Второе правило семьи Райс - Оксана Гринберга

– Договорились. А что насчет Лизиретт ДеЛанте?

Стен покачал головой.

– Мы не успели. Вернее, я не успел.

– Но как?! Что с ней случилось?!

Стен этого не знал. Сообщил лишь, что Лизиретт ДеЛанте больше нет в живых.

По официальной версии, она наложила на себя руки из-за несчастной любви к Эрвальду Хасторскому, потому что принц к ней охладел.

Но мы оба прекрасно понимали, что все было совсем не так.

– Поздравляю с победой, – немного помолчав, добавил Стен. – Нисколько в тебе не сомневался, Аньез! Ты отлично выполнила свою работу.

Вот и он отправился выполнять свою – искать Эстара, которого вывезли из Меерса то ли в виде трупа, то ли все еще живого. Я не сомневалась, что Стен докопается до правды, а потом вернет нашего четвертого, в каком бы состоянии он ни находился.

Это его работа, которую он собирался выполнить. Как и я выполнила свою.

– Мисс… Мисс Райс? – стоило Стену уйти, как ко мне подбежал худенький парнишка лет десяти-двенадцати.

К этому времени дети уже перестали петь. В руках у них появились флаги, которыми они теперь размахивали, – преимущественно, в цвета Хастора, но были и других стран.

Правда, не все – часть детей бесцельно слонялась по ипподрому, и один из них подошел ко мне.

– Это я, – вымучив из себя улыбку, сказала ему.

– Вот, вам просили его передать, – и в мою руку лег увесистый кожаный мешочек.

Я осторожно его пощупала – внутри были плоские кругляшки, похожие на монеты, и еще словно россыпь зерен. Но магии я не чувствовала, так что ловушки на мешочке быть не могло.

– Что это такое? – поинтересовалась у него.

– От вашей подруги Гейры, – произнес он. – Так мне наказали передать. И еще слова…

– Какие слова? – я принялась развязывать шнурок.

– «Мы были уверены в вашей победе, поэтому сделали правильную ставку. Ты нас не подвела, Аньез! Как и положено, делюсь с тобой десятой частью прибыли. Твоя подруга Гейра».

В этот момент я открыла мешочек и… уставилась на лежащие внутри золотые монеты, а еще на прозрачные камушки с гранеными боками, засверкавшие на солнце бриллиантовым светом.

Раскрыла рот от изумления. Но уже скоро его закрыла.

Как и говорила Гейра, она видела на корабле, на что я способна. Поэтому смело сделала ставку на нашу команду и на нашу победу. Причем подозреваю, ставка была солидной.

Она не прогадала, поэтому решила поделиться частью выигрыша и со мной.

Только вот… Я не собиралась ничего у нее брать! Мне не нужны были ни ее деньги, ни драгоценности, а заодно я не хотела иметь никаких дел с ее семьей, для кого человеческая жизнь не имеет особой важности.

Но вернуть мешочек оказалось некому – мальчишка исчез. Пока я хлопала глазами, рассматривая сокровище в своей руке, он смешался с толпой гимназистов, а я, если честно, даже не запомнила, как он выглядел.

Худой, темноволосый, сообразительный и в синей форме – вот и все, что отложилось у меня в памяти. Но таких на поле было не меньше сотни, так что найти его не представлялось возможным.

Как и отыскать Гейру с ее семьей на переполненных трибунах, после чего вернуть ей мешочек с сокровищем.

Но если так, то… Что же мне теперь со всем этим делать?

Так ничего и не придумав, я вернулась к команде, по дороге выдавив из себя нервную улыбку. Потому что Рейн Бергссон, оставшийся без свидания по причине своего проигрыша, все еще смотрел на меня с изумлением.

– Но как? – спросил у меня кто-то из судей, когда я проходила мимо. – Разве обычный маг в силах преодолеть заклинание Артиса-Меллерита?

Пожала плечами.

– У команды Хъедвига вышло красивое, но немного дырявое заклинание, – сообщила ему, а затем говорила это и остальным, если ко мне подходили с подобным вопросом.

Потому что ко мне подходили.

Наконец все убрались с поля на трибуны, после чего мы посмотрели на то, как команда Хастора заняла третье место. А еще время от времени я поглядывала на Золотую Ложу и делала это с удивлением – потому что та внезапно опустела, хотя королевской семье, как мне казалось, спешить было некуда.

Но они ушли. Отбыли с ипподрома, и я гадала: что не так? Что могло случиться?

– Да, спасибо! Мне очень приятно, – сказала я разыскивавшему меня на трибунах мужчине, одетому в цвета королевского дома.

Но оказалось, он явился вовсе не для того, чтобы поздравить нашу команду с победой или же поинтересоваться, как именно мы преодолели заклинание Артиса-Меллерита. Вместо этого принес записку от Эрвальда, в которой принц сообщал, что в семье, близкой к королевской, случилось несчастье, и они решили поддержать их в такой беде.

Заодно и разобраться с тем, что произошло.

Я сразу же догадалась, о ком шла речь, – конечно же, о Лизиретт ДеЛанте, бывшей невесте Эрвальда, которая и организовала мое похищение. Уверена, ее семья была близка к королевской, иначе бы Эрвальд не собирался жениться на этой девушке.

С Лизиретт произошел несчастный случай, недавно сказал мне Стен, но и он, и я прекрасно понимали, что все было совсем не так. Тут замешан криминальный мир Меерса, внезапно решивший оказать мне услугу, но забывший поинтересоваться, хочу ли я эту самую услугу и нужна ли мне кровная месть.

Она была мне нисколько не нужна, но оказалось слишком поздно.

Заодно мне стало интересно – как быстро и как далеко смогут продвинуться в своем расследовании королевские ищейки? Выйдут ли они на исполнителей, а затем и на заказчика, а заодно докопаются ли до первопричины?

Я этого не знала, но в том, что гибель Лизиретт станут расследовать лучшие сыщики Хастора, у меня не было никаких сомнений.

Тут нашу команду позвали на поле, где под гимн Центина – надо же! – все-таки вручили золотой кубок победителей в категории поединков.

Сперва его держал Йенн, а затем отдал кубок мне. Посмотрел немного на то, как я едва не выронила подобную тяжесть, затем забрал кубок из моих рук и поднял высоко над головой, а команда Хъедвига принялась нас поздравлять.

Особенно усердствовал Рейн Бергссон – обнял меня и обжег горячим дыханием мое ухо. Но отпустил прежде, чем я успела возмутиться.

«Поздравить» Инги решили целых трое парней, и мрачный Йенн едва не принялся размахивать нашим трофеем, разгоняя тех, кто обнимал его невесту.

Парни из Хастора нас тоже поздравили, правда, без особого энтузиазма. Заодно