Волки Арбадона - Лилия Орланд

Забор на пути в царство мертвых? Вспомнились поездки на кладбище к дедушке и оградки вокруг могил. Не знаю, как это связано и связано ли вообще, но воспоминания из детства сейчас отвлекали, не позволяли раствориться в этой серой, словно сепия, действительности.

Я провела ладонью по пушистой поверхности травяного моря и тут же отдернула руку. Это был не ковыль. Вообще не трава. По крайней мере, пушистые на вид колоски оказались острыми как бритва.

Ладонь расцветили красные бороздки, быстро набухающие кровью. Я испуганно тряхнула рукой. Брызги оросили травяные верхушки, которые на миг окрасились кровью. Все вокруг, сколько хватало взгляда, вдруг стало ярко-красным.

Я испуганно зажмурилась. Буквально на пару мгновений. Но, когда вновь открыла глаза, ковыль исчез. Передо мной стелилась обычная грунтовка. С мелкими камешками, выбоинами и даже следами от протекторов. Вдоль обочины росли короткие зеленые травинки, будто недавно срезанные триммером дорожных рабочих.

Стоп! Зеленые?

Я огляделась. Сепия исчезла, сменившись летним полднем. Яркое солнце. Голубое небо с белыми ватными облаками. Впереди виднелись разноцветные крыши домов небольшого селения. Причем оно было очень похоже на дачный поселок, где бабушка с дедушкой купили домик. Я там проводила каждое лето до самой смерти дедушки. Потом бабуля решила продать дом, где “каждая половица своим скрипом напоминает о потере”.

Так она говорила. Но я поняла, что она имела в виду, только когда потеряла Ардена.

Я двинулась вперед по грунтовой дороге. Мелкие камешки выскакивали из-под ног и прыгали в разные стороны. Я заметила, что обута в кроссовки с микки-маусами по бокам. Совсем как те, что носила в детстве.

Чем ближе я подходила к поселку, тем больше убеждалась, что это именно тот, где прошло мое детство.

Вон в том желтом доме жила тетя Шура. У нее была какая-то болезнь, из-за которой казалось, что соседка постоянно кивает.

А в этом саду росла самая вкусная малина. Крупная, сочная и сладкая. Иногда ягодки свисали по эту сторону ограды. И можно было сорвать их, отряхнуть от дорожной пыли и сунуть в рот, пока бабушка не увидела и не начала ругаться.

Я шагнула к сетчатой ограде и давно забытым движением приподняла длинную гибкую плеть. Бинго! С нее свисало несколько ярких ягод, соблазнительно покачиваясь на тонких стебельках.

Придерживая веточку одной рукой, второй оборвала ягодки. Обернулась, чтобы убедиться, что бабушка не смотрит и не будет ворчать, что я тащу в рот всякую гадость…

И вдруг услышала ее голос:

– Инна! Не надо!

Улочка дачного поселка была пустынной. Обитатели домиков или еще не вернулись из города, или отдыхали в тени. Но стоило мне вновь попытаться закинуть ягоды в рот, как бабушкин голос из ниоткуда предостерег:

– Не делай этого – пожалеешь!

Я со вздохом бросила ягоды в пыль. И вдруг увидела, что это вовсе не малина, а жуки с яркими спинками расползаются в разные стороны. Один за другим жуки расправляли крылья и улетали подальше от меня.

Я брезгливо передернула плечами. Фу, какая гадость! И как я могла принять это за ягоды?

Дальше шла, не заглядываясь на чужие заборы и ограды, подгоняемая вперед одним желанием – увидеть наш старый дом. Интересно, каким он стал сейчас. Обветшал и покосился, не выдержав груза лет? Или новые хозяева его отремонтировали, перестелили крышу и выкрасили стены в другой цвет?

Не угадала.

Дом остался прежним. Именно таким, как я запомнила.

Он стоял по левую сторону дороги, почти на краю поселка. Обложенные белым кирпичом стены с нарисованными между окон синими птицами – это дедушка сделал сюрприз к приезду бабули. Она ворчала для проформы, но мы все видели, как ей приятно.

Крыша у дома была двускатная, покрытая обычным серым шифером. Дедушка отказывался ее менять, называя раритетом.

К углу прижималась старая собачья будка, оставшаяся еще от прежних владельцев. Собаку нам с братом так и не разрешили завести, а кот обходил это строение, брезгливо отряхивая лапы.

Я подошла к небольшому крылечку и протянула руку. Пальцы сжали металл дверной ручки. И все же я чуть помедлила, прежде чем потянуть ее на себя.

Дверь скрипнула так привычно, словно и не было всех этих лет. Будто мне снова восемь. Второй класс закончен, впереди – долгие летние каникулы, и я счастлива, что меня наконец-то забрали на дачу.

Внутри тоже все осталось по-прежнему.

И раковина с краном, из которого бежала только холодная вода. И буфет с разномастной посудой. Большой стол, который в праздники выносили на улицу и ставили под яблонями, потому что нашей семье в маленькой кухне не хватало места.

В гостиной тихо бубнил старый пузатый телевизор. В кресле перед ним виднелась чья-то макушка, расцвеченная сединой.

– Деда? – спросила я дрогнувшим голосом.

Кресло скрипнуло, когда тот, кто сидел в нем, обернулся.

Дедушка совсем не изменился. В последнее лето на даче он выглядел постаревшим и осунувшимся. Очень быстро уставал и постоянно хотел спать.

Я таким его и запомнила – дремлющим в кресле у телевизора.

– Инка? – он изумился не меньше, чем я. – Ох, да ты в гости никак?

Лицо дедушки посветлело, он улыбнулся и начал вставать мне навстречу.

Я поспешила к нему.

– Дедушка! Как я соскучилась!

– Я тоже соскучился, егоза. Ну иди сюда, обниму.

Это было именно то, что я хотела услышать. И то, что хотела сделать. Поэтому я без раздумий бросилась навстречу дедушке, обняла его крепко-крепко и расплакалась у него на плече.

– Ну что ты, все уже хорошо. Ты здесь, с нами, – звучал надо мной убаюкивающий голос, а спину гладили сухие ладони.

Понемногу я успокоилась. Шмыгнула носом в последний раз и подняла голову.

– Деда… – в моем голосе появились удивленные нотки. – А что ты здесь делаешь?

– Что значит “здесь”? Я тут живу. И ты теперь будешь жить. Ты же для этого пришла сюда?

Его слова отозвались в груди смутной тревогой.

Мой дедушка умер много лет назад. Он никак не может “жить”. Ни здесь, ни где-либо еще.

Тем не менее он стоит передо мной. Причем вполне осязаемый.

– Деда, я не могу остаться, я кое-кого ищу. Ты не видел здесь черного волка?

– Волка? – дедушка нахмурился.

– Да, – я поняла, что он ничего не знает, и пояснила: – Он мой жених, оборотень. Я пришла сюда, чтобы найти его.

– Ничего не знаю об этом. Оборотни только в сказках живут, а волков у нас давно не было…

Я разочарованно вздохнула. А он вдруг засуетился:

– Да чего ж мы стоим? Ты