Звездный Июль - Светлана Нарватова

- Ну конечно, после сегодняшних  откровений … ‑ Последнее слово сочилось ядом.

То, что Донован отчитывал меня перед Грейс как какого мальчишку, болезненно отдавалось по самолюбию. И сейчас он играл с огнём, учитывая нестабильность моего эмоционального состояния.

- Если ты чем-то недоволен, давай обсудим после обеда. – Мне очень хотелось выпустить сейчас свои эмоции, но чего я не умел, так это транслировать их направленно. А Грейс они совершенно ни к чему. Но вложить предупреждение во взгляд и интонации мне никто не мешал.

Мэтт оскорблённо поджал губы куриной гузкой и набросился с ножом на отбивную, словно это был я.

Или Грейс.

Недовольство неприятеля распространилось по столовой, как срамные газы, отравив трапезу, которая изначально обещала стать приятной. Тяжёлое молчание повисло над столом.

- Большое спасибо, было очень вкусно. – Грейс быстро расправилась со своим блюдом и поднялась из-за стола. – Я, с вашего позволения, пойду к себе. Мне действительно стоит заняться корреспонденцией.

- …Которую сегодня и шлют и шлют, и шлют и шлют… С чего-бы это? – Лицо Донована исказилось от желчи, которой были наполнены его слова. Словно его самого коробило от горечи.

- А как же десерт?

- Вдруг потолстеет? – вновь не удержался Мэтт, которого буквально несло.

- Благодарю, послушаюсь совета господина Донована. – Грейс с показной почтительностью сделала книксен и, коротко улыбнувшись мне на прощанье, покинула столовую.

Я сделал знак Томасу, и тот вышел из столовой, закрыв за собой дверь.

- Почему ты изначально так категорически против неё настроен? – поинтересовался я Мэтью, отложив столовые приборы.

- Потому что эта девица ужасно на тебя действует! У тебя рядом с нею отключаются мозги. ‑ Он выразительно постучал себя пол лбу. – Чем ты думал, когда давал сегодняшнее интервью?

- А что не так с интервью?

- Всё, всё  не так! Ты хотя бы понимаешь, на чём строится твоя популярность?! – Донован даже привстал со стула.

- Осмелюсь предположить, на том, что я неплохо пою и обладаю уникальным талантом. – Я позволил себе ухмылку и распылил капельку раздражения.

- Ты вообще ничего не понимаешь в делах! Кому нужен твой талант без подходящей упаковки? Запомни: тебя идут слушать не потому, что ты такой замечательный, а потому что это модно! А чтобы было «модно», нужно вложить массу усилий в правильных людей, к мнению которых прислушаются, в нужные слухи и мнения, в подходящие события, которые будут обсуждать! Ты всегда должен быть на слуху и на виду! Конечно, ты об этом не задумываешься. Тебе нет дела до того, как много я для тебя делаю. А потом появляется какая-то непонятная девица, и ты готов разрушить всё, что было с таким трудом построено! – Мэтт продолжал вываливать на меня претензии. – Конечно! Пока ты был никем, ты был нужен только мне! В тебя верил только я! А теперь, когда ты достиг с моей помощью таких высот, она вцепилась в тебя как пиявка, и будет сосать, сосать… ‑ Он презрительно скривился.

- Она не такая!

- Ой, да все они «не такие»! Строят из себя невинных овечек. Крис, ну ты-то, с твоим опытом общения с женщинами, должен это понимать! Тебя элементарно используют!

Слова Донована неожиданно упали на плодородную почву. Что если эта «невинность» – всего лишь игра ради того, чтобы получить успешного и великолепного меня? Я столько раз перепридумывал Грейс Хоуп заново, что не придумал ли её в очередной раз? Такая ли она на самом деле?

Когда-то я мечтал, что однажды Грейс меня увидит и скажет: «Ах, какой же глупой я была, упустила такого парня!». Теперь я «такой парень», но вместо того чтобы сказать: «Вот и кусай теперь локти!», истекаю слюной. Что, если Мэтью прав? Не водят ли меня за нос, как тел о чка на верёвочке? Не верю ли я в то, во что хочу верить?

- А это твоё интервью! Ты хотя бы представляешь, какой удар ты нанёс по своему образу, который я создавал по крупице?! – продолжал бить в ту же точку Донован. – Из успешного мужчины ты внезапно превратился в неудачника, который не смог соблазнить какую-то девчонку в школе! Сколько твоих поклонниц только что возненавидело тебя за то, что ты разрушил их иллюзии?! Они считали, что не смогли покорить тебя потому, что ты непреступен. А оказывается, твоё сердце принадлежит какой-то непонятной девице! Выходит, они хуже?! Что может быть хуже для женского самолюбия, чем открытие, что есть кто-то, кто их прекрасней? Чем ты думал? Общение с прессой – это не твоё, Крис! Ты великолепен на сцене. Судя по иступлённым воплям твоих любовниц – неподражаем в постели. Но прошу тебя, не лезь туда, где ты ничего не понимаешь. Оставь мне мою работу!

Судя по тому что Мэтт вновь вгрызся в свой стейк, отповедь он закончил.

На душе было мерзко.

- Кстати, раз уж твоя протеже не желает исполнять свои прямые обязанности, и график визитов мы так и не увидели, навести сегодня графиню Кенбри. Она будет ждать тебя на традиционный пятичасовой чай. Прояви к ней  особое внимание , ‑ жирно намекнул приятель. ‑ Она очень для нас важна.

Я непроизвольно кивнул.

В голове бурлило от противоречивой информации.

- И поосторожней с этой своей школьной приятельницей. Не забывай, что с одного из мест её уволили за то, что она продала секреты производства, ‑ добил меня Донован.

Я в растерянности уставился в тарелку.

В дверь постучали.

Заглянул дворецкий и спросил, нести ли десерт.

Лично мне было не до десерта.

Я отправился в спортивный зал и, несмотря на то что заниматься после еды вредно, выложился по полной на силовых упражнениях и растяжке. Танцевать не хотелось.

Хотелось измучить себя до такой степени, чтобы не было сил думать.

Ополоснувшись и переодевшись в чистое, я направился к себе.

Но прежде чем войти в комнату, на мгновение замешкался: неужели Мэтью прав? Неужели со стороны Грейс это всего лишь умелая игра?

Я толкнул дверь в спальню.

Вскоре дворецкий сообщил о том, что повозка для поездки к графине уже готова. Я начал одеваться.

Ведь я никуда не собирался.

Я мечтал побыть в компании Грейс.

Не уверен, что готов был к ней сейчас, но одиночество и тишина мне бы совсем не повредили. И вместо этого должен ехать