Тройняшки для миллионера-тирана - Анна Леманн

Половина дня, которую я нахожусь в университете, проходит в ожидании окончания пар, начала новогодних каникул и свидания с Алимом. Но его предложение взять что-то тёплое меня слегка напрягло. Порой одно тёплое в одном месте оказывается недостаточно тёплым для другого места. Но не суть! Думаю, в таком случае Лапин что-то придумает и не даст мне отморозить себе всё, что можно и нельзя.

— Привет! — приветствует меня мой будущий муж, припарковавшись на стоянке университета. К слову, здесь только учителя имеют права парковаться, но, кажется, Алиму плевать на эти правила или университету плевать на то, что один из спонсоров их нарушает.

— Привет, — тяну и, подойдя к мужчине, быстро целую его в щёку. — Спасибо за цветы и серёжки, — демонстрирую последнее на своих ушах.

— Пожалуйста, — отвечает, но выглядит смущённым. Как и я, которая продумывала этот шаг с поцелуем в щёку с самой первой пары. — Поедем? — спрашивает, подмигнув.

— Ага, — киваю и обхожу машину, садясь на переднее пассажирское сиденье. — Куда мы едем?

— Секрет! — тянет, загадочно улыбнувшись, и дальше ни слова не говорит о наших планах. Лишь расспрашивает, как прошёл мой день в университете. Рассказывает о своих студенческих годах в России. О том, как они на пару с отцом Алисы чудили и переворачивали всё вверх ногами.

Тайным местом, где мы должны ужинать, оказалась шикарная белая яхта. Это я осознала лишь когда мы подошли к ней, а до этого верила в то, что мне говорил Алим. Будто бы мы идём в ресторан в конце пляжа. Якобы свидание там будет.

Врал и не краснел!

А я верила, вообще-то!

Алим помогает мне подняться на палубу и проводит к накрытому столику. В основном стол заставлен морепродуктами, но есть и обычное мясо. При всём моём желании я так и не смогла полюбить осьминогов, устриц и другую нечисть морского царства. К сожалению, у меня плохие новости. У книги не будет жизни здесь(((Все обьясню в группе Анна Леманн офичиал гроуп. Лапин же с удовольствием это всё поглощает, ещё и меня смешит.

Вечер проходит в такой чудесной атмосфере, от которой не только к сказки начинаешь верить, но и в то, что скоро у тебя крылья вырастут. К слову, у меня они уже точно выросли. Потому что таким романтичным и заботливым Алим никогда не был.

Он ухаживал за мной, улыбался, много говорил, то и дело касался моей руки, а когда стало прохладно и мне даже в моей кофте стало холодно, то укутал в плед.

Это было так мило и… невероятно, что мне казалось, это мой очередной мечтательный сон, где я с Алимом. И у нас такая идиллия. Парочку раз, когда он не видел, щипала себя за руку, но от этого не просыпалась.

— А это что за созвездие? — спрашиваю, указывая пальцем в небо.

— Кассиопея, — отвечает, подтянув меня к себе ближе.

И если пару секунд назад моя спина просто соприкасалась с его грудью, то сейчас она почти что вжата. И расслабления в ближайшее время точно ждать не стоит, потому что руки Алим не убирает, решив остаться и обнимать меня дальше.

— Алим… — шепчу, чувствуя, как моё сердце ускоряет свой ритм. — Что ты делаешь? — оборачиваюсь к нему, тяжело сглотнув.

— Ты о чём? — спрашивает, якобы не понимая. Но всё он понимает. Всё он знает! И те чувства, что вызывает во влюблённой и неискушённой девушке, тоже осознаёт.

— О твоей руке, которая… не там… — смущаюсь, но говорить не прекращаю. — Это… вообще-то мои бёдра и… ягодицы.

— Да? — театрально удивляется. — Извини, — произносит, но руки не убирает, продолжает гладить по боку и ягодицам.

— Алим! — восклицаю и возмущённо оборачиваюсь к нему.

— Мне прекратить? Да?

— Эм-м… И-и-и… Нет! — выпаливаю и, развернувшись в его руках, тянусь к его губам и целую.

Плевать, что будет дальше. Он явно мне не просто так знаки внимания оказывает и на свидание пригласил. Обычно этим такие встречи и заканчиваются. Близостью. Поцелуем. И постелью.

Я невеста Алима. Мать его будущего сына. И мне нужно избавиться от кое-чего, чтобы у нас появился ребёнок. Так зачем мне операция, когда это можно сделать естественным путём. С мужчиной, которого я люблю и с которым проведу всю свою жизнь?

Лапин собирается ровно за секунду и перехватывает мою инициативу, искусно и страстно завладев моим поцелуем. Пальчики на ногах подгибаются от количества его власти и силы надо мной в этот момент.

Его руки, которые прежде локализировались лишь на моей талии, бёдрах и ягодицах, вызывая моё возмущение, теперь получили полную власть и разрешение делать со мной всё, что хотят. Трогать там, где хотят.

— Мириам, — шепчет, прервав поцелуй и прислонившись лбом к моему. — А ты не так проста, как кажешься.

— Во мне много сюрпризов, — отвечаю ему, улыбнувшись.

— Спасибо за вечер, — благодарит меня Алим, держа за руку и якобы прощаясь. А я слов его не различаю из-за бешеного гула и стука в ушах. После этого… дурацкого! Необдуманного! Неспланированного поцелуя у меня все чувства обострились в тысячу раз.

Стыд за то, что сама поцеловала. Неловкость оттого, что… показала Алиму, что не так скромна, как кажусь. Влюблённость в него переросла, кажется, в настоящую любовь. А может, даже и в одержимость. Потому что я не хочу, чтобы он сейчас к себе в комнату шёл. Чтобы мы расставались.

Да, я прекрасно осознаю, что теперь между нами многое изменилось, и теперь я смело могу сказать, что встречаюсь с Лапиным. И всё же решающий шаг я сделать всё же не смогла. Отдаться будущему супругу на яхте. Во-первых, там были, кроме нас, ещё люди. Во-вторых, я застеснялась, и мне стало страшно. В-третьих, это всё слишком рано. И ключевой пункт: Алим не настаивал, не требовал и тем более даже не намекал на что-то большее, чем просто поцелуй. По глазам было понятно, что как и любому другому мужчине ему хотелось, но он не делал этот шаг, как и я.

— И тебе спасибо, — шепчу в ответ, не поднимая глаз на него. — До утра? Да? — кидаю быстрый взгляд на него и тут же засмущавшись, опускаю. — Прости! Я… мне пора! Там надо…

— Выходные, Мириам. Выходные! — хохочет Алим, понимающий меня сейчас. Потому что смех его не обидный, а добрый, мягкий, обволакивающий. Успокаивающий, я бы сказала.

— Да… выходные, — соглашаюсь. — Я пойду, Алим. У меня сейчас слишком много эмоций и чувств, чтобы трезво соображать и вообще о чём-либо думать. Мне нужно переспать эту ночь и уже завтра с трезвой головой оценить ситуацию.

— Иди, — разрешает коротким словом. Добавляет к нему быстрый лёгкий поцелуй в лоб и отходит, отпуская мою руку. — Сладких снов, Мириам.

— Сладких, — отзываюсь и быстро юркаю в свою комнату, плотно закрывая дверь и не давая себе ни шанса передумать уходить.

Он дьявольски притягателен и прекрасен сейчас… Есть шанс, что открою дверь и нападу на него с поцелуем, который закончится только утром.