Тристан Майлз - Т. Л. Свон

– Я мог бы подать на тебя в суд за нападение, – отвечаю я.

Молчит.

– Я просто друг твой матери, коллега с работы. Ты сделал неверный вывод. И повел себя крайне некрасиво.

Нет ответа.

– Что-нибудь еще?! – раздраженно бросаю я.

– Нет.

– Значит, это все твои извинения? – уточняю я.

– Ага.

– Это мать заставила тебя звонить мне?

– Ага.

– Ты действительно чувствуешь себя виноватым?

– Нет.

Зло прищуриваюсь… На самом деле мне хочется сказать ему: «Имел я твою мамашу всеми возможными способами, и она в полном восторге от каждого дюйма моего члена, ты, мелкий дерьмец!» Но я не стану. В этой ситуации кому-то надо быть взрослым. Пусть это буду я.

– Хотите еще поговорить с мамой? – спрашивает он.

Я обдумываю вопрос и с сожалением прикрываю глаза. Наконец отвечаю:

– Нет, не надо. Спасибо за звонок.

Отключаюсь.

Некоторое время смотрю на телефон в руке.

Представляю себе Клэр. Хотела ли она поговорить со мной?

Снова думаю о том, как много всего выпало на ее долю: работа, финансовые трудности… и это не считая необходимости воспитывать собственных троих сыновей, у каждого из которых явно имеются проблемы.

Я сочувствую ей.

Бросаю телефон на диван и, помогая себе руками, встаю. Опускаю стопу на пол, чтобы проверить ее состояние, и меня пронзает острая боль.

Да чтоб ему пусто было, тупице!

В одиннадцать утра следующего дня ковыляю к своему кабинету на костылях.

В зоне для посетителей стоит Джеймисон. Он бледнеет, видя меня, и спешит в кабинет следом за мной.

– Что с тобой стряслось?!

– Лучше не спрашивай, – раздраженно отмахиваюсь я, падая в кресло.

– Что ты с собой сделал?

– Связки порвал. И еще кусочек кости сместился, когда они порвались.

Брат сочувственно кривится:

– Бедняга! Как это случилось?

Я с силой провожу ладонью по лицу.

– Один пацан избил меня трусами.

– Что, прости?!

Я невольно улыбаюсь, массируя пальцами переносицу.

– Вчера я угодил в сумеречную зону, Джеймисон.

– Каким образом?

– Сейчас дам тебе подсказку, чтоб ты понял, с какого рода людьми мне пришлось иметь дело.

Брат вопросительно смотрит на меня.

– У них есть кот по кличке Шмондя, – говорю я.

Кажется, до него не доходит.

– Вот какой ненормальный, больной, затраханный, извращенный разум назовет домашнего кота… Шмондей?!

– Да о чем ты толкуешь? – не понимает брат.

– В общем, на конференции во Франции я познакомился с одной цыпочкой, – я тяжело вздыхаю. – Она была само совершенство…

Брат машет рукой и бормочет:

– Эта сказка хороша, начинай сначала…

– Совершенство по всем параметрам, о существовании которых я даже не подозревал. Умная и веселая. Страстная, как грех. – Рассказывая, включаю компьютер. – Однако есть одна ма-аленькая проблемка: у нее трое детей.

Брата передергивает.

– В общем, мы возвращаемся сюда. Она говорит мне, что между нами все кончено – из-за детей. Говорит, что мы с ней из разных миров, на разных жизненных этапах и так далее и тому подобное… – я закатываю глаза.

Джеймисон улыбается и присаживается к столу. Мне явно удалось его заинтересовать.

– Я не поверил в эти доводы, поэтому вчера после работы подъехал к ее дому.

– Что? Ты следил за ней до самого дома? Шпионил? – хмурится брат.

Пожимаю плечами:

– Самую малость. Ну, на самом деле это Саммия нашла ее адрес. Короче, добрался я до ее дома. Это не дом, а натуральная свалка, повсюду какое-то дерьмище, – я размахиваю руками, пытаясь как-то дать понять, какой там невероятный кавардак. – Кроссовки, кеды, велики и всякая всячина… Все валяется как попало.

Джеймисон внимательно слушает, не упуская ни слова.

– В общем, из дома вылетает одно ее дитятко, вот только это уже не дитятко… а здоровенный детина! – я вскидываю руки, пытаясь показать, насколько он здоровенный. – И принимается хлестать меня трусами, которые я забыл в ее чемодане!

Брат дергает уголками рта, силясь не улыбаться.

– Короче, я в шоке делаю шаг назад, нечаянно наступаю на скейтборд и отправляюсь в полет по ступеням.

Джеймисон хмыкает.

– И тут этот сумасшедший, мать его, детинушка наскакивает на меня и пытается запихать мне в глотку мои собственные трусы!

