Разговор с портретом - Ирис Белый

— Нет, я возвращаюсь домой, — не хочу ему говорить. Не хочу к чему-то принуждать.

— Ясно, — равнодушные слова, способные убить любую надежду. Интересно, если бы попросил, я бы осталась? Пошла бы за ним или нет?

Пауза повисла в палатке. Было лето, жара, но мне вдруг стало так холодно.

— И мы больше не увидимся? — наконец спросил мужчина, каким-то подозрительно хриплым голосом. Может ему тоже не все равно?

— Не знаю, — как можно спокойнее ответила я, хотя как же хотелось кричать и плакать.

— Увидимся. Через семь месяцев закончится контракт, и я вернусь домой. А там, меня встретит невеста и будущая жена.

— Так у тебя есть невеста? — чувствуя, как разрывается сердце, интересуюсь я. А чего ждала, думала такой мужчина и без женщины.

— Есть. Она мой ангелочек, сейчас лежит в моих объятиях и хмурит бровки, ревнуя к несуществующей женщине, — рассмеялся парень.

— Ты хочешь сказать... - начала, чувствуя, как зарождается надежда в лучшее.

— Через семь месяцев, а через неделю ты встретишься с моей мамой, благо живем в одном городе. Я уверен, ты ей понравишься.

Ошарашено смотрю на своего героя. Ой, не шутит. Действительно говорит про женитьбу и не шутит.

— Стой! — прерываю его мечты о будущем. — А ты ничего не забыл? Когда это я тебе согласие дала?

Внимательный взгляд, затем встает и берет свои штаны. И кто меня за язык тянул. Надо было соглашаться и даже не пытаться вякать, дура!

Любовник же тем временем возвращается, неся помятый цветок, затем встает на одно колено передо мной и глядя прямо в глаза спрашивает:

— Ангел, ты станешь моей женой?

Романтика, такая неуместная и такая нужная одновременно. Тот, что днем, возможно, кого-то убил, сейчас стоит на одном колене и глядя с мольбой ждет моего ответа.

— Да!

И снова поцелуи, ласка и его любовь, что еще нужно. Ну, может только никогда не расставаться.

Глава 3

Люблю и жду тебя. В часах

От ночи до утра

Всегда одно число минут,

Сегодня и вчера.

Люблю и жду тебя. Теней

Бег неостановим.

Дни всё короче и темней,

Им не успеть за ним.

Люблю и жду тебя. Багрян

В небесно-голубой

Безбрежности расцвёл туман.

Душа полна тобой.

Люблю и жду. Из нежных слов,

Ласк, Страсти и Мечты

Наичудеснейший из снов

Подарил мне ты

Анна — Люблю и жду тебя

Клавдия Михайловна — мама Евгения — приняла меня как дочь. Женя написал матери письмо и, прочитав его, она просто расцвела.

Жила я с ней. Муж ее, отец Жени, погиб на войне, она же, в прошлом военный врач, а ныне терапевт в местной клинике, так и не выйдя замуж, посвятила себя сыну. Мое же появление восприняла как манну небесную.

Как же порой хорошо было ночью после страшного сна о нем выйти на кухню, заварить чай и просто слушать ее рассказы о Женечке.

— А ведь я Петра, отца Женечки, тоже на фронте встретила, — сказала как-то она грустно — И точно так же как и ты подскакивала в ужасе после кошмаров когда он уехал со своей ротой.

Женщина помолчала, глядя на меня и с улыбкой добавила:

— Спасало одно, я носила Женечку и наяривала соленые огурцы.

Я подавилась тем же соленым огурцом и покраснела.

— Клавдия Михайловна, я...

— Да молчи уже и ешь спокойно, все я понимаю, — отмахнулась с улыбкой будущая свекровь — дождемся отца, поженитесь и будет у моего внучка или внучки полноценная семья.

Вот как тут не улыбнуться. Я и улыбнулась.

Время шло, живот рос, письма приходили редко, а кошмары были просто беспощадны. Порой мне казалось, что если вдруг действительно придет та самая похоронка, я уже не удивлюсь, только свекровушка, будто чуя мое настроение, быстро вмешивалась, давая силы ждать и верить.

В тот холодный январский день я шла из больницы. Мне велено было лежать в палате, рожать со дня на день, а я... Я сбегала домой к свекрови, вот и тогда сбежала.

Помню, иду по улице, мороз щиплет щеки, малыш пинается и скользко так, что чувствуешь себя коровой на льду и тут...

— Ангелочек? — вздрогнула и подняла взгляд от дороги.

— Женя! — как я добежала до любимого и не упала я до сих пор не знаю, знаю только, что в один момент я стою в начале дома, а в следующий прижимаюсь и целую своего любимого.

— Никогда, слышишь, никогда больше не оставляй меня одну! — шепчу между поцелуями.

Он смеется:

— Глупенькая, да я чуть с ума не сошел, думая, что вернусь, а ты уже за другого замуж вышла.

— Размечтался! — смеясь сквозь слезы, которые тут же застывали льдинками на лице, отвечаю я — Обещал жениться и не пытайся увильнуть!

— И не подумаю! А теперь пошли домой, а то замерзнешь и малыша застудишь.

Покраснела. Мы так ему и не написали про ребенка, решили пусть сюрпризом будет.

— Прости...

Покачал головой и увлек меня в сторону подъезда, а уже в лифте погладив живот сквозь шубу, сказал:

— Привет, малыш, мы же будем друзьями, правда, так вот давай мы с тобой вместе попробуем сказать маме, что ей я прощу все что угодно, а тем более чудо твоего существования.

Что тут сказать, я была счастлива, а уходя на следующее утро в больницу уже знала, что сегодня нас станет трое.

Глава 4

Одна секунда счастья

Её уже не позабыть.

Замедлить время не во власти,

Но так хочу её продлить!

Одна секунда душ влеченье

И дрожью мучится ладонь,

Нам дарит страсть благословенье,

По венам жжёт любви огонь

Одна секунда долька рая

Всю жизнь готова подарить ему. И никогда не отпуская,

Часы хочу остановить!

Маргарита — Одна секунда счастья

Женя родилась в полдень. Три кило семьсот грамм, рост шестьдесят сантиметров. Как сказала акушерка:

— Ну, судя по тому, как она орет, эта девочка по здоровью всех нас перескачет.

Я же в тот миг могла только улыбаться, держа младенца на руках и мечтать, как покажу ее отцу.

Счастье, именно этим словом можно описать следующие два с половиной года. Мы наслаждались жизнью, любили друг друга, снимали квартиру и даже машину в кредит купили. Дочка наша радовала нас умом и сообразительностью. В свои два года задавала столько вопросов, сколько и пятилетний не задает, а мы, мы с Женей переглядывались, отвечали и с