и передо мной открывается вся комната, заставленная туалетными столиками, с костюмами, развешанными повсюду, словно взорвалась стая птиц из пайеток.

— Кааарли! — визжит Джастин, увидев меня, и слезает с колен женщины. — Смотри, мам! Это Карли!

С неловкой улыбкой я машу Марсель, и уже через секунду женщина, с которой она разговаривала, поворачивается ко мне. Золотистая кожа с лёгким красноватым оттенком, короткое волнистое каре, хрупкая фигура и яркие ореховые глаза — всё это отзывается во мне горько-сладкой нотой.

У меня перехватывает дыхание.

Годы меняют людей, я это знаю. Но под всеми изменениями остаётся нечто неизменное — знакомое тепло, которого не касается время. Глядя на свою подругу из прошлого, я чувствую, как к глазам подступают слёзы. Так долго я хотела хоть что-то почувствовать.

И вдруг — чувствую всё.

— Ты! — любопытство, которое я заметила раньше, сменяется злостью, и она идёт ко мне, указывая пальцем. — Ты хотела просто… высадить её здесь, чтобы она взяла ключи и поехала домой? Когда очевидно, что она сейчас под кайфом! Ты вообще в своём уме?

— Бри! Не смей говорить так, будто я младше тебя.

Её сестра резко поворачивается.

— Ты вообще не имеешь права говорить. Пока не протрезвеешь. Ты отменена, Марсель, так что молчи!

— Слушай, я не собираюсь влезать в ваши семейные разборки. Я просто пыталась помочь.

— Помочь? Помочь — это отвезти её домой, а не привезти в стрип-клуб с ребёнком!

— Во-первых, похоже, для этого ребёнка это не первый раз, а во-вторых, я не знала, что она или ты работаете в стрип-клубе. Я просто везла её к тому, кто мог бы помочь. А судя по всему, ты её сестра?

Бри открывает рот. Закрывает. Снова открывает, как…

— Ты выглядишь как рыбка, тётя Бри! — выкрикивает Джастин, и я кусаю щёку, чтобы не засмеяться.

Бри зажимает переносицу, и по её движению я понимаю — она тоже пытается не рассмеяться.

— Ладно. Мне нужно пятнадцать минут. Миранда подменит меня. Ты можешь подождать? Я отвезу вас с Джастином домой.

— Ладно, — отвечает Марсель, скрестив руки. — Машину тоже придётся тащить. Стартер, похоже.

Бри снова смотрит на меня.

— Ты механик?

Я качаю головой.

— Мой… «папа» был. Я помогала ему чинить машину.

— И сколько это стоит?

— Я не… уверена. У нас это было бесплатно. Думаю, может, пару сотен?

Её глаза расширяются.

— Пару сотен? Серьёзно?

— Может, меньше. Я не знаю. Забудь, я не разбираюсь. Слушай, если хочешь, я занесу продукты, и мы разойдёмся. Мне нужно ехать.

— Где ты остановилась?

— Эм… я не, э… я…

— Я просто спрашиваю, потому что хочу сделать что-нибудь приятное за помощь, а наличных у меня сейчас нет.

— О. Не… не беспокойся об этом. Мне не нужны твои деньги. — я зажмуриваюсь и качаю головой. — Я не имела в виду, что твои деньги грязные. Я не это имела в виду.

— Марсель сказала, что ты из Мичигана.

Я сказала ей Мичиган? Господи, мне нужно внимательнее следить за тем, что я говорю.

— Да, где-то в Мичигане.

— Ты любишь рис с подливой?

— Вместе? Конечно. Наверное. Типа… отсюда?

Я не знала, что в стрип-клубах подают рис с подливой. Кажется, это было бы грязным блюдом для такого места.

Бри посмеивается, и этот звук уносит меня в детство, когда мы сидели на ветках дуба.

Я улыбаюсь ей в ответ.

— Нет. Мы не подаём здесь рис с подливой. Это заведение уровня филе-миньон. Я хочу, чтобы ты заехала ко мне домой, и я приготовлю тебе его. За помощь. Это не так хорошо, как у бабули, но тоже неплохо. Может, заедешь на этой неделе?

Южане — странный народ. Не могу сказать, что когда-либо сама приглашала незнакомца к себе домой — когда вообще жила в доме.

— Спасибо