Предатель. Вернуть любимую - Мила Дали

— Здравствуйте, Мирон Олегович.

Мой голос такой холодный. Будто не мой. Он стал звучать ниже, грубее.

— Зачем же так официально, малышка? Не чужие ведь люди, — не поднимая глаз, отвечает Суворов.

— Ваша малышка выросла за одну ночь!

Собравшись с силами, я встаю.

— Пусть будет так, — шумно выдыхает и сильно сжимает пальцы на основании букета.

Скрещиваю руки на груди.

— К чему цветы? — резким движением подбородка указываю на букет.

— Антон мне все рассказал. О том, что ты вчера приезжала в отель и заходила в номер.

Ахаю:

— То есть ты сам-то меня не видел? Я не просто зашла… — и добавляю шепотом: — я стояла недалеко от кровати… Как же так, Мирон? Разве это возможно? Я никогда в жизни больше не смогу развидеть это унизительное зрелище.

В глазах снова слезы. Я приказывала себе не плакать, но не получается. Слишком больно. Слишком обидно. Несправедливо.

— Я очень виноват, Рита. Это была досадная ошибка. Такого больше не повторится.

— Досадная ошибка — это когда ты перепутал день рождения тещи и поздравил ее на неделю позже! — кричу я. — А то, что случилось вчера — катастрофа!

Мирон хмурится.

— Тш-ш, сбавь громкость. Мне так хуево, словами не описать. Никогда такого раньше не было. Я еще ничего не соображаю, — подходит ближе и протягивает мне букет. — Давай, пожалуйста, отложим разговор? Мне нужно прийти в себя.

Я настолько расстроена, что не побоялась бы отхлестать предателя цветами по морде, если бы Суворов не был таким щедрым на утешительный букет — очень тяжелый, мне его не поднять высоко — и таким скупым на слова.

Он даже не потрудился придумать что-то в свое оправдание, пока ехал в особняк. Или не посчитал нужным? Кто я, а кто он, чтобы оправдываться.

Я знаю истории о том, что жены терпят бесконечные измены неверных мужей, а взамен получают вот такие плюшки в виде букетов, украшений, поездок за границу.

Но это не моя история. Я доверилась Мирону не из-за денег. Я увидела в нем качества настоящего мужчины и поверила в его любовь. Мне душа его понравилась. А он вот как со мной поступил. Плохо ему, видите ли…

Цветы, должно быть, благоухают, но я чувствую лишь горечь.

Стою будто дерьмом облитая, наблюдая, как Мирон разворачивается и, покачиваясь, плетется к лестнице. На ходу стягивает с себя пиджак и бросает на пол.

Невероятное скотство.

Уронив букет, перешагиваю его и тоже выхожу. Мирон, придерживаясь за перила, поднимается по лестнице и скрывается на втором этаже.

Через несколько минут раздаются другие шаги — мелкие, торопливые — ко мне спускается Арина.

— Ну что? Он все объяснил?

— Нет, — хмыкаю.

Подруга хлопает ресницами.

— И что тогда делать?

— Мы уходим, — решительно говорю я.

Глава 3

— Просто возьмем и уйдем?! — ахает подруга. — Ты же так и не услышала объяснения Мирона!

— Он вместо разговора со мной выбрал проспаться. Вот и пусть спит.

Ему это сейчас важнее. Мирон всегда был эгоистом. Ставил на первое место лишь свои интересы.

Но потом в какой-то момент создал иллюзию, что ему не все равно на меня. В любви признавался, обсуждал планы на будущее. Предложение выйти за него замуж сделал.

А я поверила, растаяла в его руках, как маленькая снежинка. Была готова ответно любить его и жизнь свою к его ногам положить. Я бы родила ему детей. Стала той, кто пойдет вслед за любимым и в огонь, и в воду.

Но сейчас, в полной мере прочувствовав боль от измены, я словно очнулась от глубокого сна. Эта ночь стала самой длинной за всю мою жизнь! Было время пореветь и подумать.

А ведь если отбросить мои пылающие огнем чувства и честно посмотреть правде в глаза, в чем заключалась ко мне любовь Мирона? Он трахал меня, как Дьявол, во всех позах, а я позволяла, наивно верила, что таким образом он раскрывает свои чувства. Как же я заблуждалась…

— Хорошо, дорогая, — Арина соглашается с моим решением.

Быстро надев курточки, выкатываем два моих чемодана во двор.

На улице свежо и тихо. Серебристая изморось рассыпалась по газону, дорожкам и пожелтевшим листьям на деревьях…

Такая красивая и гармоничная осень, но лишь с виду. Для меня она стала одной из самых ужасных. Прямо как связь с Суворовым.

Из болота мыслей меня выдергивает короткий звуковой сигнал входящего сообщения.

— Славка подъезжает, — говорит Арина.

— Отлично. Тогда подождем его за воротами. Не хочется даже стоять на территории Суворова.

Не задерживаясь, шагаем по вымощенной камнем дорожке. Однако все внутри меня будто переворачивается, волнение захлестывает с головы до ног, когда за воротами вижу Антона.

Он стоит, подперев черный глянцевый бок «Майбаха», и курит. Я думала, что после возвращения Мирона помощник ему еще долго не пригодится. Ох, как бы Антон не стал преградой моему переезду.

— Только попробуй меня задержать, — шиплю на него, опережая возможный конфликт.

Но его ответ меня удивляет не меньше, чем его присутствие возле особняка ранним утром:

— Помнишь, ты говорила, что я служу хозяину, как пёс? Что у меня нет гордости и достоинства? — стреляет окурком в сторону. — Все эти качества у меня есть. И я впервые в жизни готов ослушаться Суворова. Не бойся. Я скажу, что мы с тобой разминулись.

— Спасибо… — ошарашенно шепчу.

Антон приподнимает уголки губ.

— Понравился букет?

— Что?

— Я не знал, какие цветы ты любишь. Поэтому выбрал на свой вкус. Мне кажется, ты очень похожа на бутон розы. Такая же нежная и хрупкая…

Мои брови невольно взлетают на лоб. Чудесно! То есть и цветы Суворов не соизволил купить лично, а переложил на плечи помощника?! Я сейчас просто в осадок выпаду и больше никогда не соберусь. У меня не остается слов, чтобы выразить всю горечь и боль. Это вообще… нечто.

— …И куда ты теперь? — интересуется Антон.

А я все еще в шоке. Забываю как говорить. В голове не укладываются слова Антона.

— Ко мне поедет, — отвечает Арина. — У нас со Славиком однокомнатная квартира со всеми удобствами.

Антон, скользнув по подруге равнодушным взглядом, вновь прожигает мои глаза.

— У меня в центре есть свободная трёшка. Суворов о ней не знает. Я тебе дам ключи. Живи сколько хочешь.

— Благодарю за заботу, но не нужно, — мотаю головой. — Я лучше с Ариной…

Нас отвлекает тарахтение, которое становится все громче и громче.

Синхронно оборачиваемся и видим, как из-за перекрестка, попёрдывая выхлопной трубой, выруливает старая,