Черные лабиринты. Книга 3 - Эмили Ли

– Но мы же не семья, – тихо заметила Туён, всё ещё не понимая, радовала её такая предусмотрительность или нет.

– Это лишь формальность. Если захочешь, то иритан может узаконить наши отношения и потом переслать соответствующие бумаги в Кейм, там внесут в реестры. И мы официально станем семьей.

Семьей… Слово резануло по ушам и прошлось волнением по всему телу. А потом, когда пришло осознание…

– Погоди. Ты сейчас мне предложение сделал? Или я что-то пропустила? – она приподнялась на руках, чтобы посмотреть ему в глаза. Келлен уверенно кивнул. – Но это не так должно быть! – возмутилась Туён. – А где нежные слова признания, что ты меня всю жизнь искал, где цветы, где кольца? Где романтика момента?!

– Я не искал тебя всю жизнь, ты сама меня нашла. Вместо цветов был мох. Кольца мы уже проходили: больше не нужно такого. А что касается романтики момента, то я на снегу лежу уже с минут двадцать так точно, отморозил себе всё, что можно, вокруг тишина и восхитительное ночное небо с миллионами звезд…

– А нежные слова признания? – счастливо посмеиваясь, поддела она его.

– Ты моё наказание и благословение одновременно. С тобой сложно. Мы словно из разных вселенных. Ты поднимаешь во мне все невообразимые чувства, какие может испытывать человек, как плохие, так и хорошие. Но с тобой я живой. С тобой я счастлив, – он закончил своё признание и, пряча за иронией охватившее смущение, добавил: – Достаточно нежно?

– Невероятно… – потрясенно выдохнула Туён и легко поцеловала, а потом поспешно поднялась, протягивая руку и ему. – Вставай скорее, а то и правда отморозишь себе спину.

Келлен отряхнулся, обнял её за плечи.

– Так что? К иритану на поклон за оформлением отношений?

– Нет, – сразу же ответила Туён и решила пояснить: – Я не хочу, чтобы нас благословлял… такой как он. Обстоятельства так складываются, что я вынуждена молчать о его деятельности, но это не значит, что я принимаю или одобряю. Мы найдём потом способ, как официально стать мужем и женой, а пока мне достаточно просто знать, что ты любишь меня. – Она вдруг встрепенулась, глаза загорелись от нетерпения. – Покажешь нашу комнату?

– Она ещё не готова, не убрана… Планировал за завтра закончить.

– Вот и покажи, как было до! Чтобы я могла оценить масштаб твоего труда! Пойдем! – она схватила его за руку и потянула за собой в сторону замка.

– Ты испортишь сюрприз, – недовольно проворчал Келлен, но отправился следом.

Комната была в том же крыле, что и прежнее жилище Келлена, но в конце коридора. Туён чуть дождалась, пока вдруг разнервничавшийся мужчина справится с замком, и практически ворвалась внутрь.

Было просторно. Кровать однозначно гораздо шире, чем та, что была в стандартной комнате. Была здесь и ванная, как в комнате у Натаниэля, только ещё не спрятанная за ширмой. А вот обстановка такая же скромная, как и везде. Те же грубой отделки шкафы, стулья и два стола. Со временем, конечно, можно обжиться и немного улучшить, но нужно ли?..

– Не думала, что парам выдают такие комнаты, – удивилась Туён.

– Не совсем чтобы выдают, – признался Келлен с ухмылкой. – Я воспользовался особым положением, и Натаниэлю пришлось выделить мне покои высших чинов.

– Ого! – только и смогла промолвить Туён.

Девушка принялась ходить по комнате и хозяйским взглядом осматривать их будущий дом, представлять, что-где разместят.

– Этот шкаф будет моим, – объявила Туён. – И сплю я с этого края, люблю быть ближе к окну. – Келлен с улыбкой кивнул, глазами следя за её перемещениями. – А ещё я люблю, когда в комнате порядок.

– Это ты мне сейчас угрожаешь? – усмехнулся Келлен.

– Пока прошу…

Мужчина рассмеялся.

– Семейная жизнь ещё ни в каком моменте не началась, а ты уже командуешь. Смотри, а то испугаюсь и передумаю. До завтра ещё есть время, – шуточно предупредил её следопыт.

– Не передумаешь, – самоуверенно ответила она, на что Келлен разразился смехом.

– Такая уже нахалка, – выдавил он из себя, утирая проступившие слезы, а потом вдруг собрался и тихо позвал её: – Туён, я ещё не всё обсудил с тобой. – Он извлек из внутреннего кармана куртки сложенные листы и отдал девушке. Она развернула и изумленно выдохнула. Келлен подошел ещё ближе и тихо, словно боясь, что их услышат, пояснил: – Да. Это карта черных лабиринтов. Что-то я по памяти рисовал, а что-то добавил в последний поход за ящерицами. Специально замерял шагами расстояния, подсчитывал количество поворотов, отмечал особенности ответвлений: ведь во многих я уже бывал. Мне это не нужно, я всё и без карт знаю. Для тебя делал. Хоть иритан обещал мне, что ты никогда больше не пойдешь в лабиринты, но если у тебя будет подстраховка, мне будет спокойнее. У меня только одна просьба: никому не показывай их и не рассказывай. Если станет известно про карты, то моя ценность, как следопыта, потеряет смысл. А кроме этого мне нечего предложить крепости и Самсону.

Туён смотрела в его глаза и читала то, что он не сказал вслух. Карты нужны были ещё на тот случай, если он однажды из лабиринтов не вернется и место следопыта отдадут ей. Боялся за неё…

Она ещё раз взглянула на карты с множеством пометок, слезы подступили к глазам: он так долго их рисовал…

– Лён… – растроганно пролепетала Туён.

– Считай это свадебным подарком, – попытался отшутиться он.

Девушка бережно сложила листы и спрятала в потайной карман куртки.

– Тогда и у меня подарок есть для тебя…

Туён подошла и обняла его, призывно приоткрывая губы и заглядывая в глаза, надеясь, что он поймет её намерение раньше, чем она успеет испугаться собственного решения.

– Я не так хотел… в более романтичной обстановке… я собирался…

– А я хочу сейчас, – прервала его Туён, касаясь его губ пальцами, не давая дальше говорить, а потом опустила руки ниже, скользя по его груди, и прошептала, подражая подруге и её дерзким штучкам: – Не бойся, тебе понравится…

Изумление на лице Келлена сменилось озорным блеском в глазах. Он громко засмеялся и подхватил её на руки, закружил, а потом бережно усадил на краешек кровати, а сам опустился на колени, принялся стягивать с неё сапоги.

Туён вдруг разнервничалась, понимая, что сейчас произойдет. Чтобы не дать волнению перерасти в панику, принялась сама снимать с себя куртку, надеясь, что когда они наконец-то преодолеют черту полного обнажения, то и страх уйдет. Руки стали дрожать, сердце часто застучало, но уже не от любви и страсти… Вдох-выдох…