Больше, чем любовница - Лианна Бэнкс

Он приподнял темную бровь.

— Ага, а что?

Сара прикоснулась указательным пальцем к его щетинистому подбородку.

— Помнишь их лозунг «Будь готов»? Хорошо, что ты подумал о предохранении, потому что я-то не была готова.

— Так у тебя с собой ничего не было? — обрадовался он.

— Нет. А зачем?

Вместо ответа Дэниел привлек ее к себе и поцеловал. С трудом оторвавшись от рта девушки, он облизал губы.

— Можешь не заботиться об этом, Сара. Я бы не хотел никаких сюрпризов. — Он засмеялся. — Не в пример моему зятю Рассу.

Сара кивнула, вспомнив о недавней беседе с подругой.

— Карли сказала, что он намекал на ребенка, но ей хотелось бы немного повременить.

Дэниел скорчил гримасу и кивнул.

— Я бы на их месте вообще не заводил детей.

— Понимаю, — задумчиво сказала Сара. — Ты так намучился с братьями и сестрами, что сыт по горло.

— Ага. Делать их — куда большее удовольствие, чем воспитывать. — Он алчно поглядел на ее груди. — Слушай, моя рука не хочет расставаться с твоей. Придется им вместе принимать ванну.

— Да ну? — рассмеялась Сара. — Только одной руке?

— Ну, если ты такая жадная, — пошутил он, — так и быть, забирай и вторую.

— Какая щедрость! — насмешливо фыркнула она, провела пальцами по его предплечью и увидела, что волосы у него встали дыбом. Впрочем, не только волосы…

Сара закусила губу, пытаясь скрыть усмешку.

— Значит, две руки и больше ничего? Посмотрим, что из этого получится…

После завтрака они пошли кататься с гор. Дэниел лишь второй раз в жизни стоял на лыжах, и атлетическое телосложение ничем не могло ему помочь. Он дважды полетел в сугроб. На третий раз к нему подъехала Сара и помогла подняться на ноги. Дэниел выругался с досады.

— Черт знает что!

— Тебе не помешала бы пара уроков, — заметила Сара.

Он покачал головой и вытряхнул снег из рукавов.

— Не хочу попусту тратить время.

Сара не думала, что это было бы пустой тратой времени, но предпочла промолчать.

Дэниел подозрительно посмотрел на нее.

— Ну, говори. Что я делаю не так?

— Ты действительно хочешь это знать?

— А чего ради я спрашиваю, по-твоему?

Сара показала пальцем на его длинные ноги.

— У тебя прямые ноги. Если ты согнешь их, то сумеешь лучше удерживать равновесие. Сейчас они слишком жесткие.

— О'кей. Согнуть колени. — Дэниел нахлобучил лыжную шапочку. Казалось, к нему вернулась уверенность. — А я всегда думал, что женщинам нравится в мужчинах именно жесткость.

Сара уставилась ему вслед. Прошла минута, прежде чем она поняла намек. Девушка засмеялась и крикнула:

— Я говорила про колени, Дэниел! Только про колени!

Уик-энд прошел чудесно, и Сара знала, что запомнит его надолго. Дэниел так настойчиво уговаривал ее переехать к нему в люкс, что вскоре Сара перебралась туда с вещами. Они не разлучались ни на минуту, и это позволило девушке узнать о Дэниеле много нового. Например, он всегда просыпался в отличном настроении. В нем не было ни капли раздражительности; наоборот, по утрам он любил болтать и обниматься. Неужели он всегда был таким? Если это так, то понятно, почему мать в нем души не чаяла.

Беседа могла затянуться до часу ночи, но в три секунды второго Дэниел уже спал мертвым сном. Ему нравились прикосновения Сары, и не только сексуальные. Он часто раскидывался на кровати и намекал, чтобы ему помассировали спину. Когда Сара случайно брала его за руку, он непременно накрывал ее кисть другой ладонью. Он любил уединение, но обязательно с ее участием. Когда они заходили в ресторан или сидели в каком-нибудь людном месте, он неизменно выбирал уголок потише.

В последний вечер Дэниел повел Сару туда, где было поменьше народу. Они пили кофе по-ирландски и любовались чудесным видом из окна.

Из соседнего кабинета донесся взволнованный женский голос.

— Только и всего? Значит, нам было весело и ты навсегда запомнишь этот уик-энд? Том, я ждала большего.

В тоне женщины звучало такое разочарование, что Сара инстинктивно оглянулась в поисках выхода. Но спрятаться было некуда. Она ненавидела подслушивать разговоры, не предназначенные для чужих ушей. Избегая взгляда Дэниела, она уставилась в чашку.

— Кэрри, я с самого начала предупреждал, что не собираюсь связывать себя по рукам и ногам. — Голос мужчины был совершенно спокоен.

— Тебя устраивают ни к чему не обязывающие отношения, а меня нет. Спасибо за предупреждение. Извини, я пойду укладывать вещи.

Чужое горе захлестнуло Сару. Она с облегчением вздохнула, услышав звук удаляющихся шагов.

Дэниел тихонько присвистнул.

— Веселый разговор…

Сара кивнула.

— Похоже, здесь такие разговоры не редкость.

Дэниел пожал плечами.

Воцарилось молчание, и Сара невольно подумала о том, что они с Дэниелом мало чем отличаются от этой пары. Разница была только в одном: Сара прекрасно понимала, что Дэниел не собирается брать на себя никаких обязательств. Что будет, когда она ему надоест? При одной мысли об этом у нее сжалось сердце.

— Что-то ты странно притихла, — сказал Дэниел, обнимая ее за плечи. — О чем задумалась?

— Об этой паре.

— Ага. У меня до сих пор горечь во рту.

— Они совершенно по-разному относятся друг к другу. Кажется, его не очень печалит разлука. А я подумала… — Сара запнулась. Стоит ли начинать неприятный разговор?

— Что подумала? — поторопил он. Сара проглотила комок в горле.

— Ну, интересно, как расстаешься с женщинами ты.

Дэниел сморщился, словно лимон проглотил,

— На кой черт тебе об этом думать?

Сара приободрилась и слегка отодвинулась.

— Да так просто. Наверняка тебе приходилось с кем-то рвать. Просто любопытно, как это случается.

У Дэниела отлегло от сердца.

— Вообще-то это не так уж трудно. Я ведь с самого начала вел дело так, чтобы женщина не рассчитывала на свадьбу. Разница между мной и этим парнем в том, что я завязывал отношения с женщинами, которые не собирались замуж.

— И у тебя никогда не возникало сложностей?

— Пару раз возникало, — признался он.

— И что же ты делал?

Он протяжно вздохнул.

— Объяснял, что женщина и мужчина должны хотеть одного и того же. Для брака нужно более серьезное чувство. Я говорил, что уважаю ее и завидую счастливчику, который женится на ней. — Он чертыхнулся с досады. — Слушай, почему мы разговариваем об этом в наш последний вечер?