Каждый второй уик-энд - Эбигейл Джонсон

– Вроде да. Я постараюсь выяснить.

– Я поклянусь любить тебя вечно, если ты найдешь его для меня.

– Не далее как вчера ты заставила меня смотреть фильм о том, что любовь нельзя купить. – Он покачал головой, и я со смехом отпрянула.

– Ладно, теперь моя очередь задавать вопросы.

– Валяй.

– Где ты живешь?

– В маленьком городке под названием Телфорд, – сказал он. – Это в получасе езды отсюда на север, если без пробок. А ты где?

– Дом моей мамы здесь, в городе. Можем пешком дойти как-нибудь, если захотим совершить самоубийство.

Адам остановился.

– Это из-за дома или его хозяев?

– В последнее время из-за того и другого.

Неловкое выражение лица Адама говорило о том, что я вызвала у него грусть и вину.

– Не из-за моей мамы, по крайней мере не полностью из-за нее. Я рассказывала тебе о парне из спортзала, с которым она встречается. По его словам, он – финансовый эксперт. Может, и так, я не знаю. Но это он накручивает ее из-за денег, которые мой отец от нее утаивает.

– Это правда? Я имею в виду твоего отца?

– Абсолютно. До развода мой отец мог десять раз купить и продать этот гребаный Оук-Вилладж, а теперь сам живет здесь и утверждает, что не может позволить себе ничего лучше – ничего личного, но это место стало почище с тех пор, как твой отец затеял ремонт. – Я остановилась. – Я уже начинаю говорить как Том. Он пытается уговорить мою маму нанять бухгалтера-криминалиста, чтобы тот проверил финансы отца и выбил из него больше алиментов. Но мой отец не идиот, поэтому я сомневаюсь, что они что-нибудь найдут, а это значит, что, если она хочет больше денег, ей придется найти работу и заняться чем-то еще, кроме фитнеса и выпивки. Может быть, она повзрослеет и начнет заботиться о ком-то, кроме себя. Может, они оба. – Я дышала как бык, изо рта валил пар. Адам не знал и половины того, что я вывалила на него только что. Никто не знал.

Мне нужно было вернуться на более безопасную и не столь болезненную для нас обоих территорию.

– Ладно, забудь все, что я тут наговорила. Я просто хочу сказать, что, пока у нас не появится возможность сесть за руль, мы обречены болтаться по окрестностям. – Мы сделали полный круг и снова приблизились к нашему дому. Прошли мимо вывески, и никто из нас даже не взглянул на нее.

В ответ Адам лишь кивнул и сунул руки в карманы.

– Давай еще несколько вопросов, – предложила я. – Любимый цвет?

– Красный. А у тебя?

– Фиолетовый. Конфеты?

– «Джелли бинс». А твои?

– Леденцы «Фаербол». Праздник?

– Хеллоуин. У тебя?

– То же самое. Конфеты и костюмы рулят. – Мы ходили взад-вперед, пока оба не стряхнули с себя тяжесть моих откровений. Пара белок с пушистыми серыми хвостами пронеслись прямо перед нами, одна гналась за другой по веретенообразной березе. Мы рассмеялись, и все снова стало хорошо.

– Вопрос посерьезнее. Какая твоя любимая песня?

– Всех времен и народов? Classical Gas^[25].

Я ткнула его кулаком в грудь.

– Моя тоже!

Он ухмыльнулся.

– Неужели?

– Нет. Кто ставит слово «газ» в название песни?

– Мейсон Уильямс. А если серьезно, не наезжай на песню.

Я подняла руки, сдаваясь.

– Ладно, согласна, она классная. Но название… – Я покачала головой.

– А какая твоя любимая песня?

– «Джолин» Долли Партон. – Я дернула плечом, когда он искоса взглянул на меня. – А что тут скажешь? Я – нарцисс. – К тому же никто, кроме Долли Партон, не вкладывает в песни столько боли. – Книга?

– «Властелин колец».

Я скорчила гримасу.

– Что такое?

– Просто она такая длинная. А все эти песни? – Я издала рвотный звук. – Короче, я не осилила.

Адам резко остановился.

– Погоди, ты не читала «Властелина колец»?

– Я начинала читать, но потом решила, что лучше заняться чем-нибудь другим. Ладно, у тебя такое лицо, будто я только что пнула тебя по яйцам. – Он выглядел бледным даже для него. – Да брось ты. Я смотрела фильмы, понятно? Если не считать склонности Питера Джексона к бесконечным крупным планам, они мне понравились.

– Фильмы – это здорово, но они ничто по сравнению с книгами.

– Ну, просто книги у меня не пошли.

– Ты сказала, что начала и сдалась. На чем ты остановилась? До «Возвращения короля»?

Я бросила на него непонимающий взгляд, на что он слегка зарычал.

– Третья книга.

Я бы рассмеялась, не будь он так серьезен.

– Скорее на третьей главе первой книги.

На его лице снова появилось то же страдальческое выражение, что и в прошлый раз. К его чести, он быстро пришел в себя и зашагал вперед.

– В следующий уик-энд я привезу тебе свой экземпляр «Братства Кольца». Мы найдем какое-нибудь тихое местечко, и я прочту тебе не только первые главы.

В его голосе прозвучало столько решимости, что я не стала с ним спорить. Мне понравилась идея слушать его в течение нескольких часов. Даже если он собирался говорить об эльфах и волшебниках.

– Знаешь, боюсь спросить тебя, какой твой любимый фильм. Мы чуть не убили нашу дружбу из-за книги о троллях.

– Я уверен, ты знаешь, что их называют хоббитами. Но да, я никогда не скажу тебе, какой фильм мой любимый.

Я едва сдержала улыбку.

Мы еще немного погуляли, хмуро поглядывая на проезжающие мимо чужие машины.

– О, у меня еще один вопрос. У тебя есть девушка? – Как я и предполагала, этот вопрос заставил Адама покраснеть. Но его ответ стал для меня неожиданным.

– Да.

Я оцепенела, даже сердце перестало биться.

– Серьезно?

Он тоже остановился, и его кадык дернулся, когда он сглотнул.

– Да. Тебе это кажется странным?

– Нет. – Хотя на самом деле – да. Мое сердце снова забилось, но слишком быстро, слишком сильно. – Ты никогда не вел себя так, будто у тебя есть девушка.

Адам снова сглотнул, но явно пытался делать вид, будто не понимает, что в наших отношениях только что произошел огромный, монументальный сдвиг, на чем настаивало мое колотившееся сердце.