Луна для влюбленных - Джейн Арчер

Горняки загоготали, но продолжали держать на мушке Мэверика.

Розалинда ухитрялась наблюдать за лошадьми и целиться в горняков.

– Но это наша женщина, – пожаловался один из них. – А ему место в шахте «Госпожа Удача».

– Да хватайте их!

– Не двигайтесь с места, или я выбью из нее мозги. – Мэверик продолжал держать пистолет у виска Синтии.

Внезапно шахтеры обратили внимание на Розалинду, будто впервые увидели ее.

– Это маленькая девочка, – заметил один из них.

– И что она делает с этой игрушкой?

– Мы не стреляем в детей.

– Эта красотка слишком хороша, чтобы позволить ее пристрелить.

Шахтеры снова начали переглядываться, пожимая плечами, потом положили свои «кольты» на пыльную землю.

– Славные ребята, – одобрил Мэверик, вскакивая в седло и продолжая держать револьвер у виска Синтии. Она не двигалась и не осмеливалась даже вздохнуть. Что, если шахтеры решат пустить в ход оружие и перестреляют их?

Мэверик снисходительно оглядел горняков и усмехнулся:

– Я забираю ваше серебро и эту женщину.

Он наклонился, рывком поднял Синтию и уложил поперек седла так, что ноги ее свесились с одной стороны, а руки с другой. Она обхватила его руками и почувствовала сильное биение сердца. Как она могла так долго сопротивляться ему?

– Поглядите. Он вовсе не неволит ее. Она хочет с ним уехать! – крикнул один из шахтеров. – А я думал, она его ненавидит.

– Держу пари, что они заодно, – предположил другой.

– Шериф прикажет повесить их на одном суку! И горняки вновь направили на них «кольты».

Мэверик откинул голову назад и расхохотался, потом передал свой «кольт» Синтии и круто повернул мустанга. Лошадь вскинулась на дыбы, забила копытами по воздуху, но тотчас же покорилась его воле и поскакала по Аллен-стрит в темноту пустыни.

Розалинда несколько раз выстрелила в воздух поверх голов шахтеров, потом устремилась вслед за Мэвериком, увлекая за собой лошадь Синтии, повод которой не выпускала из рук.

Их преследовали проклятия, улюлюканье и выстрелы, но на таком расстоянии пьяные шахтеры не могли точно прицелиться и попасть.

Синтия прильнула к Мэверику. На полном скаку они покидали Тумстон. Она едва осмеливалась вздохнуть, пока они мчались по неровной дороге, и с трудом удерживалась в седле. Но она снова была с Мэвериком и вне опасности. Правда, последнее было под вопросом. Никакая граница не могла бы остановить шахтеров или шерифа, если бы они решили преследовать их. Однако Синтия забыла о страхе, она ощущала только радость, даже ликование. Ее заражали необузданный дух, вольнолюбие и сила Мэверика. Возможно, он и прав в том, что она такая же неприкаянная искательница приключений, как и он. Может быть, они были людьми одной породы.

– Ты полагаешь, они будут нас преследовать? – спросила ехавшая позади Розалинда, все еще державшая за повод лошадь Синтии. Она уже спрятала в кобуру свой револьвер.

– Я не вижу погони.

– Возможно, они дождутся рассвета. Мэверик оглянулся.

– Тогда они могут нагнать нас. Поэтому я хочу проехать как можно больше, прежде чем мы остановимся и Синтия пересядет на своего мустанга.

– Они потеряют время, если будут медлить до рассвета, – заметила Розалинда.

– Я рассчитываю на то, что мы уже сегодня окажемся далеко, – ответил Мэверик.

– Отлично, – вымолвила Розалинда с облегчением. – Как только эти горняки протрезвеют, они захотят отомстить нам.

Мэверик усмехнулся:

– Но мы будем уже далеко.

– Надеюсь, – подала голос Розалинда, – но пока еще не полнолуние и потому мы не сможем ехать очень быстро.

– Сможем, – возразил Мэверик, оглядываясь. – Спасибо, Розалинда. Ты проделала все отлично. И вы, Синтия, тоже. Я решил, что не стоит возвращаться в Мексику.

– И я того же мнения, – сказала Синтия. – Я подумала, что так и не получу свою историю, если горняки сбросят вас в шахту «Госпожа Удача».

– Я рад, что вы обе любите меня и поэтому старались спасти.

– Это не совсем так, – усмехнулась Синтия. – У меня на уме были более важные вещи.

Розалинда хмыкнула:

– Что до меня, то я – просто хотела увидеть Вайоминг. Мэверик рассмеялся, подыгрывая им:

– В таком случае мне не страшна никакая опасность!

– Никакая. – Синтия потерлась лицом о его спину в мягкой хлопчатобумажной рубашке.

– Никакая, – вторила Розалинда, продолжавшая удерживать лошадь Синтии.

Они замолчали, прислушиваясь к звукам ночи, и скакали по извилистой тропе вдоль берега реки Сан-Педро. Мэверик еще крепче прижал к себе Синтию, обнимая ее за талию. Когда она хотела поправить все еще расстегнутую блузку, он нежно поцеловал ее в шею. Потом его рука скользнула за отворот ее блузки. Он дотронулся до ее груди, погладил сосок, чувствуя, как тот отвердел и напрягся, и был вознагражден ее тихим стоном.

– Я и не знал, что ваши чувства ко мне так сильны.

– Что вы хотите сказать?

Синтия едва могла произнести хоть слово, настолько ее взволновала ласка. Возбуждение нарастало, Синтия желала Мэверик а так сильно, как никогда раньше.

– Вы придумали столько эпитетов для меня.

– И все они нелестные.

– Но это значит, что вы думали обо мне.

Мэверик продолжал ласкать Синтию, дразня и возбуждая ее чувствительную плоть.

– Эти шахтеры никогда вас не забудут, – пошутил Мэверик.

Она содрогнулась:

– Я играла эту роль ради вас.

– Знаю. – Он нежно поцеловал ее в лоб. – Вы и Розалинда спасли мне жизнь.

– Это значит, что отныне я принадлежу вам?

– Да. – Его рука скользнула ниже и прогулялась по ее бедру. – Теперь вы должны позаботиться обо мне.

– Не знаю, как это сделать.

– Я вас научу.

Мэверик продолжал ласкать ее сквозь тонкую нежную ткань панталон в том месте, где бедра образуют фигуру, похожую на букву V. Синтия прикусила нижнюю губу и с трудом подавила стон. В глубине ее тела зародилось жгучее желание. Ей хотелось забыть обо всем на свете, кроме страсти. Синтия поцеловала Мэверика в шею и крепко прижала его к себе.

– А возможно, это вы меня научите, – усмехнулся он, продолжая ласкать ее.