Идеальный парень - Алексис Холл

Они были бледно-голубые с крошечными белыми ежиками. От футболки Оливера пахло кондиционером для белья и добропорядочностью, и она оказалась такой длинной, что полностью скрывала дизайн трусов. Меня это устраивало, потому что миссис Туфф^[32] – нет, это не прозвище моего члена, так я называю принт с ежиками – свела бы на нет все мои шансы.

Когда я вышел из ванной, Оливер уже был в постели. Он сидел, прислонившись спиной к изголовью кровати и уткнувшись носом в «Тысячу сияющих солнц»^[33]. Я быстро шмыгнул под одеяло и завозился там, стараясь сесть поближе к нему, но не настолько близко, чтобы вызвать у него нехорошие подозрения.

– Я чувствую себя как персонаж дурацкого юмористического шоу, – сказал я.

Оливер перевернул страницу.

– Ты, наверное, просто неправильно носишь пижаму? – спросил он, даже не поднимая глаз.

– Что?

– Да, попробуй надеть только штаны и опустить их низко на бедрах, так чтобы виден был твой идеальный пресс.

– Может, как-нибудь в следующий раз?

Я на минуту задумался.

– Ты хочешь сказать, что у тебя идеальный пресс?

– Мне кажется, тебя это совершенно не касается.

– А если кто-нибудь спросит? Я должен знать, для большего правдоподобия.

Уголки его губ слегка дрогнули.

– Можешь ответить, что ты джентльмен, и к тому же мы еще так далеко не заходили.

– Ты, – сказал я со сдавленным вздохом, – просто ужасный фиктивный парень!

– Я просто пытаюсь накалить фиктивные страсти.

– Надеюсь, что это того стоит.

– Можешь не сомневаться.

Я не ожидал такого ответа и не знал, что сказать. Поэтому просто молча сидел на кровати и обдумывал, что имел в виду Оливер под «можешь не сомневаться».

– Интересная книга? – спросил я, пытаясь отвлечься от размышлений.

– Более-менее, – ответил Оливер и бросил на меня быстрый взгляд. – Ты слишком разговорчивый.

– А ты… наоборот.

– Уже поздно. Я немного почитаю, а потом лягу спать.

– Еще одна причина, по которой парни с тобой не задерживались.

– Люсьен, ради бога, – бросил он, – мы договорились, что постараемся быть полезными друг другу. Завтра утром мне на работу, а сейчас ты лежишь у меня в постели в обтягивающих трусах с ежиками. Я делаю все возможное, чтобы сохранить хоть какое-то ощущение нормальной жизни.

– Если тебя это так расстраивает, я могу уйти вместе с моими облегающими трусами.

Он положил книгу на прикроватную тумбочку и начал массировать виски. Я уже не раз замечал у него этот жест.

– Прости. Я не хочу, чтобы ты уходил. Давай попробуем уснуть?

– Ну… хорошо.

Он тут же выключил свет, а я постарался улечься так, чтобы не нарушить его личного пространства и не задеть его чувства приличия. Матрас у него был жестче моего, но намного удобнее и, возможно, гораздо чище. Я почувствовал запах, исходивший от простыней, – свежий и теплый, так пахнет только что испеченный хлеб, и почти ощущал тело Оливера, лежащее рядом со мной. Это одновременно успокаивало и раздражало меня. Черт с ним.

Минуты медленно перетекали в часы. Я старался быть хорошим соседом по кровати, но, как назло, все тело у меня начало чесаться и покалывать, к тому же я страшно боялся пукнуть. Дыхание Оливера было достаточно ровным, и я начал прислушиваться к своему, мне казалось, что я дышу шумно, как Дарт Вейдер. И тут в моей голове обосновалась ужасная мысль, от которой я никак не мог избавиться.

– Оливер, – прошептал я. – У моего отца рак.

Я уже был готов к тому, что он скажет, чтобы я заткнулся и не мешал ему спать или просто выгонит из кровати, но вместо этого он повернулся ко мне.

– Могу себе представить – как тяжело свыкнуться с такой мыслью.

– Я не хочу с этим свыкаться. Я вообще не хотел с ним знакомиться лично. Но раз уж это случилось, мне кажется ужасно несправедливым, что я узнал его как человека, больного раком. – Я всхлипнул в темноте. – Он самоустранился из нашей жизни и не захотел быть мне отцом, почему он теперь думает, что я приму его только из-за этого дерьма?

– Возможно, ему страшно.

– Да, только когда страшно было мне, его не было рядом.

– Нет, он действительно плохой отец, и ты вправе наказать его за это, если хочешь. Но ты думаешь, от этого будет какая-то польза?

– Польза кому?

– Кому угодно, но прежде всего я подумал о тебе. – Под надежным покровом одеяла его пальцы погладили мою руку. – Наверное, тебе было тяжело жить, когда он бросил вас. Но я не уверен, что твоя жизнь станет легче после того, как ты бросишь его.

Я долго молчал.

– Ты считаешь, я должен с ним встретиться?

– Решать тебе, и я поддержу любое твое решение, но мне кажется, что стоит.

Я жалобно всхлипнул.

– В конце концов, – продолжал он, – если тебе станет совсем тяжко… ты можешь уйти в любую минуту.

– Понимаешь… это будет очень тяжело и очень болезненно.

– Как и многое в нашей жизни. Но нам все равно необходимо это делать.

Я чувствовал себя настолько подавленным, что даже не попытался пошутить насчет чего-то «тяжелого, болезненного, но необходимого».

– А ты, – спросил я, – составишь мне компанию? Если я соберусь?

– Разумеется.

– Ну ты понимаешь, для…

– Правдоподобия, – закончил он.

Оливер по-прежнему держал меня за руку. И я не предпринял попытки высвободить ее.

Глава 15

– Скажи-ка мне, Алекс, – сказал я, – как перевезти четырех слонов в «Мини-Купере»?

Для такого вопроса он задумался слишком уж надолго.

– Вообще-то слоны очень большие, поэтому даже один слон не влезет в «Мини-Купер». Но если это будут маленькие слоны, к примеру слонята, то тогда двух нужно посадить на переднее сиденье, а двух – на заднее?

– Мм… д-да. Верно.

– Хорошо. И это весь анекдот?

– Не совсем. А теперь скажи, как перевезти в «Мини-Купере» четырех жирафов?

– Жирафы тоже большие, но предположим, что и они маленькие. Тогда двоих мы… нет, подожди. Ну конечно! Сначала нужно вытащить из машины слонов, если предположить, что речь идет об одном и том же «Мини-Купере».