Тройняшки для миллионера-тирана - Анна Леманн

— Ага, — растерянно киваю, вставая с кровати.

Быстро накидываю на себя огромный халат Алима. Первое, что попадается под руку. Он же натягивает на себя свои пижамные штаны, оставляя торс оголённым. И его, как назло, мне тоже хочется… облизнуть. Но ведь хочется!

— Всё хорошо, Мириам? — нахмурившись, спрашивает Лапин. — Болит? Разочарована? Что-то беспокоит? Я всё равно на тебе женюсь, Мириам! Не переживай!

— Да нет, — опускаю взгляд, решая не признаваться ему. — Просто… ощущения и мысли какие-то другие. Ничего серьёзного.

Не считая того, что я думаю о каннибализме. И о том, как хочу его съесть.

— Точно?

— Точно! — подтверждаю, беря телефон с полки. На экране тут же высвечивается электронное письмо от клиники, куда я вчера образцы ДНК своего будущего мужа и Марка сдавала. — Ты иди, Алим. Я через пару минут присоединюсь к тебе, — говорю мужчине.

— В ванную хочешь? — предполагает.

— Ага, — кидаю безразлично.

— Хорошо! Жду тебя на кухне! Если не придёшь через десять минут, вернусь и насильно утащу! Поняла? — задаёт вопрос, быстро поцеловав в губы.

— Поняла!

Дожидаюсь, пока Алим выйдет из комнаты и лишь затем открываю письмо с результатами ДНК.

Признаю, что итог меня не шокирует и даже не заставляет удивлённо открыть рот. Не вызывает почти никаких эмоций. Я ожидала этого.

Смахиваю письмо в сторону и пишу Марку сообщение.

«Привет! Нам надо встретиться. Я не собираюсь уходить от Алима, но мне нужна твоя помощь!»

«Привет! Ок! Часов в пять сможешь? В "ТриО"?»

«В пять будет отлично!» — отвечаю ему и откладываю телефон в сторону, решив всё же быстро принять душ.

И как теперь сказать Алиму, что у него уже есть сын и в моих услугах он не нуждается?

И как ему признаться в моих новых наклонностях?

***

— Во сколько тебя примерно забрать? — спрашивает Алим, остановившись около ателье, где мне надо платье свадебное примерить. — Или ты позвонишь? Или мне лучше тебя сейчас подождать?

— Не надо ждать, — тянусь к нему и быстро целую в щеку, тут же улыбнувшись от ощущений, которые он во мне вызывает. — Я после примерки поеду в кафе. Нужно с другом встретиться там.

— Другом? Парнем? Мужчиной? Не подругой? Девушкой? У тебя есть друг? — напрягается.

— С другом, — повторяю. — Он в моём университете учится. Надо встретиться и обсудить один очень важный вопрос.

— Это обязательно? — спрашивает с лицом, на котором и намёка нет на то, что ещё пару секунд назад он лыбился и был доволен жизнью. — С ним… обсуждать? Может лучше подружку заведёшь? Девушку?

— Нет! — отвечаю, расхохотавшись. — Мне нужен именно Марк. И не ревнуй! Между нами ничего нет такого, о чём ты можешь подумать. Я тебе позже всё объясню!

— Я вовсе не ревную! — восклицает. — Лишь говорю, что не хотел бы видеть с тобой других мужчин. Кто-то ещё увидит и решит, что ты мне изменяешь.

— А чем это не ревность? — спрашиваю и, быстро поцеловав его в губы, выскакиваю из машины, оставляя мужчину ревновать к собственному сыну.

К слову, о сыне. Марк должен сказать Алиму о своём родстве с ним. Он же живёт с мыслью о том, что хочет сына, а тот у него уже есть. Взрослый, самостоятельный и не нуждающийся в отце, но есть!

Да и Марку нужен папа. После смерти матери он один, а здесь у него будет родной человечек.

За час управляюсь с примеркой свадебного платья и спешу в кафе на встречу. Не люблю куда-либо опаздывать, но Алим поздно меня в ателье отвёз. Дома мучил и ласкал своими поцелуями, не давая не только поесть, но и спокойно подышать. Лишь в машине наступил перерыв. Домой вернусь и всё продолжится. Я знаю! Мне обещали!

— Извини! — произношу вместо приветствия и сажусь напротив Марка. — Я спешила, как могла!

— Ничего! Вам, женщинам. свойственно опаздывать, — отвечает, усмехнувшись. — Я привык.

— Я свадебное платье примеряла, — оправдываюсь. — Его на мне подшивают просто. Алим захотел, чтобы у меня было уникальное и сногсшибательное.

— Понятно, — кивает, улыбнувшись одним уголком губ. — Не передумаешь насчёт замужества после того, что я тебе рассказал? Не боишься за свою жизнь? Я не пугаю и не переубеждаю, но ведь ты красивая, молодая. Жалко будет.

— Не передумаю, — мотаю головой. — Помоги мне Розали на чистую воду вывести, — прошу его. — Понимаешь… её слишком много в нашей с Алимом жизни, а после твоей истории мне страшно. Она же… чокнутая получается! Алим её другом считает, поэтому никогда не избавится. Надо открыть ему глаза на неё. Пожалуйста.

— Как ты планируешь это сделать?

— Пока не знаю, — кривлюсь, пожав плечами. — Но я думала, ты поможешь. Ты же достучался до меня по итогу. Может, и до него получится.

— Достучался, — подтверждает, коротко хохотнув. — Но до конца не верил, что ты мне поверишь.

— Ну… я и не поверила, — признаюсь, отведя глаза в сторону. — Я тест ДНК сделала. Поэтому написала. Получила результат и убедилась в том, что ты мне не лгал.

— Доверяй, но проверяй?

— Такова жизнь, Марк! Никак иначе!

— Понимаю, — откидывается на спинку стула. — Мы могли бы попросить последнюю жертву Розали записать обращение для Алима, но она боится эту змею. Поэтому будет молчать, — задумчиво говорит парень. — Как и другие её жертвы. Многим она ещё верхом приплатила за молчание.

— А если тайно её записать? — предлагаю, забирая у официанта порции мороженого, которые парень заказал для нас двоих.

— Не получится, — вздыхает. — Она со мной тогда согласилась поговорить лишь с условием, что я больше никогда её не побеспокою и не напомню о том ужасе. Я обещание дал и намерен его сдержать. Мать учила быть человеком слова!

— А если… а если я с ней поговорю? — восклицаю, напугав людей за соседним столиком. Понижаю голос и продолжаю. — Скажу, что я его новая невеста и…

— Хм-м… а это вариант! — подхватывает меня Марк. — Я узнаю завтра, не выписали ли её из больницы и тогда спланирую вашу встречу в ближайшее время. Но этого будет мало. Надо ещё что-то! Может, я попробую спровоцировать гадину на разговор о моей матери?

— Давай начнём с этого, а по ходу дела будем новые доказательства добывать? — предлагаю и сын Алима соглашается. — Но тебе опасно с Розали говорить. Еще наймет кого-то, чтобы тебя убили или просто побили. Здесь тебе на рожон лучше пока не лезть!

***

Алим

— Почему ты всё утро сбрасывал мои звонки, Алим? — гневается Розали, появившись в моей мастерской через час после того, как в неё приехал я.

Пожалуй, я был прав, когда думал, что кто-то из моих людей работает на неё и сообщает обо всех моих действиях. О том, когда я прихожу, когда ухожу и с кем.