Почти родные - Слава Доронина

ограничено замкнутым пространством и какими-то условностями. Когда можно дать волю энергии без нанесения телесных травм другому человеку. Если бы не паркур, то я попробовал бы себя в атлетике. У меня есть друзья, которые, наоборот, считают, что интеллект боксеру ни к чему. Они всегда и везде применяют свой природный талант «вышибать» или говорят: «Сила есть, ума не надо». Я однажды на ринге на такого попал. Он разбудил во мне зверя. Мы чуть не убили друг друга, после этого я решил завязать с боксом. Постоять за себя умею, и достаточно. Тебя тоже нескольким приемам обучу. Никогда лишним не будет. Особенно с твоим характером и дерзким языком.

— То есть если бы ты не умел драться, — оглядываю его синяки, — последствия могли быть печальнее?

— Вполне.

— Твои размышления насчет бокса мне нравятся. Я бы тоже его не выбрала. А еще мы оба знаем, что ты можешь специально спровоцировать острую ситуацию. Хотелось бы знать причину, по которой ты в синяках. Это из-за Натали, Пауля, просто стычка на улице?

— Какой версии сама придерживаешься? — интересуется Андрей, прежде чем озвучить свою.

Дергаю плечом:

— Без понятия.

— Пьяная драка. Мы с парнями в баре выпивали. Зацепились с какой-то компанией, и понеслось. Менеджер Натали замял шумиху, в прессе ничего не было, но движа мы навели много. Адану больше всех прилетело, его сняли с соревнований.

— Так всё серьезно? — удивляюсь я.

— Призовое место с поломанной рукой он вряд возьмет, — грустно хмыкает Андрей и убирает со стола пустую тарелку, пока я мысленно представляю всю картину случившегося.

Ни разу не видела, как Ковалёв дерется. Жаль, что всё замяли и в интернете об этом ничего не будет. И как же бесит упоминание о фиктивной подружке Андрея! Лучше не акцентировать на этом внимание.

Удивительно, мы всего раз переспали, а я уже витаю в облаках. Осталось фасон свадебного платья придумать и решить, как мы назовем наших детей. Или озвучить Ковалёву, что он может вернуть фамилию Багдасаров, женившись на мне.

Андрей подходит к столу и выкладывает таблетки, отвлекая от наивных мыслей, которые вызывают у меня улыбку.

— Что это? — киваю на лекарства.

— Мелатонин и обезболивающее. Выпей обе.

— Я…

— Я говорю, а ты делаешь, — жестко припечатывает Андрей. — В чем-то я иду на уступки, в чем-то ты. Компромисс. Слышала такое слово? Если нет, то придется с ним познакомиться.

— Терпеть не могу условия и договоры, — вздыхаю я. — Но в таком случае спим вместе наверху. По рукам?

— Нет. Спим в гостиной. Или порознь. У тебя нет телевизора.

— Бесконечно включенный телик меня тоже раздражает, — бурчу я. — Почему ты всегда спишь под его говор?

Андрей улыбается:

— Привычка. Родом из детства.

Заинтересованно приподнимаю брови.

— Нет, рассказа, почему я всегда сплю под болтовню из коробки, не будет, — отрезает он.

Мое желание прижаться к Андрею и проснуться с ним слишком велико, поэтому перестаю спорить.

Загрузив тарелки в посудомоечную машину, иду в гостиную. Андрей быстро засыпает. А я нет. Лежу в его объятиях и смотрю в экран телевизора. Таблетка действует спустя полчаса. Я проваливаюсь в сон словно по щелчку.

Просыпаюсь одна. Телевизор выключен, я укрыта одеялом по подбородок. Прислушиваюсь к своим ощущениям. Тело как будто не мое. Между ног ноет и тянет, словно в меня полночи загоняли поршень. Откидываю одеяло и иду на поиски Андрея, зная только одно место, где он может быть в такой ранний час.

Нисколько не удивляюсь, что Ковалёв в спортзале. Делает растяжку. Волосы взъерошенные и мокрые, значит, уже позанимался и вышел на завершающий этап тренировки.

— Ты до конца не выздоровел. Дай организму восстановиться. — Я задерживаю взгляд на его пожелтевших синяках. — Можешь ведь опять свалиться с температурой.

— Все будет хорошо. — Андрей поднимается с пола и подходит ко мне. Внимательно оглядывает и целует в макушку. — Больше не кровило?

— Нет.

— А самочувствие как?

— Всё хорошо, — почти не обманываю.

— На учебу поедешь?

— Да, а после обеда на съемку.

— И все?

Как будто догадывается, что я что-то недоговариваю!

— Ярослав пригласил меня на ужин. Пока там все равно не зажило, — делаю акцент на последних словах, — займусь чем-то приятным. Ты же не против?

Ковалёв сжимает челюсти и опускает руки. Видно, что ему не нравится услышанное.

— Сходи, конечно, — произносит Андрей спокойно. — Но имей в виду, спать со мной, а встречаться с ним — не прокатит. С кем-то одним будешь время проводить. Сразу определяйся с кем.

— Говорит человек, который сам состоит в отношениях! — парирую я. — То есть тебе можно, а мне нет?

— Дело не в запретах. Пока я сплю с тобой, с другими встреч не будет.

— Пока?

— Мы вроде бы сразу договорились, что ты не строишь на мой счет никаких иллюзий.

— Разве? Не припомню такого.

Меня несет. Накрывает эмоциями. Мысленно прошу себя остановиться, мы и впрямь ничего такого оба не планировали.

Просто Андрей действительно хорошо меня знает. Как никто другой. Он понимал, что я все равно бы нашла способ, как добиться своего. Даже если бы он переехал на тренировочную базу. А может, наоборот. Успокоилась бы и смирилась…

Как бы там ни было, близость уже случилась и я ни о чем не жалею. Напротив, хочу, чтобы все повторилось.

— Я ничего не строю на твой счет, но и Ярослава отшивать не буду. Когда ты улетишь домой, к своей подружке, кто-то должен быть рядом, чтобы помочь мне это пережить. Если ты возражаешь, то так и напиши Натали: «Трахаю свою сестру, и она не хочет нашего общения». Если сделаешь так, и я перестану встречаться с Яром, — ставлю ультиматум.

— Блядь, Яна, какая же ты стерва!

Ковалёв отворачивается. Берет полотенце и вытирает со лба влагу.

У победы горький привкус. Но что поделать, никто не обещал, что будет легко и просто за пределами спальни.

— Вечером у нас тренировка, — констатирует Андрей, переводя тему.

— А после нее фотосессия, — снова бросаю вызов.

Ковалёв сжимает челюсти и шумно вздыхает. Подходит ко мне и берет за плечи.

— Яна, давай проясним все еще раз, желательно в последний. Мы с тобой не соперники. Я сдался и сильно хочу тебя. Настолько сильно, что не остановила мысль, как во мне будут разочарованы наши родители, после того как узнают, что я совратил тебя. А еще на носу чемпионат. От того, выиграю я или нет, зависит важный контракт и мое будущее. Не нужно провоцировать ни себя, ни меня на лишние эмоции, их и так много. Просто наслаждайся тем, что происходит, а потом как-нибудь вырулим. Договорились?