Звездный Июль - Светлана Нарватова

- Ты видел на инструментах следы поломки?

Я помотал головой.

- Быстро сможешь найти место повреждения?

Снова помотал, потому что искал. Но не нашёл. Инструментоиды были испорчены ювелирно.

- Как ты думаешь, обычному человеку такое под силу? Или здесь нужен профессионал? Жаль, что я не знал об этом и отпустил её из дома. Сейчас уже не найдёшь никаких улик. Она наверняка всё отнесла подельникам… ‑ Он задумчиво почесал подбородок.

- Мэтт. Грейс не могла этого сделать по одной простой причине: весь сегодняшний день она провела со мной.

- Кроме того времени, которое ты был у графини, ‑ напомнил Донован, выражая всем видом сочувственное «Совсем голова дырявая».

- Я не был сегодня у Кенбери. Мы гуляли с Грейс, ‑ упрямо прорычал я.

Я не отказал Мэтту сразу и поэтому испытывал угрызения совести перед ним. Раньше. Но теперь мне уже не было них никакого дела.

- Что ты сказал?!.. – на лице собеседника проступил испуг. – Ты же обещал, что поедешь! Ты же к ней выехал!

- Выехал, но не доехал. Не переживая, я передал через Грейс открытку с извинениями, ‑ успокоил я.

- Через Грейс?! – Лицо Донована покраснело и глаза чуть не вылезли из орбит, отчего он стал похож на обгоревшую на солнце жабу. – Теперь его светлость меня точно закопает…

Он вынул платочек из грудного кармана и промокнул им лоб.

- Мэтт, мы договаривались по поводу графини, а не какого-то герцога…

- Заткнись, идиот! – взвился он. – Ты ничего не в состоянии сделать нормально! За тобой постоянно нужно всё исправлять! Эту дуру отыскал где-то! Я надеялся, что прочитав такое досье, ты наконец откажешься от своей навязчивой затеи… Но не-е-ет! Ты решил всё же утопить меня!

Я окончательно перестал что-то соображать, кроме того что, кажется, Донован нуждался в психиатрической помощи.

- Мэтью, ‑ я постарался вложить в голос как можно больше спокойствия. К сожалению, я не могу поделиться с ним своими эмоциями, потому что до спокойствия там было как Ричарду Пятому до балерины. ‑ Мне кажется, ты несколько перенапрягся в последнее время. Хочешь, я принесу тебе стакан воды?

- Знаешь, куда себе засунь свой стакан! – Мэтт замахнулся на меня. – Я уже отчитался Пири, что…

Меня словно окатило ведром ледяной воды.

- Так. А какое отношение ты имеешь к герцогу Пири?

Старший брат императора, признанный бастард, получивший титул герцога за заслуги перед короной и служивший на полуофициальной должности канцлера по делам императорской семьи, и был моим настоящим отцом.

- А ты думал, тебе просто так блага в карман падают? – презрительно прищурился Мэтт. – Нет, представь себе, кто-то за это всё должен был расплачиваться!

- Если я правильно понимаю по сказанному между строк, расплачивался за них я же. – Я сложил руки на груди. – И давно герцог обнаружил, что я не столь бесполезен, каким показался изначально? Давно он тебя ангажировал? Или ты с самого начала присматривал за мной по его распоряжению?

- А если и так? Не всем же суждено родиться с золотой ложкой во рту? Кто-то должен за такими и присматривать! – В словах Донована сочилась ненависть.

Как я мог быть настолько слеп?

- Это я-то родился с ложкой во рту?!

- Ну за мной, знаешь, императорская семья не приглядывала!

- Я бы предпочёл, чтобы она обо мне вообще забыла!

Все мои достижения, весь мой труд, мои победы в одно мгновенье обесценились. Неужели всё, чего я добился, было только благодаря моему ненавистному папеньке, который, в свою очередь, использовал меня для своих грязных целей?

- А вот это уже не тебе решать, ‑ скривил губы мой концертный директор. – Твоё дело песенки петь и задницей крутить. Остальное оставь тем, кто умеет думать.

- Знаете, дорогой господин Донован, я, пожалуй, так и сделаю. Оставлю это тем, кто умеет думать и правильно выбирает, на чьей он стороне. Вы сделали неправильный выбор. Я прошу вас покинуть мой дом и более здесь не появляться.

Я встал и указал пальцем на выход.

Мэтт зло усмехнулся:

- Посмотрим, как ты запоёшь через два дня, когда у тебя назначен концерт. Помни: я добрый. Я всегда приду на помощь. Найду чудесных специалистов, которые восстановят руины после устроенного твоей возлюбленной крысой. Только условия нашего контракта, дорогой мой Крисушка, мы, пожалуй, пересмотрим. Можешь не провожать. Я сообщу адрес, где меня найти.

И Донован удалился, гордо расправив плечи, и напоследок со всей силы хлопнул дверью своего кабинета.

Бывшего кабинета.

Я опустился на стул почти без сил.

Итак, что мы имеем?

Донован хотел окончательно рассорить меня с Грейс. Для этого отослал меня к графине (заодно решив какие-то проблемы герцога Пири) сломал мои инструменты и свалил на неё вину. В общем-то, разражённый после встречи с Кимберли, да накрученный после обеда Донованом, кто знает, возможно, я бы ему и поверил. Не факт. Но допускаю такую вероятность.

По крайней мере, расчет у Мэтта был таким.

Но я провёл всё это время с Грейс.

И совершенно точно знал, что поломка – не её рук дело.

Но это не меняло дела: через два дня у меня был назначен концерт, билеты на него были раскуплены за месяц, а я гол как сокол, словно десять лет назад.

Дверь в кабинет распахнулась. Я вздрогнул и обернулся.

В проеме стояла потрясённая Грейс.

- Что это сейчас было с Донованом? – поинтересовалась она.

- А что с ним было? – уточнил я, скривившись.

- Он разве что не парил и огнём не полыхал. Наорал на меня и велел, чтобы к его возвращению ноги моей здесь больше не было.

Я хмыкнул. Вот же скотина! С другой стороны, нужно расставить все точки над «ё».

- Грейс, у меня плохая новость. Кто-то испортил все мои инструментоиды. Через два дня у меня концерт, и я совершенно точно не смогу их починить до этого момента. Боюсь, это будет страшный провал. Не уверен, что моя карьера его выдержит.

- В каком смысле «испортил»? – растерянно переспросила Грейс, и у меня отлегло от сердца. Если она играла, то была какой-то запредельной актрисой. – Ты вызвал полицию?

Я сразу представил, как события заиграют