Слушай свою любовь - Барбара Картленд

— Но ты, наверное, спрашивал? — не отставала Антея.

— Будучи здоровым, он всегда посылает за мной и отдает распоряжения, в то время как меня ждет еще масса неотложных дел. Уверяю тебя, Антея, для меня его болезнь стала желанной передышкой.

Антея понимала брата.

Однако она решила про себя: что бы ни думал Гарри, ей придется днем сходить в Квинз Ху.

Они уже заканчивали вкусный обед, приготовленный нянюшкой, как вдруг к дому подъехал экипаж.

Гарри обернулся.

— Интересно, кто это?

Через минуту в стоповую ворвался Чарли Торрингтон.

— Боже мой, Чарли! — раскинул руки Гарри. — Какая неожиданность!

— Я должен кое-что вам рассказать! — выпалил друг, кладя на стул цилиндр.

Он был в страшном возбуждении — поэтому никто не обратил внимания на то, что он вбежал в шляпе.

Его вид и тон заставили Гарри и Антею насторожиться.

— Присядь и выпей чего-нибудь, — предложил Гарри. — Может, пообедаешь с нами?

— Хорошо, но не сразу, — ответил Чарли. — Сначала я должен рассказать вам, почему я примчался сюда за рекордно короткий срок.

Он говорил настолько серьезно, что ни брат, ни сестра не проронили ни слова, пока гость выдвигал стул из-за стола и усаживался.

Затем Чарли взглянул на девушку:

— Даже не знаю, как рассказать тебе все это, Антея. Боюсь, тебя это очень огорчит.

— Говори по существу, Чарпи! — воскликнул Гарри. — Перестань ходить вокруг да около, объясни наконец, что случилось. Наверняка что-то нехорошее, иначе вряд ли ты нагрянул бы без предупреждения.

Антея осознала, что Чарли по-прежнему смотрит на нее, и кровь похолодела в жилах.

— В чем… дело?

— Вряд ли вы слышали когда-нибудь о человеке по имени лорд Темплтон. — сказал Чарли. — но Гарри знает, кого я имею в виду.

Антея стиснула пальцы и побелела как мел.

— Это хвастун, пьяница и игрок, — продолжал тем временем Чарли, — и мне он никогда не нравился. В Уайт-клубе все знают — некоторое время назад он крупно проигрался, и теперь на него наседают кредиторы.

— А при чем тут Антея? — прервал его Гарри.

— К этому я и перехожу. Помолчав немного, Чарли стал рассказывать:

— Вчера вечером Темплтон, насколько мне известно, был в Уайт-клубе и напился до невменяемого состояния. Но прежде чем его вынесли из помещения, он громогласно объявил всем присутствующим, среди которых было немало моих друзей, что он вынужден покинуть Англию из-за чудовищной клеветы, которую на него возводит Иглзкпиф. Он сказал, что обвинение может подтвердить только девушка, которая была в спальне маркиза, наставила на него пистолет и грозила убить его.

Антея затаила дыхание, поскольку уже знала, что за этим последует.

Она не ошиблась.

— Темплтон поклялся, — тревожно произнес Чарли, — что этой девушкой была Антея Брук, сестра Гарри Колнбрука.

Когда Чарли умолк, Гарри со всей силы стукнул по столу кулаком.

— Это самый невероятный и гнусный вздор, какой я когда-либо слышал! — вскричал он. — Как Темплтон смеет говорить такие вещи о моей сестре? Должно быть, он ошибся именем, но я заставлю его публично признаться во лжи, и чем скорее, тем лучше!

— Именно так я и подумал, когда мне об этом рассказали, — согласился Чарли, — но самое любопытное — Темплтон отозвал свою лошадь с дерби и, если верить моим друзьям, действительно уехал за границу.

— Интересно, зачем? — взвился Гарри. — Куда бы он ни сбежал, я поеду за ним и заставлю подавиться его лживым языком и восстановить доброе имя Антеи, даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни!

Он был в ярости.

Не в силах более выносить происходящего, Антея встала из-за стола и, не сказав ни слова, вышла из комнаты.

В тот миг, когда она закрывала за собой дверь, до нее донесся голос брата:

— Знаешь, Чарли, этому надо положить конец…

Не желая больше слушать их, она выбежала из парадной двери и, не размышляя, даже не осознавая, что делает, побежала по лесной дорожке — кратчайшему пути в Квинз Ху.

Только один человек мог помочь ей, только он мог ее понять.

Прежде чем рассказать что-нибудь брату, прежде чем открыть ему правду, ей необходимо посоветоваться с маркизом, как это сделать наилучшим образом.

Теперь девушка осознала, что должна была сразу рассказать Гарри о случившемся.

— И зачем я пыталась все скрыть от него? — в отчаянии вопрошала она себя.

Конечно, ответ был прост: она ни при каких обстоятельствах не могла признаться Гарри, что маркиз привел ее в комнату отца и поцеловал, а потом, испугавшись, она сбежала по потайному ходу.

Чем больше она размышляла обо всех перипетиях последних дней, тем отчетливее понимала, что не способна придумать благовидного объяснения событиям, цеплявшимся друг за друга и увенчавшимся спасением маркиза сначала от подосланного убийцы со стилетом, потом — от самого лорда Темплтона.

— Что делать? Ну что же мне делать? — как заведенная повторяла она на бегу.

Только маркиз сможет найти выход из ее безвыходного положения.

Добежав до опушки, она перешла на шаг и попыталась отдышаться.

До особняка осталось совсем немного.

Поднявшись по ступеням до парадного входа, Антея вдруг обнаружила, что явилась в дом как была, без капора, с растрепанными волосами.

Почти нечеловеческим усилием она заставила себя войти в распахнутую дверь с достоинством.

— Я должна немедленно поговорить с милордом! — объявила она лакею.

Это был тот самый человек, которого она, вчера посылала за Хайнесом. Улыбнувшись, он ответил:

— Конечно, мисс. Сейчас милорд наверху вместе с мистером Хайнесом. Проводить вас наверх?

— Благодарю вас.

Лакей пошел вперед, и девушка последовала за ним, все еще пытаясь восстановить дыхание.

Когда они достигли хозяйских покоев, лакей постучал в дверь.

Открыл Хайнес.

Лакею уже не было необходимости что-то говорить, поскольку слуга вышел в коридор и увидел Антею.

— Очень рад вас приветствовать, мисс! У меня для вас сюрприз.

— Мне нужно… поговорить… с милордом! — произнесла Антея чужим голосом.

— Разумеется, — кивнул Хайнес, — и я уверен, милорд будет счастлив видеть вас, ведь он вам стольким обязан!

Не дожидаясь ответа, он вернулся в комнату, оставив девушку в дверях, и объявил:

— Мисс Антея, милорд!