Мои маленькие тайны - Виктория Александер

— Кто знает… — Леди Дануэлл пожала плечами. — Что же касается причины моего визита, похоже, я чувствую себя в долгу перед вами.

Эвелин усмехнулась.

— А мне казалось, что я вам не нравлюсь.

— Что вы, вовсе нет. — Берил сделала глоток. — Но, с другой стороны, я вас совсем не знаю.

— Тогда о каком долге вы говорите?

— Возможно, долг — неудачное слово. — Она задумалась. — Просто я подумала, что если бы мой муж начал врываться в гостиничные номера, подозревая меня в неверности, я предпочла бы об этом знать. И я надеюсь, что, если до этого дойдет, кто-нибудь даст мне знать. — Леди Дануэлл устремила на Эвелин тяжелый взгляд. — Особенно если я невиновна.

Эвелин прикусила губу и не сказала, что ее виновность или невиновность никоим образом не касается леди Дануэлл. Хотя ей очень хотелось. Вместо этого она, подумав, проговорила:

— Тогда примите мою благодарность.

— Более того, хотя я не возражаю против сплетен, тем более если они не обо мне, не хотелось бы, чтобы мой супруг узнал, как меня застали еn flagrante[3]в отеле. Ему это не понравится.

— Мне казалось, что вы с мужем ведете независимую жизнь.

На красивом лице леди Дануэлл появилась мечтательная улыбка.

— Как хорошо сформулировано. Мне нравится. Остроумно. Пожалуй, возьму на вооружение. Несмотря на нашу взаимную независимость, мы пришли к соглашению относительно определенных границ.

— Вы можете не беспокоиться, — холодно сказала Эвелин. — Эдриен никогда и никому не расскажет об этом инциденте. Хотя теперь я понимаю, почему он ничего не сказал мне.

— Надеюсь. Но мужчины хуже женщин, когда доходит до болтовни в кругу друзей. Один поделится с другим, попросит сохранить тайну, потом другой… — Леди Дануэлл сделала еще глоток чаю. — Правда, Эдриен явно смутился из-за своей ошибки, и, думаю, он не захочет, чтобы его конфуз стал достоянием гласности, равно как и его… — она заглянула в глаза Эвелин, — необоснованные подозрения?

Эвелин сдалась и кивнула.

— Мне бы тоже не хотелось, чтобы его подозрения дали повод для сплетен, тем более что я не сделала абсолютно ничего, чтобы он усомнился в моей верности. — Она зло прищурилась. — И мне совершенно не нравится, что муж мне не доверяет.

Леди Дануэлл безразлично пожала плечами.

— Мужья довольно часто подвергают сомнению верность жен, поскольку им самим есть что скрывать.

— Эдриену нечего скрывать, — уверенно заявила Эвелин. Конечно, до женитьбы у Эдриена были любовные связи. Но теперь у нее ни разу не возникло сомнения в абсолютной верности мужа.

— Тогда он любит вас, — просто сказала леди Дануэлл.

— Если любит, он должен мне доверять.

— Возможно, но любовь редко бывает разумной. Она даже самого уравновешенного и интеллигентного человека может подтолкнуть к необдуманным поступкам. — Леди Дануэлл выбрала бисквит. — Никто не хочет терять то, что любит. О, если бы мой супруг так ревновал меня и так боялся потерять! Хотя нет, пожалуй, меня это все-таки не устроило бы.

— Значит, вы вышли замуж не по любви? — Эвелин не смогла отказать себе в удовольствии задать этот вопрос, хотя, учитывая все, что она слышала о лорде и леди Дануэлл, ответ был ей уже известен.

— Господи! Конечно же, нет! — Леди Дануэлл, похоже, даже оскорбилась. — Я никогда не любила и не имею такого желания. Мой первый муж, Чарлз, был намного старше меня и очень богат. У него уже имелся взрослый наследник, и ему нужна была жена, которая хорошо смотрелась бы рядом с ним. Я хотела стать женой богатого и знатного человека, но все равно мы не слишком хорошо уживались. Лайонел, лорд Дануэлл, хотел получить жену, которая помогла бы воплотить в жизнь его честолюбивые планы. Он желает в один прекрасный день стать премьер-министром. — Она откусила кусочек бисквита.

— Вы подходите друг другу.

— Да. — Леди Дануэлл на минуту задумалась. — Может быть, я и не люблю этого человека, но он мне нравится. Возможно, я его когда-нибудь полюблю, но, насколько мне известно, любовь делает женщин еще уязвимее, чем они есть. — Она взглянула на бисквит, который держала в руке. — Знаете, это очень вкусно. Надо будет переманить у вас кухарку.

— Можете попробовать, — усмехнулась Эвелин. — Но она служит здесь уже очень давно. Мы считаем ее членом семьи, и она испытывает к нам те же чувства. И между прочим… — Она мило улыбнулась. — Мы ей очень хорошо платим.

— Да, преданность не купишь, — кивнула леди Дануэлл. — Вам тоже следует это помнить.

Эвелин удивленно воззрилась на гостью.

— Он неплохой человек. — Леди Дануэлл покачала головой. — Я говорю о своем муже. Под всем наносным… внешним… он по-своему хороший человек. Он придерживается определенных границ и собственного кодекса чести, который часто не совпадает с его желаниями. — Она нахмурилась. — Эдриен тоже хороший человек.

— Я всегда так считала, — тихо проговорила Эвелин.

— Хорошие люди встречаются исключительно редко. Мне нравится ваш муж. Были времена, когда он мне даже больше чем нравился. Не часто встречаешь человека, у которого так много достоинств. Он и хороший человек, и интересный. — Берил подалась к Эвелин. — Если речь не идет о политике, Лайонел не интересен. — Она сделала паузу. — В свое время я планировала удержать его. Эдриена.

— Я слышала об этом.

Леди Дануэлл доела бисквит и посмотрела на свои пальцы, как будто собиралась облизать их.

— Это на самом деле очень вкусно.

— Я передам кухарке ваши комплименты.

— Что ж, я отняла у вас достаточно времени. — Леди Дануэлл взяла перчатки. — Теперь, я полагаю, мы будем подругами. — Она встала.

— Почему? — не подумав, спросила Эвелин.

— У меня нет подруг. — Леди Дануэлл нахмурилась. — Не знаю почему. Знакомых много, а подруг нет.

— Я уверена, леди Дануэлл, что…

Берил рассмеялась.

— Вы стараетесь вести себя вежливо и говорить правильные вещи. Но мне все равно кажется, что мы подружимся. Поэтому называйте меня Берил. — Она окинула Эвелин внимательным взглядом. — Подозреваю, у вас тоже подруг не много.

Эвелин насупилась.

— У меня есть подруги.

— Значит, вы их хорошо прячете. Вероятно, вы имеете в виду сестер мужа. Но они — подруги по обязанности, поскольку одновременно являются родственницами. — Берил немного помолчала. — Но если мы станем подругами, вы должны знать, что я редко испытываю угрызения совести, мои моральные принципы весьма сомнительны, и я эгоистка.

— Прекрасные качества для дружбы.

— Но я, безусловно, предана друзьям. Они всегда и во всем могут на меня положиться.