Волки Арбадона - Лилия Орланд

Где мой Арден?

Неужели все зря?!

– Инна, смотри! – Мира замерла на песке. – Что это там?

Она смотрела в сторону Лантсарры. Я проследила за ее взглядом и увидела столбы черного дымы. Они поднимались над лесом с разных сторон.

– Это же поселок, да? – севшим голосом уточнила подруга. – Он горит?

– Это Бурр! – мы услышали голос Фьерны и оглянулись.

Оборотница быстро шагала к нам от утеса в своем человеческом виде. На ее лице были написаны ярость и беспокойство.

– Бурр? – нахмурилась я.

Часть меня все еще неслась на черном волке сквозь Серые пустоши.

– Да! Красные пошли громить дома черных! Я возвращаюсь, я должна им помочь!

– Это опасно! – я попробовала ее удержать.

Фьерна окинула меня пронзительным взглядом:

– Не опаснее, чем войти в Серые пустоши и вернуться!

Ну да, так-то она права…

Я не нашла, что возразить. А Мира уже толкала нашу лодку в сторону воды и кричала:

– Эй, поможет мне кто-нибудь или нет?!

Глава 20

Лодка скользила по воде ужасающе медленно. А за деревьями разгоралось зарево пожара. Чем ближе мы подплывали к берегу, тем сильнее становился запах гари. И тем громче человеческие крики.

Крики оборотней. Но сути это не меняло – они кричали от боли и страха. А виновата в этом была именно я.

Черные много лет жили на земле красных. Да их притесняли, но не слишком сильно, можно было терпеть. Отправлять своих дочерей в услужение, а на деле – рабство. Отдавать последнее для уплаты оброка. А самим питаться сусликами и травой.

И все же это была жизнь.

Пусть мне она казалась лишь жалким подобием жизни.

А потом пришла я. Поманила черных свободой и возможностью жить по своим правилам. Они поверили мне, согласились помочь. Чтобы теперь кричать от боли и страха.

Значит, настала моя очередь им помогать.

Судя по напряженным лицам, Мира и Фьерна думали так же. Нос лодки только коснулся влажного песка, а оборотница уже приняла облик волчицы, спрыгнула первой и скрылась в густых зарослях.

Мы поспешили за ней.

– Постарайся не потеряться, – попросила я Мирайю.

Та не ответила. Я сомневалась, что она вообще услышала мою просьбу. А мне было некогда поворачиваться и выяснять.

Мы приблизились к деревне. От пожара нас отделял ряд деревьев. Но и отсюда уже было ясно, что дела черных обстоят очень плохо.

Красных было очень много. Одни поджигали дома, другие, используя клинки, зубы и когти, убивали сородичей.

Горели исключительно ближайшие к лесу избушки. То есть те, в которых жили остатки клана Ардена. Стены домов пылали, будто облитые зажигательной смесью.

Кто-то из оборотней пытался тушить огонь, передавая из рук в руки ведра с водой. Но и рук, и воды было слишком мало, чтобы залить весь пожар.

Шум стоял невообразимый. Ревело пламя. Рыдали женщины. Кричали мужчины.

Из одного объятого пламенем дома выскочил Дьягерд. Одежда на нем дымилась, а лицо было черным от копоти. Он положил на траву подальше от огня надрывающегося от крика ребенка. А сам упал на спину и начал кататься по земле.

Мы с Мирой бросились на помощь. Она подхватила ребенка и передала рыдающей женщине. А я помогла Дьягу стянуть покрытую подпалинами рубаху.

– Брисса, моя малышка, – прижимая ребенка к груди, женщина не переставала причитать. – Спасите Бриссу!

– Что такое? Там еще кто-то остался?

Я пыталась добиться от нее разумного ответа, но она могла только мотать головой.

– Да, – раздался голос Дьягерда. – У нее двое детей. Мужа убили в начале нападения. Некому помочь.

Он, пошатываясь, поднялся на ноги, сделал пару неуверенных шагов и закашлялся.

– Подожди, – я ухватила его за плечо.

Оглянулась.

Помочь тут действительно некому. Все черные были заняты. Так же бросались в объятые огнем избушки, вытаскивали детей и вещи, носили воду. На другом конце улицы мужчины сражались с красными, вооруженными горящими факелами.

Здесь и сейчас были только мы. И лишь мы могли что-то сделать.

Между тем пламя охватило весь домик, из которого только что вышел Дьягерд. Огонь вырвался из двери. Внутри обрушилась балка, взметнув сноп искр.

Если немедленно что-то не предпринять, малышка Брисса сгорит заживо.

– Мира, – я отпустила Дьягерда.

Тот устало опустился на траву. Сколько раз он уже входил в горящие дома? Дышал дымом и гарью.

– Что?

Подруга напряженно смотрела на пламя. На ее лице читалось отчаяние.

– Мы должны потушить огонь.

– Как?! – в голосе была боль.

– Вызвать дождь! У нас же есть магия! – закричала я, хотя мы стояли всего в нескольких шагах друг от друга. – Помнишь, как в Саартоге? Ты должна открыть мне доступ к своей Тьме.

Взгляд Миры прояснился. В нем появилась надежда. А я уже приводила нужные арны в готовность.

Правило – не применять магию, чтобы не привлечь магов – больше не действовало. У нас просто не было выбора. Ведь речь шла о спасении жизни.

Вокруг Мирайи быстро собиралась тонкая, пока еще полупрозрачная дымка Тьмы. Я потянулась к этой Тьме, минуя первую арну. Слишком мало времени на все эти расшаркивания по правилам. Лишь обозначила мысленно четвертую и шестую. А затем почувствовала, как Тьма стала мягкой на ощупь и ласковой, словно котенок.

Свет ревниво напрягся во мне. Но я не позволила ему проявить своеволие. У Бриссы нет на это времени. Потом попрошу прощения.

Я плела щит. Даже шевелила пальцами, повторяя движения в эфирном поле. Чтобы рос быстрее. В нем перемешались Тьма и Свет, они взаимодействовали, насыщая воздух водными парами.

Нужно несколько секунд, чтобы щит, состоящий из молекул воды, достиг необходимого мне размера. Еще несколько, чтобы он стабилизировался. И последние – пока Свет и Тьма, выбив искру, запустят реакцию.

Закончив, выбросила руки вперед, словно забросила рыбачью сеть. Щит накрыл большую часть улицы. Наверное, я могла бы растянуть его на всю деревню, но мне не хватило времени. К тому же я сознательно не хотела защищать дома красных.

Пару мгновений ничего не происходило. Просто небо вдруг потемнело, стало практически черным, тяжелым и низким. А затем прозвучал раскат грома. Такой сильный, что содрогнулась земля под ногами. И на горящие домики хлынули потоки воды.

“И разверзлись хляби небесные”, – пронеслось в голове. Я не помнила, где подхватила эту фразу, но она очень точно описала то, что случилось.

Вода хлынула с неба нескончаемо сильным, сплошным потоком. Буквально за секунды прибивая пламя к земле, делая все вокруг насквозь мокрым: и дома, и людей, и деревья.

Факелы поджигателей моментально погасли. Крики боли перекрыли вопли