Ничтожество - Лилия Фальтер

class="p1">— Тогда ладно. Слушай. — Глубоко вздохнув, он потер челюсть и начал вещать — Случилось это почти через месяц после твоего отъезда. Все было как всегда. Праздники, банкеты, игры. Ничего необычного. Вот только это с виду было так безоблачно. В один осенний день, числа двадцатого, наверное. В участок поступил звонок. Звонивший заявил, что видел как мужчина, девчонку схватил и утащил. Куда, когда? Ничего не ясно. Ну мы стало быть и выехали на поиски — он остановился и прочистив горло продолжил — Видели все это возле охранного агентства Игоря, отца Ксении. Ну, я человек не глупый. Знаешь ли, к нам в город разный контингент приезжает. И на всех мы справочки наводим. Как говорится предохраняемся от неожиданности. Точно помню, в тот день дождь еще пошел. — он снова замолчал, наверное все-таки подбирал слова. — В этот день, было заведено одно негласное дело. Почему негласное? Потому что заявления никто не подавал. Девчонку мы нашли, вернее я нашел. Разорванное платье, кровь, синяки, ссадины. Все говорит об изнасиловании. В тот день, я пожалел, что вообще работаю в полиции. — и снова молчание.

Он долго думал что сказать, но решил не церемониться.

— Той девушкой была Ксения. — я это уже понял, но сердце все же замерло от шока — а насильником был Григорий. — нет, я ошибся, именно тут мое сердце остановилось. — Я не знал что делать, впервые за все время своей работы, я не знал что делать. Когда я вывел Ксению на улицу, она еле стояла на ногах. Прямо перед машиной она упала, молила меня отвести её домой. Лицо не выражало никаких эмоций. Вообще никаких. Я отвез её домой, но увидав коттедж, она заплакала, словно я должен вести её в другое место.

Мое сердце колотилось, руки дрожали, а разум потускнел.

— В этот же день я увидел лицо своего давнего знакомого Игоря, его лицо вообще не выражало ничего. Он даже не реагировал на дочь. Но не это главное. Заявление все же было написано на следующий день и расследование было начато. Мы задержали Григория и посадили, но он выбрался и загремел в психбольницу на долго. Вот только было поздно. Через два дня после изнасилования, тело Ксении было найдено в петле в её комнате. Нашел её брат.

«Тело. То есть, её больше нет. Я опоздал. Опоздал на два года».

Я понял все давно, но надеялся, что финал окажется другим.

— почему мне не сообщили о похоронах?

— Их не было.

— Что?

— Тело просто опустили в землю. На могиле видели лишь отца.

— Ясно.

Он рассказал еще о многом, а после полученной расписки мы расстались.

Почему Григорий так поступил? На это у меня есть объяснение.

* * *

Мать Григория, Изольда была изнасилована в возрасте семнадцати лет. Вследствие чего забеременела. Она была хороша собой, умна и из обеспеченной семьи. Насильник и сводный брат Изольды предложили ей выйти замуж и под давлением родителей она согласилась.

Нои во время беременности и после родов, она не бросала попытки избавится от «Ублюдка».

После рождения мать пыталась полюбить его, давала необходимый уход, но из-за тригера, что преследовал её, у неё ничего не вышло.

Отец мальчика периодически бил и насиловал мать и часто ребенок был свидетелем этого действия. Мать же после долгих избиений тронулась умом и срывала злобу на сыне.

Из-за сложившейся обстановки Григорий в подростковом возрасте часто не появлялся дома, и проводил все свое время в компании единственного друга — собаки. Сверстники его не принимали, считали странным и издевались. Он рос жестоким и лишенным любви.

Однажды отец решает закалить дух сына и убивает собаку, Григорий сбегает из дома к бабушке и дедушке, но его быстро возвращают.

В 15 лет мальчика отправили в военный интернат. Там он подвергается жестокому сексуальному насилию. В результате множество драк и нарушений был отчислен и вернулся домой. Дома его не ждали и вовсе не были рады видеть.

Вскоре его снова отправили в военный пансионат, там он не стал долго ждать пока за ним придут. Он быстро запугал все кто был в его поле зрения. Мать изредка писала сыну, прости не возвращаться. Мальчик находил утешение в дрессировке собак.

В 25 лет Григорий встречает Игоря и влюбляется, он прекрасно осознает, что тот Гомофоб. Он пытается отдалиться от Игоря и уезжает на службу. По возвращению он знакомится с семьей Игоря и остается рядом.

Григорий питает к женщинам ненависть и Ксения не исключение. Он вбил себе в голову что противоположный пол должен страдать.

С раннего возраста он начинает приставать к девочки, а та в свою очередь пытаясь сказать отцу, но её не слушали. В возрасте 17 лет Григорий изнасиловал Ксению. Из-за морального поведения и психических проблем девушка совершила суицид.

На Григория завели дело и посадили, но после он был переведен в психбольницу и признан невменяемым.

Мне удалось поговорить с ним лишь раз. Последние что он мне сказал, были слова о Ксюше.

«— Знаешь, что она написала в предсмертной записке? Нет? — он усмехнулся — Там было написано, «Жизнь прекрасна, не правда ли»? Эти слова резали без ножа. Я вот все, понять не могу, если он называл, её, ничтожеством, то я тогда кто?»

Внутри меня содрогались струны, струны — терпения, нервов, выдержки. Называйте, как хотите. Меня не было здесь так давно, но привычная картина так и не изменилась. Единственное, чего не хватало — Ксения.

Без нее этот город был похож на пустое месиво. Не важно, чистые ли здесь асфальты, многолюдные ли перекрестки, чего-то мне всегда будет не хватать. Ксюша была недолгим лучиком света в моей жизни. Пусть мои чувства почти полностью остыли, но она была ванна для меня. Сейчас я уже не вспомню, что именно чувствовал, не помню, какая на ощупь была её кожа, каким мягким был волос, не помню всего важно, что приносило ясность в мои дни. Я понял, что мои чувства были временным ощущением, эмоциональным всплеском. Я осознал это после смерти Витали. Еще год я навещал его могилу, и могилу мамы. Я не мог себе простить того ужасающего разговора, той агрессии и пустых слов брошенных на ветер. И чувств, вспыхнувших после его смерти. Я был глупцом, потерял единственного друга, предполагаемому возлюбленную, потерял самого дорогого человека в своей жизни — маму. Я был лишен всего, за столь короткое время.

Я заслужил это.

На момент разговора с Григорием у меня уже было собранно много материала