Пятая зона пульса - Юля Артеева

— Ника, — начинает Погодин чуть сипло, — я страшно… просто смертельно хочу тебя поцеловать. Но если скажешь, что рано, я не буду. Рано?

Я закусываю губу, и он прослеживает это движение осоловевшим взглядом. Мое сердце колотится надсадно, Лешино — тоже, и еще непонятно, чье громче.

Мне кажется, что если заговорю, то мой голос обязательно сорвется. Поэтому просто отрицательно качаю головой.

И он тут же склоняется, чтобы прижаться к моим губам. Так нежно и чувственно их прихватывает, что я забываю, как дышать. Раз, другой, третий. Только губы, ничего больше. Погодин будто пробует их, никуда не спеша, и я с готовностью иду туда, куда он ведет. А когда наконец чувствую его язык у себя во рту, как будто начинаю гореть. Поднимаю руки к его лицу и обхватываю щеки, а он вжимает меня в себя сильнее.

С Лешей каждое движение — максимально естественное. И когда выгибаюсь в его руках, и когда наши языки переплетаются, и когда он опускает ладонь ниже, чтобы огладить бедро, только слегка задев ягодицу большим пальцем. То, как шумно дышим и как жадно целуемся, должно быть, слышно и в соседнем районе. В этот момент я точно осознаю, в какой сфере отношений у Погодина есть стремление к доминированию. Он по-животному голоден до всего, что я могу ему дать сейчас. И в этом долгом поцелуе есть такая острая нужда и такое длительное ожидание, что остановиться нет никакой возможности.

Но Леша сам сбавляет градус, замедляя темп и возвращая руки мне на талию. Целует мои губы крепко несколько раз, давая нам обоим возможность смириться с окончанием.

И проговаривает хрипло:

— Я у точки невозврата. Лучше сейчас уйду, чем все испорчу.

Глава 25

Леша

— И че прям, с мелкими работаешь? Прям с такими?

Артем расставляет ручищи в стороны, чтобы обозначить размер. Хмыкнув, я перегибаюсь через столик и сдвигаю его ладони ближе друг к другу.

Говорю:

— Вот с такими.

— Реально? Дети такого размера?

Рассмеявшись, падаю на свой стул и качаю головой. Резюмирую:

— Придурок.

— А че там это, — начинает Власов, карикатурно нахмурившись, будто усиленно припоминая, — твоя девушка?

— У меня нет девушки.

Подношу к губам кружку с кофе и делаю большой глоток, а поверх гляжу на друга. Темыч со своим лицом не справляется и демонстрируется выражение крайнего удивления. Я снова смеюсь.

— Спокуха, медведь, — произношу примирительно. — Просто мы еще не в отношениях.

Власов приподнимает брови и пялится на меня, явно ожидая пояснений.

Потом торопит, не выдерживая:

— Давай, Лех, рассказывай. Или на колени встать? Имей в виду, я еще с операции не восстановился.

— Ну, — пожимаю плечами, — тогда подождем.

— Собака какая… — бормочет друг, а потом вдруг добавляет безо всяких шуток, очень искренне: — мне правда интересно.

Мои губы растягивает шальная и совершенно счастливая улыбка. Вспоминаю наши с Никой поцелуи и переписку после. С горячей девочкой меня свела судьба, даже удивительно.

Говорю:

— Одно свидание было, Тем. Что тебе сказать?

— Что втюхался, например. Писец у тебя глаза пьяные!

— Здесь только кофе, — отшучиваюсь, приподнимая стакан.

Власов хмыкает, пальцем подбирает с тарелки крошки и отправляет их в рот.

Потом сообщает:

— Погодин, я буду рад как тварь, если это свидание приведет к каким-то классным отношениям или даже просто к парочке кайфовых недель. Но я нервничаю. Дай мне хоть что-нибудь, что меня успокоит.

Я вздыхаю и растираю лицо ладонями.

Произношу тихо:

— Я страшно задолбался, что все вокруг за меня переживают.

— Лех…

— Я знаю, что обосрался. Но Яны давно в моей жизни нет. И я очень стараюсь. Правда стараюсь, чтобы вернуть себя на правильные рельсы.

— Ты не прав, — выдает Власов хмуро. — Я тебя не проверяю, не контролирую, я в тебя верю, Леш. Просто, твою ж мать, расскажи мне про девушку, как другу. Как раньше.

У меня снова вырывается тяжелый глубокий вздох. Мы с Темой и правда делились многим. Но очевидно, что он лукавит, потому что спрашивает не «как раньше». Туда нам уже никогда не вернуться.

Закусив губу, какое-то время раздумываю, а потом открываю аватарку Добронравовой в мессенджере и демонстрирую другу.

Говорю:

— Это Ника. Пока выпрашивал у нее свидание, буквально из штанов выпрыгивал. Интересно мне с ней. Черт знает, может, потому что не дается так сразу.

— А когда даст?

— Я сказал «не дается».

— Да, я услышал, и вопрос остается прежним.

— Темча, — укоряю, блокируя экран, — не козли.

Прищурившись, друг ухмыляется. Спрашивает:

— А че такое?

— Да не про секс это. Хочу ее, конечно, адски, но… не знаю, она классная.

Власов улыбается и поднимает вверх руки, демонстрируя мне ладони.

Говорит:

— Понял. Ну, тогда я правда рад. В первую очередь за то, что ты не сдохнешь от зппп.

Я наклоняюсь и толкаю его в лоб. Артем хохочет и добавляет:

— Прости! Но я прав! Ты бы анализы хоть сдал перед тем, как к восемнадцатилетней девочке яйца катить.

— Я сдавал. И вообще-то предохранялся, — отзываюсь вяло.

— Она девственница?

— Тем!

— Что «Тем»? Она еще не в курсе твоего либидо, а я-то хорошо тебя знаю. Жаль, что никто не может ее предупредить.

— Да пошел ты…

Власов широко улыбается и взъерошивает ладонью темные волосы. Потом подается ко мне через стол и неловко касается моего плеча.

Говорит:

— Ладно, извини. Так она правда тебе нравится?

— Правда нравится.

— Ты разозлишься, но я должен спросить: она зависимая?

Я смотрю на фотографию, которую только что показывал другу. Красивая девочка Ника, иногда аж мышцы сводит от того, как хочется ее. Может, я вытянул счастливый билет? Ведь здесь не только физика, она и правда мне очень нравится. Шутит смешно и над моими шутками искренне смеется, рассказывает всегда интересно, заводит меня одним только взглядом. А переписки с ней — это отдельный вид удовольствия. Я в жизни ни с одной девушкой столько не трындел в сообщениях.

— Лех?

— А?

— Я вопрос задал.

— Ни пьянства, ни лудомании, — отвечаю грубовато. — На слово поверишь или анализы какие-то требуются?

Но друга мой тон не задевает. Он улыбается беспечно и говорит:

— Нет, анализы не нужны. Познакомишь нас?

— Темча, ты слышал? Одно свидание. Мы еще не в отношениях.

— Но ты хочешь?

— Я хочу.

Власов усмехается:

— Рад слышать. На мой день рождения ее приведешь?

Черт. Не сдержавшись, я морщусь, потому что забыл, что у Власова и правда скоро праздник. Кажется, знакомства действительно не избежать.

Отвечаю нехотя:

— Приведу.

— Супер.

— Хоть слово ей про Яну скажешь в своей манере, я тебя убью. И про