К вашим услугам - Катерина Райдер

Долгожданное облегчение отразилось на теле приятным расслаблением. Натянув штаны и застегнув пуговицу, чтоб те не падали, подаю девушке руку и помогаю слезть с дивана.

— Спасибо за выпивку, тебе пора, — одариваю шатенку ленивой улыбкой и киваю на дверь, пора бы уже расходиться.

Она оказалась не глупой, поэтому без всяких пререканий опустила юбку, застегнула рубашку, заправила ее, поправила передник и волосы, а затем, взглянув на меня, сказала:

— Рада была помочь, мистер Картер. Звоните, когда ваш мини-бар нужно будет еще раз опустошить… — на чужих губах появилась лукавая и многозначительная ухмылка, а взгляд темных глаз опустился к моим брюкам.

Не знаю, как она планирует в дальнейшем получить от меня выгоду, но ее план под названием «лучший секс в вашей жизни» провалился. Это был просто секс, обычный, для меня так вообще разрядочно-проходящий, даже не похотливый.

Вместо ответа молча киваю и провожаю девушку взглядом, пока за ней не закроется дверь. Устало, даже как-то сонно разминаю плечи и направляюсь в ванную комнату, путь к которой лежит через спальню. Я не беспокоился о том, разбужу ли я Эмили. Мне казалось, что от наших телодвижений и женских стонов она и так давно проснулась.

Открываю дверь, стаскиваю с себя рубашку, бросая ее куда-то в сторону и молча иду по намеченному маршруту. На Остин даже не смотрю, хотя она, кажется, активно притворяется, что все еще спит. Но я не уверен и сейчас слишком пьян для попыток анализировать.

Смыв с себя весь день, вытираюсь махровым полотенцем, бросаю его на пол, и выхожу из ванной не обременяя себя одеждой. Мне нечего стесняться, выгляжу я хорошо, а номер по сути мой, так что… Лечь с ближайшего ко мне края не получается, там красноречиво валяется блондинка, повернувшись ко мне задом. Обхожу кровать с другой стороны и неспешно укладываюсь под одеяло. Тут уже Эми не смогла остаться безучастной. Девушка чуть ли не прыжком заняла сидячее положение и вылупила на меня глазища (которые я мог видеть только благодаря тому, что забыл выключить свет в ванной, а дверь осталась открытой).

— И? — медленно и протяжно спрашивает она, видимо ожидая чего-то. — Что это значит?

Закидываю левую руку за голову, удобнее располагаясь на кровати, и даже не пытаюсь вникнуть в суть вопроса:

— А что это еще может значить?

Остин замолкает, внимательно меня рассматривает и даже принюхивается, ну правда как жена. Затем, не выходя из сложившегося в моей голове образа, продолжает:

— Ты пьян…

— А ты наблюдательна, — язвительно усмехаюсь, — но какое это имеет отношение к делу?

Видимо, мой ответ сбивает Остин с толку, так как она начинает мяться, затем тяжело вздыхает и, собравшись, все же выдает фразу: — Ты же не собираешься здесь спать? — в ее тоне столько возмущения смешанного с претензией, что впору бы почувствовать себя в чем-то виноватым, но… нет.

Приподнимаюсь на локтях и поворачиваю голову в сторону девушки, я уже заранее устал от этой беседы.

— А где я, по-твоему, должен спать? — спрашиваю с вызовом, мой тон передает недовольство ее необоснованной претензией.

Эмили отклоняется, зачем-то. Не могу в таком состоянии различить всех ее эмоций. Они слишком быстро меняются или я заторможен? Похуй, ответа не знаю и сейчас мне плевать!

— Ладно, значит, я пойду спать на диван, — как-то обиженно произносит блондинка, поднимаясь с кровати и забирая свою подушку.

— На здоровье, — облегченно отвечаю я, так как не желаю сейчас погружаться в длительные дискуссии. Просто удобнее располагаюсь на кровати и закрываю глаза.

— А это была месть или ты просто мудак, Картер? — ее голос прямо сочился обидой. Тяжело вздыхаю и открываю глаза, она, наверное, указывала на гостиную, произнося «это», но я же на нее не смотрел, так что не могу быть уверен, поэтому уточняю:

— Что именно?

— Что именно? — женский голос становится в разы громче и визгливее, из-за чего я раздраженно хмурюсь. Далее Эмили, ведомая какими-то своими мыслями, кивает и подходит к кровати:

— Ясно… — пауза, которую я, видимо, должен был понять как что-то большее. — Да, одеяло я, пожалуй, тоже заберу. Надо же чем-то накрыть этот чертов диван, не хочу подцепить хламидиоз, — недовольно произносит Остин, а после хватается за край покрывала и дергает на себя, еще не понимая, что я голый.

— Черт! — выкрикивает Эмили, отскакивая на шаг назад от кровати и прижимая подушку ближе к телу, пытаясь за ней спрятаться. — Ты вообще нормальный?!

Удивленный ее реакцией, я вновь приподнимаюсь на локтях и смотрю на девушку, чьи щеки залились румянцем, видным даже в таком слабом освещении:

— Ты же сама содрала с меня одеяло, что ты там ожидала увидеть? — хохотнув, спрашиваю я, а после спокойно продолжаю. — Не вижу смысла отказывать себе в удовольствии, учитывая, что за все здесь плачу я. — Последние слова особенно ярко выделяю интонацией.

А затем, решаю вернуться к первоначальной претензии девушки и расставить все на свои места:

— Все мои действия, это непосредственная реакция на твой выбор, Эмили. О чем ты думала, когда отправляла меня возбужденного в бар в одиночестве? — вопросительно смотрю на собеседницу, но она все также прячет взгляд. Поэтому, тяжело вздохнув, делаю ей одолжение и натягиваю край одеяла обратно, прикрывая ту самую часть меня, которая ее так смущает. Занимаю сидячее положение и продолжаю:

— Не нравятся последствия? Что уж тут поделать, — пожимаю плечами. — Тебе придется жить с ними до конца своих дней.

Остин развернулась и, убедившись, что я прикрыт, наконец-то отодвинув от лица подушку. Посмотрела на меня обиженным взглядом и начала говорить:

— Вот значит как?.. Нет, не так… вот какой ты. Для тебя люди — вещи? — ее губы тронула горькая усмешка, но она не остановилась. — Думаешь, если ты богат, известен, то можешь вести себя подобным образом? Что же, мне искренне тебя жаль, потому что однажды ты проснешься, а рядом не окажется никого. Вот с такими последствиями жить тебе, а я со своими как-нибудь разберусь.

Закончив столь проникновенную речь, недовольная «невеста» швырнула подушку, которую мне чудом удалось поймать (с заторможенной алкоголем реакций), и направилась к выходу из спальни. Я же не стал продолжать эту беседу, а лишь откинулся на мягкий матрас, говоря вслед:

— Да-да, дверь за собой закрой.

— Иди к черту! — злобно крикнула Эми, захлопывая дверь. Сейчас я этого еще не понимал, поэтому почти сразу уснул, но завтрашний день явно не принесет мне ничего хорошего.