Прикосновение любви - Барбара Картленд

Тамара вместе с Кадиной въехали на конный двор.

Они вдвоем катались в парке. Теперь, когда у девочки был свой собственный пони, ей разрешили ездить без сопровождения конюха.

Это было милое, кроткое животное, чуть повыше ростом, чем лошадка, которую Эбби нашел для Вавы.

Кадине в принципе нравилась верховая езда, но она не захватывала ее целиком, как Ваву. Да и склонности к приключениям, свойственной Шандору, девочка не выказывала.

— Ты уже очень хорошо держишься в седле, дорогая, — одобрительно заметила Тамара.

Кадина ответила тетке улыбкой. При этом девочка выглядела так мило, что Тамара в который раз подумала, что через несколько лет она станет очаровательной девушкой.

Старый Эбби и Вава находились у стойла пони. Девочка, как обычно, не соглашалась слезать с коня и требовала, чтобы ей позволили еще покататься.

— Давай-ка поскорее, Вава! — строго сказала Тамара, спешиваясь. При этом ей помогал конюх. — Нам уже пора пить чай.

— Не хочу я никакого чаю! — закапризничала Вава. — Я хочу вернуться и посмотреть на того смешного пегого пони.

Тамара вопросительно взглянула на Эбби, и тот пояснил:

— Цыгане остановились табором в дальнем конце парка, мисс. А мисс Ваве больно уж приглянулся их маленький пегий жеребенок.

— Он такой славный! — захныкала Вава. — Хочу, чтобы он был моим…

— Нельзя быть такой жадной, — наставительно заметила Тамара, снимая девочку с седла. — У тебя ведь уже есть твоя Бабочка. Посмотри, какая она милая, славная лошадка…

— А я хочу, чтобы у меня было две лошадки! — продолжала настаивать Вава.

— Хватит с тебя и одной, — решительно отрезала Тамара и немного мягче добавила:

— И потом, ведь ты же любишь свою Бабочку, я знаю.

Вава поцеловала лошадку в нос и сунула ей кусок морковки. Это лакомство всегда было наготове у мальчиков на конюшне.

Тамара уже собиралась вместе с племянницами вернуться в дом, как вдруг заметила, что к ним направляется майор Мелвилл.

Этот уже немолодой мужчина служил управляющим еще у старого герцога и потому прожил в замке много лет.

Со времени его возвращения, на взгляд Тамары, дела в замке пошли гораздо лучше, а слуги стали вежливее. Она была уверена, что герцог не мыслит себе жизни без своего преданного управляющего.

— Добрый день, мисс Уинн, — поздоровался майор Мелвилл, вежливо приподнимая шляпу.

— Добрый день, майор. Мы так славно покатались! Сегодня чудесный день, вы не находите?

— Прошу вас, Эбби, приготовьте мне лошадь, — обратился майор Мелвилл к конюху.

— Сию минуту, сэр, — тут же отозвался Эбби. — А далеко изволите ехать?

— Нет, всего-навсего на тот конец парка. Его светлость хочет, чтобы я прогнал этих цыган.

— Прогнать цыган? — изумилась Тамара. — А зачем?

— Вы не должны их прогонять! — запротестовала Вава и подбежала к майору Мелвиллу, забыв о своей любимой Бабочке. — У них есть такой милый пегий пони…

Я хочу, чтобы мне его купили!

— Его светлость не желает, чтобы цыгане останавливались в его парке, — пояснил майор Мелвилл, обращаясь к Тамаре.

— Вообще-то они приезжают сюда уже много лет, сэр, — несмело заметил старый Эбби, — и никогда никого не беспокоили. Они направляются в Ившем, на уборку фруктов.

— Мне все это известно не хуже, чем вам, Эбби, — устало проговорил майор Мелвилл, — но я получил четкие указания и обязан их исполнить.

Пока шел этот разговор, во двор привели оседланную лошадь, и майор Мелвилл сел на нее.

— Вы не должны прогонять пегого пони! — взмолилась Вава, и на глазах у нее показались слезы.

Майор Мелвилл лишь снисходительно улыбнулся в ответ, поклонился Тамаре и уехал.

— Почему герцог так не любит цыган? — спросила Кадина, когда они втроем возвращались в замок.

— Даже не знаю, — задумчиво ответила Тамара. — А ты помнишь, мы иногда встречали их в Корнуолле?

— Да, помню, — сказала Кадина. — Мама покупала у них бельевые прищепки. А какие миленькие пестрые кибитки у этих цыган! Мне кажется, я тоже могла бы жить в такой…

— Тебе показалось бы, что там очень тесно и душно. Ведь ты привыкла к просторным комнатам, — с улыбкой возразила Тамара.

— Наверное, там весело летом, — продолжала рассуждать Кадина, — а вот зимой холодно и неуютно. Правда, цыгане обычно разводят большие костры…

Вава всю дорогу молчала. Тамара решила, что девочка думает о маленьком пегом пони, который ей так понравился, и чтобы не расстраивать племянницу еще сильнее, сменила тему.

Она знала, что если Ваве что-нибудь втемяшится в голову, она уже не отступится.

В гостиной наверху их уже ждал чай, и Тамара с удовлетворением отметила, что на этот раз еда, которую им подали, существенно отличалась от той, которой им приходилось довольствоваться сразу же по приезде.

Главный повар понемногу оттаял. Особенно он подружился с детьми и всегда был рад побаловать их не только вкусными тортами, горячими булочками и цветными желе, но и свежими сливками, а также фруктами из сада.

Взглянув на часы, Тамара поняла, что их сегодняшняя прогулка слишком затянулась. Было уже довольно поздно, так что Шандор вот-вот должен был прийти из школы.

Когда майор Мелвилл вернулся из Лондона, герцог обстоятельно обсудил с ним вопрос предстоящего образования Шандора, в результате чего Тамаре было объявлено, что на следующей неделе мальчик начнет посещать местную школу.

В первые два дня Шандор поделился своими впечатлениями о школе, хотя и не очень охотно, а вчера Тамара с тревогой заметила, что мальчик стал молчалив и как будто чем-то опечален.

Она решила, что он с трудом привыкает к незнакомой обстановке и общению с новыми друзьями и со временем все наверняка встанет на свои места.

Вообще-то Тамара надеялась, что герцог отправит Шандора в какую-нибудь престижную закрытую школу — например, в Итон или Хэрроу.

Но потом она решила, что местная школа наверняка будет только первым этапом, и пока она не убедится, каковы успехи Шандора, нельзя ни на чем настаивать.

Кадина и Вава уже давно выпили чай, а их брат так и не появился.

Девочки немного поиграли с куклами. Заметив, что Вава устала, Тамара позвала Розу, молоденькую горничную, приставленную для ухода за детьми, и попросила уложить малышку спать.

— А тебе я могу почитать. Хочешь? — спросила Тамара, обращаясь к старшей племяннице.