Я верну тебя - Ева Веста

— Семейная жизнь — это не только красивая картинка, как ты вероятно себе её представляешь, — сказала я. — Родителям предстоит много сложностей. Нужны безграничная любовь и терпение, чтобы не расплескать взаимные чувства в браке. Это не какая-нибудь новинка, которая скрасит твою сытую жизнь и обеспечит тебе гордый статус отца. Это то, что потребует предельной ответственности и внимания.

— Я могу предоставить тебе и то, и другое, — уверенно сказал он.

— Сомневаюсь, — я покачала головой. — Больше похоже на то, что ты делаешь все это, чтобы меня обязать. Сделать так, чтобы я никуда не делась. В самом деле. Куда сбежит мать с детьми от всемогущего богатого папы? Никуда. Поэтому во дни сомнений и тягостных раздумий о пресности бытия сбежать сможет он! На сторону в поисках вдохновения. Знаю я эти истории! Миллионы их по миру передаются из века в век.

— И ты совсем не хочешь даже попробовать, написать свою историю, которая бы от всего отличалась? — он принялся царапать что-то мелками на доске, проверяя их качество.

Я растеряно повела плечами, в ответ Лев печально улыбаясь, направился ко мне.

— Удивлен, что тебе ни разу не бывшей замужем, конечно, виднее как все обстоит в браке, — сказал он, — но разве не ты так любишь бороться с устоявшимися поверьями? Не ты ли всегда идешь наперекор привычным шаблонам? — Лев сделал элегантный жест, как будто приглашал на танец. — Пожалуйста, воплощай свои же принципы и желания в жизнь, я ничем тебя не обяжу и ничем не буду сковывать.

Всегда поражает его умение менять тактику на лету. Он как хамелеон, который рано или поздно но подберет окраску к обстановке, мимикрирует и усыпит бдительность. После такого сама не заметишь как отдашь ключ от своего сердца.

— Что это мы все обо мне. А как на счет тебя? — неожиданно для себя выпалила я. — Что будешь делать ты? Дай-ка угадаю. Пропадать на работе, а затем, каждый вечер на пол часа навещать довольную жену и розовощеких детей?

— Странно, что твое представление о семье, так сильно совпадает с представлениями моего отца, — с долей высокомерия ответил он.

Я ничего не ответила, только опустила глаза в пол от неловкости. Мое представление о семье не имеет ничего общего с предательством, но тогда почему же я только об этом и говорю?

— Расслабься Юля, — возразил Лев. — Когда-то я оступился, когда-то ты не дала мне шанса. Но это в прошлом. А сейчас мы оба здесь стоим перед лицом второго шанса. И каким будет его итог зависит от нас.

Вот именно что от нас! Я-то в себе уверена. Скучная верная дура, которая о другом мужчине и помыслить не может если находится рядом с любимым. А что на счет него? От бессилия захотелось зарычать.

— И как выглядит этот шанс? Я сижу у тебя дома двадцать четыре на семь, а ты постоянно в работе и веселье?

— Не утрируй Юля. Я могу обеспечить тебя всем чем пожелаешь. И если ты пожелаешь не сидеть дома и работать хорошо. Но только потому, что ты этого хочешь, а не потому что тебе нужно зарабатывать на жизнь. Но сразу предупреждаю — я не дам тебе пропадать целыми днями и оставлять меня одного.

— Хах! Я почти в голос рассмеялась! Это скорее мой страх: твои командировки, бесконечные заседания и связи с клиентами...

— Ни одной командировки, если рядом не будет тебя, — ответил он, с ухмылкой и наслаждением глядя на мое удивленное лицо. — Мы все будем делать вместе.

— Лев, — я выдохнула, — прежде чем мы даже теоретически начнем рассуждать обо всем этом. Я прошу тебя рассказать все о том дне, чтобы раз и навсегда поставить точку. Почему так случилось, почему ты не выгнал её в шею, сразу как только эта ненормальная оголила грудь? Я не понимаю тебя, просто не понимаю. Это выше моих сил! Просто расскажи мне все как есть!

— Ты уверена, что хочешь все знать?

Меня охватила паника. А вдруг, правда еще хуже чем я думаю, вдруг она лишит меня какой никакой опоры, которая верно служила мне все это время?

— Да уверена, — прошептала я, отводя в сторону взгляд. — Будь предельно честен.

Последовало тягостное молчание. Лев встал совсем рядом со мной, склонив голову и глядя на меня сверху вниз. Он выглядит очень серьезным, пристально на меня смотрит, руки засунул в карманы брюк.

Чувствую, его нерешительность, что-то внутри него сопротивляется честной игре без уловок. Он делает глубокий вдох и медленно разворачивается, делая шаг к окну. Облокачивается на подоконник после чего устремляет на меня свой непоколебимый взгляд.

— Юля, — начал он, — когда я в первый раз тебя увидел, то сразу понял что хочу взять в охапку и не выпускать. Но в тоже время я понимал, какое ты на самом деле невинное существо. По сравнению со всеми кого я видел и знал. В глубине души я понимал, что слишком циничен для такой как ты. Я слишком хорошо себя знал, чтобы вот так сразу поддаться порыву. В какой-то момент я стал отчетливо понять, что боюсь своих собственных чувств. Когда холодного сердца касается тепло, он начинает таять и терять себя. А это страшно, потому что непривычно. Привычный ленивый интерес проще и безопаснее искренней, ранимой любви. Но если я за что-то и благодарен себе, так только за то что не пошел на поводу у этого страха. Я знал что тебе со мной опасно, но вопреки всем смыслам затягивал тебя в свой мир.

— Но ведь всего этого могло не быть, если бы ты…

— Если бы что? — вновь поднял глаза он. — Если бы я все тебе рассказал? Пожаловался на то, что я сын своего отца: такой же циник и трус? Я всю жизнь шел по его пути, даже не понимая этого. Хотя тебе ли не знать, как я сильно его ненавижу.

— Так что на счет этой проклятой измены?

— Её не было, — он тяжело выдохнул. — Пока она..., - он замялся, — черт я даже имя её забыл! Когда она стягивала с меня ремень, расстегивала рубашку и светила грудью — я забавлялся. Как бы убеждая себя в том, что вероятно я не так сильно в тебя влюблен и у меня все под контролем. Я врал себе, будто не схожу с ума, не растворяюсь в чужом человеке. Я не боюсь потерять его больше собственной жизни. Вот он я — на привычном коне. Все