Сновидения - Яркая Дэйзи

«Не всё так плохо, — одним тёплым вечером подумала я. — Я в безопасности — среди охотников. Могла бы очнуться в нищете, без крова и хлеба, совершенно потерянная и окружённая злыми людьми, — пыталась как-то успокоить себя. — Или ещё хуже — в ловушке кровожадных демонов, которые, как мне рассказывала Шинобу, лакомились человеческой плотью».

Я всегда старалась мыслить о светлом будущем, но редкое уныние временами закрадывалось в душу — в тем моменты, когда я оставалась наедине с самой собой. Часто меня изводили вопросы:

Надолго ли я здесь?

Что произошло с моим телом по ту сторону — как поживала драгоценная Микото?

Всё действительно закончилось? Мысли о Матери не покидали меня ни на секунду — только морозили и будоражили дух. Но дни безудержно неслись, а вместе с ними и сердечные переживания — дьяволица ни разу не заявила о себе, и оставалось только думать, что на истории с ней можно было поставить точку.

«А как же Кёджуро? — не переставала думать о нём я, выискивая в редких лицах случайных гостей. — Скучаю, скучаю, скучаю по тебе — тебя мне не хватает! Какое счастье, что теперь мы живём под одним небом. Ты живой, родной, невредимый. — Едва ли не плакала я, стоило вспомнить родной силуэт мужчины. — Как же хочется увидеть тебя и поскорее!»

Но Кёджуро никак не появлялся в поместье, а любопытные расспросы со стороны Шинобу и колкие взгляды прочих обитателей поместья не прекращались. В какой-то момент мне пришлось унять нетерпение и перестать искать встречи с мужчиной — кто знает, чем это могло закончиться.

Интересно, был ли в этом мире ворчливый Санеми?

Мысли колко развеяли громыхающие звуки, сопровождающиеся частым топотом чужих ног. Я лениво потянулась и нехотя покинула своё временное пристанище — жизнь в поместье закипела ранним утром, а это означало, что работы было у меня предостаточно. Вальсируя между коридорами, я морщилась — с рассветом больничное крыло содрогалось от чьих-то резких воплей и буйных ругательств. Когда что-то зазвенело и шумно повалилось на пол, я ускорила свой шаг и на короткий миг подумала, что в момент очередного возгласа нечто знакомое мелькнуло дрожащими нотами в чужом голосе. Стоило мне выглянуть из-за косяка скрипучей двери, в мою грудь с глухим звуком врезалось суетливое и беспокойное существо, в котором я сразу узнала обитательницу поместья — совсем юную, застенчивую девчушку, в нескладной униформе с посеревшими от времени фартучком и перчатками.

Я заговорила медленно и осторожно:

— Что-то произошло?

— Да! — воскликнула она, бегло оглянулась и тотчас затряслась. — Там! Нужна помощь с перевязкой! — заговорила она чуть тише. Выглядела она совсем оглушённой и забитой, часто вздрагивающей и поглядывающей на меня огромными глазами.

— Что же тебя так напугало? — Я снисходительно улыбнулась. — Помощь нужна? — И ободряюще хлопнула рукой собеседницу по плечу, та только слабо улыбнулась и небрежно скинула мою ладонь. Потом кивнула то ли самой себе, то ли в знак благодарности, резко протянула небольшой мешочек с бинтами и стеклянными бутыльками и всунула его мне в руки. Пробормотала несколько неразличимых слов, обошла меня кругом и будто случайно задела плечом. Я спокойно проводила её удаляющийся силуэт взглядом, не испытав крупной неприязни — некоторые молоденькие девочки, живущие в поместье много лет, горячо ревновали. Ведь я посмела не только с разбегу опрокинуть всё то, что они выстраивали годами, но и отобрать их любимого героя — Шинобу.

«Это возрастное», — подумала я не без улыбки, а потом взглянула на несостоявшегося, особо буйного пациента и чуть не выронила всё из рук. Пылкий энтузиазм вмиг растерял своё величие в моём сердце и обернулся шершавой тревожностью, когда я неожиданно встретилась со знакомым холодом.

С которым на меня смотрел Санеми. Он был таким же, как и в нашу последнюю встречу: крепкий, подросший, лицо острое и немного угловатое. Вновь сердитый — между тонкими бровями образовалась привычная хмурая морщинка. Взгляд его — ледяной, немного ядовитый, пронизывающий насквозь февральским морозом и сдирающий живьём кожу. Волосы его торчали в разные стороны и казались такими же острыми, как характер, и только редкий блеск, мелькающий по ним, будоражил фантазию. Казалось, коснулась бы я горячей ладонью этих волос, тотчас растопила бы весь холод, ощутив под кончиками пальцев не иголки, а внезапную пушистость. Я вгляделась в него внимательнее: в каждой морщинке на лице, прямой осанке, каждой мышце и ширине плеч, крепких руках, усыпанных старыми и новыми ранами, видны были родные черты, от которых у меня с болью сжималось сердце.

Он вдруг заговорил раздражённо:

— Чего медлишь? — сказал с интонацией, что всё внутри меня вмиг очнулось. — Что одна, что вторая — обе бестолковые дуры! — пламенно зашипел он, и я часто заморгала, а потом быстро подлетела к нему и начала осматривать руки и ноги.

«Я схожу с ума, схожу с ума! — взволнованно подумала я и едва сдержала радостную улыбку. — Кактус, противный и вредный! Ты тоже здесь, хвала небесам! Как же я тебе рада. — И слабо затряслась от волнительного чувства. — Наверное, ты тоже совсем не помнишь меня».

Тяжёлый взгляд Санеми опустился на мои подрагивающие плечи, и мужчина стремительно помрачнел в лице.

— Слишком медленно, — заговорил он колко и резко подорвался на месте. — Зачем сюда пришла, если… — добавил чуть тише. — Не нужно! — воскликнул, фыркнул, развернулся и был таков. Я удивлённо посмотрела на него.

«Неужто ты подумал, что я ранений страшусь? — Я накрыла ладонью сердце и не сдержалась на этот раз от светлой улыбки. — Санеми, ты такой чудной!»

— Постой! — воскликнула я со смешком. — Я ещё не закончила, куда же ты! — И шустро нагнала мужчину в несколько широких шагов.

— За это время я бы успел перебить десяток демонов! — раздражённо заговорил он, не оборачиваясь. — Зря время здесь трачу.

— Что за редкостный ворчун! — парировала я.

— Что ты сказала? — Санеми резко обернулся, а потом грозно двинулся в мою сторону.

— Сказала, что ты — ворчун. — Я важно посмотрела на мужчину снизу вверх. — Редкостный! — Неожиданно что-то странное блеснуло в глазах Санеми, я встрепенулась и попятилась назад.

— Что, боишься, женщина? — медленно протянул он и вновь шагнул в мою сторону.

— Нет… — перешла я на шёпот и почему-то опустила взгляд, уставившись на мужскую полуобнажённую грудь. Когда спохватилась,