Попаданка для герцога? - Алёна Цветкова

Фипп осторожно потянул крышку и с натугой стащил ее с котла. Я в нетерпении заглянула внутрь. Верхняя банка была целой и невредимой. Только немного белесой от накипи. Мы вытащили все пять тяжеленных шайб первых консервов. Целые. И вода была чистая, значит из банок ничего не вытекло.

Мы стояли и завороженно смотрели на наши первые консервы.

– Получилось? – шепотом спросил Фипп.

– Надо подождать с недельку, – так же шепотом ответила я, – и открыть…

Неделька тянулась как резиновая. Бездельничать было некогда, работа находилась каждый день, но проклятые банки висели над нашими головами постоянно. Что бы я ни делала, все мои мысли были о тушенке. Испортится или нет?

Но мы с Фиппом старались надеяться на лучшее, и занимались обучением будущих сотрудников консервного цеха. За станки Фипп поставил старшего сына старосты – Берна, молодого мальчишку девятнадцати лет. Он уже работал у нас при установке оборудования и показал себя умелым и любознательным парнем.

На кухню я приняла немолодую, но шуструю вдовушку Мати. Я бы, конечно, хотела работницу помоложе и покрепче, но деревенские женщины не горели желанием идти «в усадьбу». И даже обещанная заработная плата их не прельстил.

Четвертым моим сотрудником, с учетом Фиппа, стал недавно приехавший из Крамсберга племянник одного из соседей старосты. У него приключилась нехорошая история с замужней дамой, и теперь он скрывался у дяди от ревнивого супруга своей возлюбленной. Мне повезло, Гезз работал на бойне и не по наслышке знал, что нужно делать. Собственно, на него я и взвалила подготовку площадки для убоя скота, потом что сама в этом не понимала ровным счетом ничего.

Зарплату я им положила по местным меркам совсем немаленькую: Берну и Мати по полтора золотых, а Геззу – два с половиной. Именно столько он получал в городе и ни в какую не соглашался на меньшую сумму.

Когда я подвела ежемесячную сумму на оплату труда, не поверила своим глазам. Двадцать пять с половиной золотых в месяц! И это только деньгами. А еще питание домашней прислуги и мага-инженера. И кредитный платеж в размере десять золотых. Если с консервами ничего не выйдет, то я банкрот.

Через два дня с банками было все нормально. Они спокойно стояли в кладовке, в которую мы отвезли их сразу после того, как вытащили из автоклава и даже не думали портиться. Фипп уже плясал от радости, обычно к этому времени консервы Агуста и Орста уже начинали вздуваться.

Через неделю банки остались точно такими же, без видимых признаков порчи.

– Леди Лили, – Фипп восхищенно ощупывал консервы, пытаясь уловить малейшее изменение, и сиял как начищенный медный пятак, – вы не представляете, какой это успех! Мои дяди выяснили, в Иносте выход готовой продукции меньше половины. Часть консервов у них все же портится и идет на выброс. Но я немного изменил технологию изготовления самой банки, сделав швы более прочными и надежными. И если все получится… ох, леди Лили… это же великолепно! Посмотрите, они все целые!

Мы пришли на контрольный осмотр вдвоем и теперь я держала керосиновую лампу, а Фипп ворочал тяжеленные ведерные банки с тушенкой.

– Так и должно быть, сэр Фипп, – улыбнулась я, – автоклав надежное средство для стерилизации, я вам уже говорила об этом. И если ваши усовершенствования в конструкции консервных банок работают, то наши консервы станут в два раза выгоднее… и это прекрасно. Лишь бы я смогла найти на них покупателя.

– Дядя Агуст и дядя Орст с удовольствием вам помогут, – Фипп в сотый раз крутил банки в поисках протечек и ржавчины. И довольно улыбался, потому что ничего не находил.

– Помогут, – вздохнула я и прислонилась к стенке кладовки, в которой хранились банки. – Только, сэр Фипп, я сама хочу… вы только не смейтесь, – торопливо добавила, – но мне очень хочется сделать все самой от начала и до конца. Понимаете?

– Понимаю, – серьезно кивнул Фипп, – и я уверен, леди Лили, у вас все получится. Я еще никогда не встречал таких умных и целеустремленных женщин, как вы.

Хорошо, что было темно и никто не увидел, как я покраснела от этих слов. Как приятно, когда мужчина не считает тебя беспомощной дурой.

– Леди, – Фипп наконец-то оставил банки в покое и теперь вытирал руки от пыли носовым платком, – вам нужно обязательно получить патент на ваше изобретение.

– Патент? – переспросила я удивленно. И тут же вспомнила, что Фипп уже говорил про патенты. Значит они здесь есть. – Но я ничего не изобретала. Это ваша работа.

– Не согласен, – покачал головой Фипп и забрал у меня керосиновую лампу, выпуская из кладовой первой, – я бился над проблемой не один месяц, и ничего не мог придумать. Поэтому не спорьте, я подготовлю чертежи, документы. А вам нужно будет съездить в Мерденбург. К сожалению, в Крамсберге патентного бюро нет.

Мы шли по узким коридорам из кладовой. Фипп светил мне, высоко подняв лампу, а я шагала и думала. Патент нужно оформлять обязательно. Это я даже со своими скудными знаниями в изобретательстве понимаю. Хотя… Я споткнулась об выступающую половицу и упала бы, если бы Фипп не поддержал меня. А все потому, что мне в голову пришла важная мысль.

– Леди Лили, вы в порядке? – встревоженно спросил маг-инженер.

– Да, – кивнула я и сказала, – сэр Фипп, я тоже никогда не смогла бы сделать автоклав самостоятельно, поэтому я не могу оформить патент на себя. И предлагаю решить вопрос мирно, – улыбнулась, – мы с вами выступим соавторами этого изобретения. Как вы на это смотрите?

– Но вы меня наняли, леди, – возразил Фипп, но я видела. Как в его глазах мелькнуло что-то… удовлетворение? Благодарность? Очень похоже на то. – И я всего лишь выполнял свою работу.

Логика в его слова была. Но мне от Фиппа нужно было больше, чем просто исполнительность. Сейчас мне в голову пришла отличная идея, как воспользоваться своими знаниями будущих технологий. Пусть я сама ни в зуб ногой, как и что делать, но зато у меня есть умный и знающий маг-инженер, который способен поверить в мои идеи. И он не станет крутить пальцем у виска, говоря, мол, куда ты лезешь со своим куцым умишком.

К тому же, он уже показал себя честным человеком. Не побежал тайком оформлять патент на автоклав, не присвоил