Любовь с ароматом чая - Джанет Маклеод

Строгое лицо Герберта Стока немного смягчилось.

— Благодарю вас.

— Папа, мы можем сейчас поесть пирогов с горячим шоколадом? — спросил Уилл. — И пусть Кларри останется.

Кларри увидела на лице Герберта замешательство.

— Боюсь, что я не смогу остаться, — сказала она. — Я должна возвращаться в гостиницу.

— Вы живете в гостинице? — удивленно спросил Уилл. — Она роскошная?

Кларри сдержала горькую усмешку.

— Нет, не очень.

Когда Кларри торопливо возвращалась к терпеливому пони, она слышала, как Уилл рассказывал отцу о том, что показывал ей вертеп. Она со стыдом подумала, что подниматься наверх, словно она была им ровня, было наглостью с ее стороны. Герберт Сток, вероятно, будет этим рассержен. В его глазах она была всего лишь официанткой из бара, прислугой. Его сын Берти вообще не снисходил до беседы с ней в церкви, и даже Уилл через год или около того поймет, что он не может приглашать в дом таких, как она. Кларри быстро шла, изгоняя из головы мысли об аристократичном доме Стоков. Если она позволит себе сравнивать с ним свое мрачное существование на Вишневой улице, то сойдет с ума.

***

К тому времени, когда Кларри вернулась, пивная была битком набита гуляками. Некоторые сидели здесь уже не первый час, и атмосфера в заведении была напряженной. Олив едва справлялась с заказами в зале, бегая то в бар за спиртным, то в кухню за чистыми бокалами. Лили мыла посуду, а Харрисон вытирал ее насухо.

— Где, черт побери, тебя носило? — потребовала ответа раскрасневшаяся Лили. — Харрисон и с одной ногой управился бы быстрее.

— Там очень скользко, лед засыпан снегом, — тяжело дыша, объяснила Кларри, направляясь к печи, чтобы отогреть замерзшие пальцы.

— Не думай, что ты можешь бездельничать, стоя у печи, — сердито бросила Лили. — Иди помогай своей никчемной сестре. Она медлительная как черепаха.

Кларри сочувственно взглянула на Харрисона и вышла из кухни.

Она нашла Олив. Та готова была вот-вот разрыдаться.

— Здесь так шумно, и они все время кричат. Я не могу запомнить, кто что заказал, — захныкала Олив с полным подносом в руках. — А эта ведьма Лили говорит, что я слишком медлительная.

— Ладно, давай мне, — сказала Кларри. — Какой столик?

— Первый направо от двери, кажется, — ответила Олив, шмыгая носом.

— Иди в кухню и предложи свою помощь в мытье посуды. Скажи тете Лили, что она заслужила отдых.

— Ничего такого она не заслужила, — заупрямилась Олив.

— Не спорь. Это поможет тебе избавиться от обязанностей официантки, — объяснила Кларри, берясь за поднос замерзшими пальцами.

Она вошла в гостиную и направилась к столику, за которым ожидали заказ.

— А куда подевалась рыжеволосая девочка? — спросил один из мужчин. — Такая милая крошка…

— Ушла помогать Санта-Клаусу, — ответила Кларри, снимая с подноса бокалы.

— Она должна была посидеть у меня на коленях, — хохотнул мужчина. — Она обещала.

— Наша Кларри посидит у тебя на коленях, Билли, — сказал его приятель, подталкивая того локтем. Это был завсегдатай по имени Бёртон, иногда игравший на губной гармошке. — Она добрая девочка.

— Это будет стоить в два раза дороже, — пошутила Кларри. — С тебя шиллинг и три пенса.

Билли расплатился, и Кларри поспешила к следующему столику, из-за которого ее окликнули.

Весь вечер она ни на секунду не остановилась, мечась между двумя залами, протискиваясь через толпы посетителей с подносами, полными бокалов с плещущимся пивом. Кто-то пытался обнять ее, другие признавались ей в любви, иные начинали хамить, и тогда вмешивался Джейред, предлагая грубиянам либо утихомириться, либо идти в другое место.

Кларри чувствовала слабость от голода, но Лили не позволяла ей сделать перерыв, чтобы перекусить, заявляя, что она сама виновата в том, что пропустила чай. С отвращением и страхом Кларри думала о том, что после закрытия заведения на улице завяжется пьяная драка. Сложность ситуации заключалась в том, чтобы вытолкать всех посетителей из залов до того, как она начнется. Эти пьющие мужчины словно пытались залить пивом и виски отчаяние, которое накопилось в их душах после долгих изматывающих часов тяжелого труда в цехах или у хозяина-нанимателя. На какое-то время эта унылая пивная с голым полом, грязными окнами и расшатанными столами давала им приют по дороге с безжалостно эксплуатирующих их фабрик к тесным задымленным жилищам. Кларри все это понимала, но все же раздражалась. Она видела, что делает с человеком алкоголь. Все начиналось с желания забыться, а заканчивалось рабской зависимостью. На месте Джейреда она отправила бы по домам половину посетителей еще пару часов назад. Веселая атмосфера сменялась шумно-агрессивной, то и дело вспыхивали ссоры.

Когда Джейред наконец предложил сделать последние заказы, желающие выпить подняли крик. За стойкой бара появилась Олив с подносом чистых бокалов и вручила их Джейреду. У нее был изможденный вид, а руки покраснели от многочасового мытья посуды. Кларри испытала острое чувство вины, глядя на то, как распухли ее когда-то тонкие пальцы музыканта. Однако Олив безропотно помогла сестре заполнить ее поднос.

Девушки пошли к двери бара, но нетвердо стоявший на ногах посетитель вдруг, попятившись, натолкнулся на Олив, а та в свою очередь выбила у Кларри из рук поднос. В ту же секунду бокалы полетели на пол, разбиваясь и разбрызгивая пиво во все стороны. Раздались возмущенные крики. Клиенты завертели головами. Началась толчея.

— Ты безмозглая сука! — взревел нетрезвый посетитель.

Его куртка намокла от пива. Это был Хобсон, в обычное время спокойный человек, работавший бригадиром на ружейном заводе Армстронга. Он схватил Олив и начал ее трясти. Девочка с трудом сдерживала крик. Кларри взяла Хобсона за руку.

— Пожалуйста, отпустите ее. Это я во всем виновата.

— Моя новая куртка испорчена! Она стоила мне двухнедельного жалованья, черт побери! — пьяно заорал он, не отпуская испуганную до смерти Олив.

— Я прошу прощения, — сказала Кларри, пытаясь его успокоить. — Это можно вытереть. Я сейчас все сделаю.

Она почувствовала, что Хобсон уже не так крепко держит Олив, и решительно оттолкнула его в сторону.

— Что происходит? — перекрикивая шум, спросил Джейред.

Он только сейчас заметил суматоху. По разбитому стеклу ходили люди, как будто случившееся никого не волновало.

— Небольшое происшествие, — ответила ему Кларри, стараясь увести бригадира подальше от Олив.

— Вы в порядке, мистер Хобсон?

Возмущение клиента вспыхнуло с новой силой.

— Нет, — проворчал он. — Чертовы девки!