Джеймисон смеется от души, откинув голову.

– И это еще не все, – добавляю я. – Худшее впереди.

Брат уже стонет от смеха.

– Они затаскивают меня в дом. Она отсылает старшего в его комнату, сама уходит за льдом, и тут появляется другой сын, средний… – Я вспоминаю физиономию пацана, и меня перекашивает от отвращения. – Этот малец… злобное чудовище, клянусь тебе!

– Как его зовут?

Пытаюсь вспомнить.

– Так же, как того очкарика-волшебника… – нетерпеливо щелкаю пальцами: вдруг вылетело из головы.

– Которого? Гарри Поттера?

– Да, точно! Гарри его зовут.

Джеймисон лыбится во все тридцать два зуба.

– И он принимается этак выразительно чиркать пальцем по шее. Потом хватает себя за горло и принимается душить, а в итоге делает вид, что помер, – зловещим шепотом договариваю я.

– Что?! Да он и вправду псих.

– А я о чем говорю! Потом он убегает и возвращается с какой-то веревкой и плюшевым мишкой, и, поскольку деваться мне некуда, я вынужден наблюдать, как он набрасывает мишке на шею петлю, а потом вешает его!

Джеймисон долго смотрит мне в глаза. Он в такой же растерянности, в какой был в тот момент я сам.

– Что, прости, он сделал?!

Я прижимаю руку к сердцу:

– Господь мне свидетель! Все это дерьмо происходило на самом деле.

Джеймисон нервно усмехается.

– Да, и еще пес! – вспоминаю я. – Несчастная псина.

– А с ним-то что не так?

– Они нацепили ему на голову какое-то гребаное ведро!

– Зачем?!

– Чтобы помучить, конечно… Зачем же еще?

Брат недоверчиво смотрит на меня:

– Быть не может.

– И я даже не шучу… Я кое-как добрался до машины, но меня так и подмывало вернуться с миссией милосердия и выкрасть беднягу в целях спасения. Он там жрал горох, Джеймисон! Гребаный горох, клянусь тебе!

Джеймисон безудержно хохочет.

Я картинно хватаюсь за голову:

– Прости меня, Пустобрех!

– Это что, пса так зовут?!

Я печально киваю.

У брата истерика. По его щекам катятся слезы от смеха.

– И что ты сделал потом?

Тяжко вздыхаю:

– То, что делает любой уважающий себя человек, когда его жизнь в опасности.

– То есть?

– Свалил оттуда на фиг.

– И вел машину с такой ногой?! – ахает он.

– Несся без оглядки до самого дома.

Джеймисон уже икает от смеха.

– Все, больше я с милфами не связываюсь, – говорю я. – С меня хватит! – И поворачиваюсь к компьютеру. – Знаешь, мне теперь кажется, что я не хочу детей. Травма на всю жизнь.

На меня снова накатывает меланхолия.

– Понимаешь, я знал, что она вдова и что ей трудно живется, но даже представить себе не мог насколько.

Джеймисон внимательно смотрит на меня.

– Наверное, она о тебе заботилась, когда решила прервать ваши отношения, – предполагает он.

– Да, наверное, – вздыхаю я. – В общем, в другой жизни она была бы идеальной женщиной. Все испортили обстоятельства.

Десять утра, четверг, и кто-то стучится в дверь моего кабинета.

– Войдите!

Появляется Саммия, и я улыбаюсь. Саммия – личная помощница моего брата и ясно солнышко всего нашего офиса. Она работает с посетителями и следит за порядком.

– Трис, пришли на собеседование кандидаты в стажеры.

Я заканчиваю набирать текст.

– Хорошо, сколько у нас их осталось после отбора?

– После всех тестов и двух собеседований, которые они уже прошли на сороковом этаже, остались три финалиста.

– Угу, хорошо, а тебе кто из них нравится? – интересуюсь я.

– Лично мне импонирует Ребекка, – отвечает она. – Мне кажется, у нее есть все данные.

– Ну, если уж они прошли так далеко, значит, данные есть у всех троих. Но давай поглядим, кто лучше всех проявит себя на последнем собеседовании, – я кладу перед собой папку с личными делами претендентов. Каждый год мы берем на стажировку в высшем управляющем звене компании только одного человека. Это возможность, которая подворачивается раз в жизни. Молодняк съезжается к нам со всех Штатов, и каждый надеется, что именно его мы возьмем под крыло. Все наши прежние стажеры добились огромного успеха, и большинство из них теперь занимает руководящие должности. – Честно говоря, у меня даже не было времени просмотреть заметки по собеседованиям, – каюсь я.

– Ничего страшного, – улыбается Саммия. – Можно подумать, ты не справишься!

Усмехаюсь в ответ:

– Давай тогда засылай первого.

– Ладно.

Открываю папку и достаю список вопросов, которые мне нужно