Рей и Рита - Татьяна Никандрова

Денис был вместе со своей длинноногой блондинкой, которая во время заказа из меня все соки выжала! "Это не хочу, это не буду," - так и подмывало зарядить ей меню по башке, чтобы выбить из нее всю дурь, но я лишь вежливо улыбалась, потому что в целом работа в кафе мне нравится и лишаться ее совсем не хочется.

После того случая, когда Денис нагнал меня в коридоре и сказал, что я круто выступила, я и так сбита с толку. Он вдруг резко вспомнил о моем существовании и пытается быть милым, но зачем?

А ситуация в кафе запутала меня еще больше. Рейман был единственным, кто вел себя уважительно, даже вступился за меня перед своей девушкой, а в конце оставил просто неприлично большие чайвые. Такие, которые я получаю за неделю работы от всех клиентов вместе взятых.

Его поведение в последнее время не на шутку меня тревожит. Помимо всех этих событий, он еще и смотрит на меня как-то странно: слишком внимательно, слишком пристально. Будто взглядом хочет пристрелить... Или раздеть. Даже не знаю, что было бы лучше.

В любом случае его повышенное внимание меня совсем не радует. Наоборот, я чувствую проникающее под самую кожу смущение и дикое волнение, которое сковывает меня по рукам и ногам каждый раз, когда он на меня глядит. Я бы хотела иметь какой-нибудь щит, чтобы отгородиться от его испепеляющих глаз, чтобы жить спокойно. Или чтобы он просто игнорировал меня, как в первые дни учебы, а не вот это вот все...

Последней парой у нас физкультура. Мы с Белкиной нарезаем круги по залу, обсуждая мое последние свидание с Никитой, на котором он подарил мне плюшевого медведя.

- Какой Сафронов все-таки душка, - мечтательно тянет Ксюша. - А мой бывший, Алтуфьев, за все месяцы, что мы встречались, кроме непонятной копилки и скромного веника чахлых гортензий, ничего не удосужился подарить!

- А чем плохи копилка и гортензии? - удивляюсь я.

- Да на кой черт мне копилка? - восклицает Белкина. - Я же не десятилетка, чтобы монетки собирать!

- Ну плюшевый медведь тоже не ахти какой практичный подарок, - замечаю я.

- Да, но это хотя бы романтично! - возражает подруга. - А копилка в виде жабы - это просто издевательство какое-то!

- Смирнова, Белкина! - прерывает нас голос физрука. - Вы языками чесать сюда пришли или заниматься?!

- Заниматься, конечно, Виктор Палыч, - лучезарно улыбается Ксюшка.

- Смирнова, ты кудри-то собери, чай не в парикмахерскую пришла! Мешаться же будут!

И только сейчас я замечаю, что волосы у меня действительно распущены. Машинально проверяю запястья в поисках резинки, но там пусто.

- Виктор Павлович, я в раздевалке резинку оставила, можно сбегать?

Физрук коротко кивает, и я направляюсь в коридор. Почти достигаю нужной мне двери, когда, проходя мимо небольшого одноместного туалета, слышу приглушенные голоса. Я собираюсь как ни в чем не бывало прошмыгнуть мимо, но вдруг совершенно точно понимаю, кому они принадлежат. Это Денис и Вика Колесникова.

Клянусь, я абсолютно не хочу подслушивать, ведь это так невоспитанно, но ноги просто отказываются нести меня дальше. Я буквально приросла к полу. Стою и боюсь вздохнуть.

- Вик, ну ты че, прямо в толчке хочешь?

- А что такого? Ты в последнее время какой-то вялый. Может, секс в общественном месте тебя взбодрит?

Доносится какое-то невнятное копошение, и к моим щекам приливает жар. Что же я, буду стоять и слушать, как Колесникова ублажает Дениса? Стыд-то какой! Правда стыдно должно быть им, а краснею я. И где здесь справедливость?

Я уже хочу уйти, но из туалета опять раздаются голоса:

- Рей, ну ты чего? Уже который день без настроения...

- Я что-то устал, Вик... Давай потом, ладно?

Ну почему? Почему я по-прежнему грею уши?! Ведь учила же меня бабушка, что подслушивать нехорошо!

- Это из-за нее, да?! - голос Вики подскакивает на несколько октав, и я явственно различаю в нем недовольство. - Из-за этой овечки Смирновой?!

- Ну при чем тут она? - глухо отзывается Денис.

- А при том, что я вижу, как ты на нее слюни пускаешь! - восклицает Колесникова. - Рей, ты че серьезно положил глаз на это чучело?

Я вновь слышу шевеление и понимаю, что надо делать ноги. Причем как можно быстрее. Молниеносно срываюсь с места, а за спиной раздается звук распахнутой двери туалета.

"Только бы они меня  не заметили! Пожалуйста!" - про себя молюсь я, стараясь максимально бесшумно проникнуть в раздевалку. Оказавшись внутри, я тяжело выдыхаю, пытаясь переварить услышанное. Что же это все значит? Неужели я действительно нравлюсь Денису?

Однако не проходит и минуты, как дверь в раздевалку открывается и на пороге показывается взбешенная Колесникова. Ее узкие ноздри гневно раздуваются, а глаза метают молнии.

- Ты, - шипит она, тыча в меня пальцем. - Ты подслушивала!

- Делать мне больше нечего, - мотаю головой я. - Я за резинкой сюда пришла.

Я отчаянно пытаюсь не показывать ей свою панику, но голос предательски дрожит.

- Слушай сюда, деревенщина, - приближаясь ко мне, злобно говорит она. - Рей - мой, поняла?! Если узнаю, что ты крутишь с ним шашни, выцарапаю глаза и оболью кислотой. Это не шутка.

Вика выглядит очень воинственно, и я невольно сглатываю.

- Прибереги свои угрозы для кого-нибудь другого, Колесникова. Ни ты, ни твой Рейман мне даром не сдались, - холодно бросаю я, хватаю резинку из сумки и быстро вылетаю из раздевалки.

- Я за тобой слежу, дрянь, - доносится мне вслед.

Господи! Только разборок из-за парня мне еще не хватало!

24

Денис

Кажется, я схожу с ума. Серьезно, другого объяснения происходящего со мной я найти не могу. Целыми днями хожу и думаю о недотроге Смирновой. Прям всю голову уже сломал. Воскрешаю в памяти ее красивое лицо, мягкие волосы и запах цветочного поля...

Лежу на диване, предаваясь тупым бесплотным фантазиям о Веснушке и сам от себя офигеваю. Когда пиликает мобильник, я нехотя подношу его к лицу и невольно морщусь: Вика названивает мне весь день, как полоумная. И чего ей только нужно?

Но узнавать это сейчас нет никакого желания. Поэтому я просто ставлю телефон на беззвучный режим и откладываю