Пешка в чужой игре - Мари Мэй

— Да как ты смеешь! — Бронштейн закипел.

— Кого ты любишь? Лесю или ее лицо? Если бы она выглядела иначе, ты бы посмотрел в ее строну? — не теряя хладнокровия спросил его Никита.

— Замолчи! Ты ничего не понимаешь! Она любовь всей моей жизни! — Лев Маркович побагровел.

— Когда любишь — хочешь приносить любимому человеку радость. А ты ее лишь запугивал!

Бронштейн молча посмотрел на Семена и кивнул головой. Семен подошел к Никите и ударил по лицу. Кровь тонкой струйкой побежала по щеке, но Никита не издал ни звука.

— И что ты теперь скажешь? — самодовольно спросил Бронштейн, чувствую свое превосходство.

— А если бы Алиса была жива, что бы ты сделал? Кого бы выбрал? Любил бы сразу двух? Не многовато ли? — ответил Никита вопросом на вопрос.

— Алиса умерла, и теперь Леся — смысл моей жизни! Мы поженимся!

— Только ты забыл у Леси спросить, хочет ли она быть твоей! — про Алису Никита не сказал больше ни слова, хоть он и знал, что она жива.

Бронштейн шепнул что-то Семену и вышел. Семен уставился на Никиту, довольно потирая руки. Он замахнулся и ударил Никиту несколько раз.

— А тебе самому не противно бить связанного? Ты после этого еще считаешь себя мужиком? — Никита тщетно дернул руками за спиной, пытаясь развязать веревку.

Вместо ответа Семен ударил его еще раз.

— Никто, слышишь меня, компьютерщик, никто не смеет отбивать невесту у моего шефа! Понял?

— Она ему не невеста!

— Раз шеф говорит невеста, значит — невеста! Пока ты тут выделываешься, она сидит спокойненько в квартире. Шеф хочет поехать к ней! — Семен заулыбался.

— Ее там нет, вы ее не найдете! — спокойно ответил Никита.

Семен принялся его избивать.

Тем временем, Вадим, Алиса и Леся добрались до коттеджного поселка. Алиса еще раз позвонила матери в надежде, что дядя Боря вышел на связь, но ответ был отрицательным.

— Останови здесь, дальше пешком. — сказала Вадиму Алиса.

Глава 30

Все трое вышли из машины и направились в сторону коттеджа, обнесенного красным забором с кирпичными колоннами.

— И как ты собираешься попасть в эту крепость? — спросил Вадим.

— Знаю одно слабое место. Обойдем сзади. Там ветви хвойника, посаженного на территории, свисают над забором. А за забором альпийская горка, на нее спрыгивать удобно. Однажды туда смогли залезть подростки, думаю, и у нас получится. Ты нас подсадишь, мы залезем. — ответила Алиса.

— Ты хоть знаешь, что это незаконное проникновение в частную собственность?

— Мы же не собираемся его грабить, просто посмотрим, там ли Никита. Можешь остаться, мы сами.

Леся молча шла за сестрой.

— Только этого не хватало! Ветку спилили! — Алиса недовольно взмахнула руками.

— Что будем делать? — взволнованно спросила Леся.

— Решаемо! Нужно только подкатить вот это поближе! — Алиса показала на мусорный бак.

— Нет, только не мусорник! — скривила лицо Леся.

— Как ушла, так и приду. Вадим, да помоги же нам!

Алиса забралась на мусорный контейнер и посмотрела через стену.

— Все в порядке, альпийская горка на месте. Я лезу. Вадим, помоги Лесе!

— Полезешь в логово Льва? Там хоть собак нет? — спросил Вадим.

— Нет, Лев Маркович с детства боится собак, он мне сам рассказывал. — Алиса прыгнула на горку, Леся следом за ней.

Сестры крадучись пробрались к дому и зашли с черного хода через кухню. Как и предполагала Алиса, он был открыт.

— По коридору и налево. — подсказала Алиса сестре. Девушки притаились, где-то совсем близко слышался разговор двух мужчин. В одном из них Леся узнала Василия, нынешнего шофера Бронштейна.

— Крепкий, однако, парень! Семен ему врезал, а он даже не пикнул.

— Да, а ты знаешь, что Леся эта выглядит точно также, как и та утопленница?

— Че, правда что ли? Жуть! История повторяется!

Голоса стихли, мужчины вышли на улицу. Алиса вытащила маленькую вещицу из своей сумки.

— Что это? — спросила Леся?

— Не видишь? Зажигалка!

— Ты куришь?

— Нет, но дымовуху мы сейчас устроим! Заткни уши! — Алиса вытащила из сумки несколько бумажных салфеток, подожгла и поднесла к датчику пожарной сигнализации.

Раздался оглушительный вой сирены. Все забегали, затопали, послышались тревожные крики, и девушки воспользовались суматохой, чтобы проникнуть в подвал. Убедившись, что Семен побежал в сторону кухни, они спустились в погреб. Никита с разбитым лицом, весь в крови сидел, примотанный к стулу.

— Леся! Зачем ты пришла? А это… Это твоя сестра? — спросил он, глядя на Алису.

— Да! Мы тебе поможем! — ответила ему Леся.

Алиса подбежала к стулу и вытащила из сумки еще один блестящий предмет. Как оказалось, это был перочинный нож. Алиса принялась резать веревки.

— Алиса, ты можешь быстрее?! Ты же не операцию делаешь! — торопила Леся сестру.

Послышались шаги, Леся и Алиса замерли. Кто-то спускался в подвал.

— Что это?! — закричал Семен, побледнел и застыл как истукан. В руках у него был пистолет. — Ты не умерла? Вас двое?! — выдавил из себя он.

Услышав крики Семена, в погреб спустилась Инга.

— Ой! — вскрикнула она. Даже на ее загорелом лице проступила бледность.

— И… И-Инга, см-смотри! Их двое! Двое их! Смотри! — Семен не выпускал из рук пистолет и водил им из стороны в строну, целясь то в Алису, то в Лесю.

— Да вижу я, что двое! Семен, держи пистолет ровно, не размахивай им! Алиса, так значит, ты жива?

— Да, как видишь! — кипя от негодования ответила ей Алиса. В руке у нее был нож, она вышла вперед, как бы защищая сестру.

— Алиса, брось нож! Ты же не хочешь, чтобы Семен всех вас перестрелял?

Алиса подчинилась. Маленький ножечек полетел на пол.

— Семен, держи эту компанию на мушке! Я за Львом Марковичем, надо решать, что с ними делать! — Инга повернулась к лестнице.

В эту минуту в подвал спустился Бронштейн.

— Что у вас происходит? Я не… — не успел договорить он. Лев Маркович позеленел, пошатнулся и прижался к стене. — Алиса? Ты жива?

— Да, представьте себе, жива!

— Но почему? Почему ты ушла? Я же любил тебя!

— Потому что жизнь рядом с вами хуже смерти!

— Чего тебе не хватало? Я все тебе дал!

— И забрали вы еще больше, Лев Маркович! Отняли у меня свободу, отняли мою жизнь, превратили меня в пленницу, и хотели, чтобы так было вечно. Вас никогда не интересовало, чего хочу я. Воспользовавшись моей наивностью, вы сплели такие сети, из которых меня могла освободить только смерть.

— Все эти годы я винил себя! Думал, ты погибла из-за меня!

— Поэтому вы нашли мне замену? Чтобы совесть не мучала?

На этот вопрос он не ответил.