Тайм-аут - Юлия Кот

– Я не смогу, – сказала она.

Ее голос стал хриплым от сдерживаемых слез.

– Сможешь, – отрезал Никита. – А теперь пойдем кататься. Другие любуются красотами Волгограда, а мы что, хуже?

По щеке Василисы скатилась слезинка, и она вытерла ее тыльной стороной ладони. Никита поднялся первым. Одернул рубашку, смахнул невидимые пылинки с джинсов, пригладил волосы. Когда на них падали отблески солнца, они становились светлее, приобретали золотистый оттенок.

– Слишком долго на меня смотришь. Ослепла от красоты? – не удержался он от подколки, закидывая в рот очередную пластинку мятной жвачки.

– Ты неисправим.

– Какой есть.

Его протянутая ладонь показалась ей спасательным кругом.

Кабинка предательски раскачивалась. С колеса обозрения открывался потрясающий вид на город – такой, что просто дух захватывало. В приоткрытое окно залетал ветер, прохладный и свежий.

– Интересно, какая здесь высота… – пробормотала Василиса, разглядывая уплывавший вниз город.

– Пятьдесят метров, – ответил Никита.

Василиса закусила губу.

Он спокойно откинулся назад, привалившись спиной к стеклу кабинки. Его занимали вовсе не потрясающие виды на город, он внимательно смотрел на Василису.

– Боишься высоты? – поднял бровь он.

– Скажем так, я не фанатка острых ощущений.

Василиса мертвой хваткой вцепилась в железное сиденье. Кабинка поднималась все выше.

– Красиво, правда? – Никита указал рукой на город, раскинувшийся у них под ногами.

Василиса кивнула, но не могла произнести ни слова, поглощенная зрелищем. Волгоград лежал перед ней как на ладони – Волга, центр города, собор Александра Невского, купол планетария… Внизу, словно крошечные точки, сновали люди, небо было затянуто бархатным покрывалом облаков.

Василиса смотрела на маленькие домики, на блестящую поверхность воды, но в голове крутились совсем другие мысли. Воспоминания о днях, проведенных с Лебедевым, полных смеха, шуток и непринужденных разговоров, сплетались в один большой клубок волнения, трепета и каких-то новых, странных, необъяснимых чувств. Кабина медленно вращалась, ощущение полета над землей завораживало.

– Я никогда на нем раньше не каталась, – призналась Василиса, и ее голос слегка дрогнул.

– А я катался, но давно с мамой и отцом, – сказал Никита и отчего-то помрачнел.

– Что-то случилось? Ты какой-то… другой.

– Нет, – он покачал головой. – Все в порядке.

Короткий диалог прервался, каждый погрузился в свои мысли, и в этом молчании не было ничего гнетущего, наоборот, оно было комфортным, нужным им обоим.

– Хочу прокатиться здесь ночью, когда колесо подсвечено разными огнями, – вдруг мечтательно проговорил Никита.

Он повернулся к ней, заглянул ей в глаза. В этот момент между ними возникло какое-то особенное чувство, которое никто из них не смог бы описать.

– Знаешь, что еще я хотел бы сделать? – спросил он, и его дыхание стало прерывистым.

Этот вопрос заставил ее сердце забиться в бешеном ритме. Она чувствовала, как тепло растекается по телу, а щеки вспыхивают румянцем.

– Что? – прошептала она, чувствуя, как в груди разгорается жар.

– Хочу поцеловать тебя, – выдохнул он.

В его голосе звучала такая нежность, а все происходящее казалось таким невероятным, что по спине пробежала дрожь. Отчаянно хотелось согласиться. Как за столь короткое время они успели пройти такой путь. Были друзьями, а теперь… Кто они теперь? Вопреки здравому смыслу, Василиса молча кивнула.

Кабинка медленно двигалась, мир внизу растворялся в лучах полуденного солнца, а они, будто на краю вселенной, смотрели друг на друга, и, казалось, все вокруг перестало существовать.

Никита медленно наклонился к Василисе, его глаза, холодные, как льдины, очутились совсем близко. Она могла рассмотреть мелкие, едва заметные веснушки у него на носу. Заметила, что ресницы у него удивительно длинные и пушистые, такого же цвета, как и волосы. Обычно насмешливый, сейчас он стал серьезным, и от этого еще более привлекательным. «Когда у Лебедева появились такие четко очерченные скулы?» – недоумевала Василиса.

– Ты уверена? – спросил он – Скажи «нет», и я остановлюсь.

– Да, – прошептала она, чувствуя, как от предвкушения немеют кончики пальцев.

И тогда он поцеловал ее. Василиса закрыла глаза. Она почувствовала сначала легкое прикосновение к щеке, его мятное дыхание. А затем он накрыл ее губы своими. Они были мягкими, теплыми, касались ее так медленно, так осторожно, словно она была сделана из фарфора. В этот миг для Василисы не существовало страхов и сомнений – только его губы, только его запах, только его тепло.

Поцелуй был легким, нежным, именно таким, каким она его себе представляла. Она прерывисто вздохнула и наконец-то поняла, что имеют ввиду в романтических фильмах, когда говорят, что «в животе порхают бабочки».

Он легко провел большим пальцем по ее скуле и отстранился. Василиса никогда не думала, что подарит свой первый поцелуй Лебедеву, но вот он, сидит перед ней. Впервые она видела его таким уязвимым, неуверенным, забывшим о привычной браваде. Маски были сброшены. Они вновь вернулись к исходным настройкам, вновь сближались.

Василиса была в полной растерянности, в плену момента, во власти нового, нежного чувства, которое проникло в ее душу. Кабина медленно покачивалась, снижаясь, земля приближалась, но все, что сейчас имело значение – это поцелуй, все еще ощущавшийся на губах.

Она не знала, сможет ли довериться Никите так же легко, как в детстве. Но была совершенно уверена в том, что в их истории начинается новая глава. Глава, которая может все изменить.

20. Никита

Первая половина недели прошла удивительно спокойно. После ночной выходки отец в квартире больше не появлялся. Пару раз он пытался дозвониться Никите, но тот ему не отвечал. Последнее, чего ему сейчас хотелось – общаться с отцом. В следующий раз они поговорят, только когда Никита сдаст пробник, а сдаст он его на отлично, в этом сомнений не оставалось. Тогда он сможет ткнуть отцу в лицо результатами и спокойно доиграть сезон.

Все освободившееся от тренировок время Василиса посвятила занятиям с Никитой. Ощущение, словно они сели в машину времени и вернулись на пять лет назад, не покидало их – снова посиделки у нее дома под чутким присмотром родителей, снова прогулки и походы в кино. Они сами не заметили, как их фейковые отношения внезапно стали настоящими. Слухи продолжали витать по школе, посты об их отношениях появлялись в группе, но оскорблять Ветрову в Сети больше никто не решался.

Как Никита и обещал, он начал поиски администраторов группы, но пока никого не нашел. Миша Гордеев, их сокомандник, сказал что у него есть знакомый, который учится на программиста на первом курсе технического ВУЗа. Они обратились к нему за помощью и теперь ждали ответа, надеясь, что все-таки удастся выяснить, кто слил то видео и писал гадости про Василису.

На них пялились