Пешка в чужой игре - Мари Мэй

Меня выпускают из комнаты, дают телефон, чтобы я позвонила Сене и убедилась, что он жив. Я звоню, слышу голос Сени, он дома. Семен отвозит меня назад в квартиру, я надеюсь, что смогу что-то предпринять. Но надежды разбиваются в дребезги, как только я вижу в квартире Ингу.

— И ты думала, что после такого тебя оставят без присмотра? — смеется она. — До дня свадьбы я буду твоей тенью!

Инга поселилась у меня в квартире. Она стала моим личным сторожем. Инга провожала меня даже до двери в уборную, телефон у меня отобрали, звонить я могла только в ее присутствии.

Глава 28

На следующий день пришло страшное известие. Сеню избили еще раз, только сильнее, потому что он ослушался и пошел в милицию. Бронштейн сразу замял дело, Сеню заставили забрать заявление.

Дни тянулись, как мучительная пытка. До свадьбы оставалось три дня. Мы с Ингой поехали на примерку свадебного платья. В комнате кроме нас с Ингой еще девчонки, мои модели, человек пять.

Я стою посреди комнаты в нижнем белье и чулках. Девчонки возятся с подъюбником. Когда с детства участвуешь в конкурсах, перестаешь стесняться всех этих одевашек-переодеваек при подружках. Я стою и смотрюсь в большое зеркало. Вижу себя в зеркале и думаю: через каких-то три дня я буду так же стоять перед ним в его спальне. Жить с ним под одной крышей, спать в одной постели!

Я вещь, которую можно купить? Я продалась за бизнес и славу?! Кто я после этого? На душе так гадко!

Я швыряю подъюбник, бегу в раздевалку, натягиваю джинсы, свитер, хватаю шубку. Инга останавливает меня и хватает за руку.

— Куда собралась? — кричит она на меня.

— Я не выйду замуж за Бронштейна! Лучше умру!

— Что ты сказала?

— Что слышала! — кричу я и выбегаю из комнаты. Инга бежит за мной.

Ключи от машины у меня в кармане джинсов, я сажусь за руль и срываюсь с места. Мчусь, сама не зная куда.

Хочется оказаться как можно дальше, на другом конце земли, на другом конце вселенной. За мной, кажется, гнались гаишники, но я оторвалась. Не знаю, куда бегу и зачем. Не выйду замуж за Бронштейна — пострадают мои близкие, я не знаю, что делать. И тут я понимаю, что потеряла управление. Машина мчится к берегу реки, а я не могу затормозить.

И я понимаю: сейчас все кончится, кончатся мои страдания, и моя жизнь кончится! Из самой глубины моей души вырывается истошный крик: я хочу жить! И будто в ответ на мою мольбу машина останавливается на самом краю обрыва. Я выхожу, меня трясет. Ко мне подходит какой-то мужчина в грязных обносках, по всей видимости — бомж.

Я кричу: «Лучше б я умерла!» Понимаю, что мне придется вернуться к Бронштейну.

— Что ты такое говоришь, девочка? Ты такая молодая! Тебе нужно жить!

— Я не хочу, не могу, не буду его женой! Я не выйду за него! Я его ненавижу!

— Так и не выходи, зачем умирать? — удивляется бомж.

— У него деньги, власть, он навредит моей семье!

— Да, девочка, я тебя понимаю. Большие деньги — это зло! Моя жена бросила меня ради моего богатого друга, я стал прикладываться к бутылке, потерял работу, потом квартиру…

— Я не знаю, что делать! — я вновь расплакалась и вкратце рассказала ему о своих бедах.

И тут в мою голову пришла шальная мысль. А что, если убедить Бронштейна, что я погибла?

— Вы можете сказать, что видели, как моя машина упала в реку? Можете подтвердить, что я погибла?

Бомж согласился.

Вместе с ним мы столкнули машину в реку, она и так была на самом краю.

— Тебе нужно переодеться, иначе тебя узнают! — подсказал он мне. — Вон там, за деревьями помойные бачки. Я видел там неплохое пальто, женское. Тебе подойдет!

И я пошла за пальто. Там я нашла сапоги большого размера и надела их тоже. Никогда бы не подумала, что способна на такое! Шубку и свои итальянские сапоги я бросила в реку.

Я решила: прошлое умерло, а я снова живу! Я попросила у моего нового знакомого немного мелочи на транспорт, ведь надо было как-то выбираться, и в благодарность отдала ему золотой браслет — подарок Бронштейна. Мой новый друг поклялся не выдавать меня, и как я узнала позже, не обманул.

Я огляделась по сторонам. Места знакомые. Неподалеку железнодорожная станция. Можно доехать до дома дяди Бори на электричке. Дядя с семьей живет в поселке. Дрожа как осиновый листок, я села на поезд. Казалось, в грязном балахоне меня никто не видит.

И я доехала. Увидев меня в таком наряде, тетя Ира, жена дяди, была мягко говоря в шоке. Дяди дома не было, он должен был вернуться через два дня. Я рассказала тете о случившемся, она позвонила маме, сказала ей, что я в полном порядке и предупредила, чтобы она делала вид, будто не знает где я. Мы договорились, что не будем созваниваться, я боялась прослушки. Я просидела в ванной до ночи, все не верила, что мне удалось спастись.

Следующие два дня я даже из комнаты боялась выйти, боялась подходить к окнам и плотно задергивала шторы. Дети дяди Бори — те еще конспираторы, никому не проболтались, что я прячусь в их доме.

Когда дядя Боря приехал и узнал, что я натворила, сказал, что меня за это убить мало! Но он понял меня и согласился защитить. Еще две недели я пряталась в их доме, выходя прогуляться в сад только ночью. Потом меня отправили в Москву в дом сослуживца дяди Бори. Там мне сделали новые документы. Теперь я Алиса Петровская.

— И Бронштейн перестал искать тебя? — обратилась к сестре Леся.

— Да, он быстро сдался. Наверняка, Инга рассказала ему о моих последних словах, и он решил, что я покончила с собой. Дядя узнавал, он после этого уехал в Италию и жил там несколько лет. Я думала, он и сейчас там. Приехала в гости к дяде, с мамой повидаться, а тут такое! Узнаю, что у меня есть сестра!

— Извини, я не хотела, чтобы у тебя из-за меня были проблемы!

— Леся, перестань, это все из-за меня, только я виновата! Твой друг сказал маме, что я смогу тебе помочь.

— Да, что-то он задерживается. Алиса, а что ты делаешь в Москве?

— Я поступила в медицинский. Совсем