Игра любви - Барбара Картленд

Бенита поднялась.

— Я, пожалуй, пойду оденусь, — сказала она, застеснявшись.

— Да, конечно, но возвращайтесь скорее.

Хокинс и няня, заставили меня пообещать, что сегодня я не буду выходить из комнаты.

Бенита улыбнулась ему, и собралась выйти в коридор, но граф остановил ее:

— Вы можете пользоваться внутренней дверью, это проще.

Бенита удивленно взглянула на него.

Она впервые обратила внимание на то, что между их спальнями есть дверь.

Услышав, что капитан Доусон разговаривает с Хокинсом в коридоре, Бенита поспешила а свою спальню. Дверь за ней закрылась.

В комнату вошел капитан Доусон.

— Мне было очень неприятно услышать о событиях этой ночи. Лорд Шептил перешел все границы приличий, — обратился он к графу.

— У него есть некоторое оправдание. Я взял у него в долг 2000 фунтов, и лорду Шептилу показалось, что я трачу его деньги на разгульную жизнь.

— Я прибыл, чтобы рассказать вам о вашем финансовом положении, — сказал капитан, — но сначала я должен сообщить нечто другое.

Он сел напротив графа и, понизив голос, сказал:

— Вчера умер майор Гренфел.

— Умер? — воскликнул граф.

— Он знал, что его дни сочтены. Вот почему он так хотел быть уверенным, что его дочь в надежных руках.

Граф молчал» и капитан Доусон продолжал:

— Майор особенно просил убедить вас, чтобы вы не сообщали ее светлости о его смерти, пока ваши отношения не наладятся.

У графа перехватило дыхание.

Он хорошо понимал, что имел в виду отец Бениты, но был уверен: тот момент, когда его жене станет хорошо с ним, уже близок.

— Майор Гренфел также просил передать, — продолжал капитан Доусон, — что его дочери не нужно приезжать на похороны и носить траур.

— Понимаю, — ответил граф. — Однако я думаю, что теперь, капитан, вы должны рассказать мне правду. Как и почему майор Гренфел был связан с Растусом Груном?

Последовало молчание. Наконец Доусон произнес:

— Майор оставил это на мое усмотрение.

Но я согласен, милорд, что вам следует кое-что узнать.

— Так расскажите мне, пожалуйста.

— Майор Гренфел и я были ранены в сражении за Сьюдад-Родриго.

— Вы были там? — воскликнул граф.

— Мы оба служили в королевской коннице, которая не раз попадала в переделки. Майор был тяжело ранен, меня ранили в ногу, Битва при Сьюдад-Родриго стала переломным моментом в войне. Британцам удалось завладеть неприступным фортом, и это положило начало падению Наполеона Бонапарта.

— Мы вернулись в Англию, — продолжал капитан Доусон. — Когда майор немного оправился после ранения, мы с ним отправились в Лондон, чтобы передать рапорт о сражении в военную канцелярию, а заодно майору нужно было показаться врачам.

Граф кивнул.

— В Лондоне мы заглянули в наши клубы.

Майор был членом Уайт-Клуба, я — Будл-Клуба. Мы были потрясены, увидев, как прожигают жизнь светские бездельники…

— Вино и карты! — уточнил граф.

— Вот именно! Их жизнь представляла такой разительный контраст мужеству и страданиям нашей армии, свидетелями которых мы были в Португалии, что майор был вне себя от гнева.

— Я понимаю его чувства, — тихо проговорил граф.

— В армии то и дело не хватало еды и одежды. А эти молодые люди швыряли на кон все свое состояние, а потом, связавшись с ростовщиками, становились банкротами.

— И что же сделал майор Гренфел?

Перед графом, словно из кусочков мозаики, уже начала складываться целостная картина.

— Майор навестил старого друга, который сделал огромное состояние, работая в Ист-Индской компании. Он, как и многие другие состоятельные люди, вернулся в Англию, чтобы умереть на родине. Когда майор рассказал другу о своем плане, тот хохотал до икоты.

— Ив чем состоял его план?

— Прежде всего, майор Гренфел хотел обеспечить работой людей, вернувшихся с войны, и восстановить хозяйство, которое пришло в полный упадок. — Тут капитан Доусон улыбнулся и закончил;

— Чтобы осуществить это, майор Гренфел превратился в Растуса Груна!

При этих словах капитана графу вспомнились темная контора и отталкивающая фигура за длинным столом.

— Мы все продумали, — рассказывал Доусон. — Майор купил у театрального костюмера парик и принимал клиентов только при свечах.

— Трудно поверить! — восхищенно заметил граф.

— Никто не разглядел обмана, и, я уверен, майор стал едва ли не самым ненавистным человеком в Лондоне!

Граф вспомнил, как сэр Антони отзывался о Растусе Груне.

— Мы развернули гигантскую шпионскую сеть, и через своих людей узнавали, кому из должников можно помочь, а кто пропал безвозвратно.

— Меня он спас, — заметил граф.

— Нам сообщали о том, как много вы работаете и как заботитесь о своих людях. Это очень тронуло нас-. Вы должны как-нибудь прочитать эти отчеты.

— Значит, майору удалось осуществить задуманное?

— Судите сами. — С этими словами капитан Доусон открыл перед графом одну из приходно-расходных книг, которые он привез с собой.

— Эта сумма, — сказал он, — приблизительная оценка того, чем владеет ее светлость.

У графа перехватило дыхание.

То, что он увидел, намного превосходило его самые смелые ожидания.

— Можете себе представить, — спокойно. проговорил капитан Доусон, — как майор боялся, что его дочь попадет в руки какого-нибудь безрассудного игрока, который спустит все ее деньги за игорным столом, а потом бросит бедную девочку с разбитым сердцем.

— Клянусь, что никогда не поступлю так, — серьезно сказал граф.

Капитан Доусон сложил стопкой привезенные бумаги.

— Я оставлю эти документы. Вы просмотрите их на досуге. Оплатить долги лорду Шептилу и другим кредиторам вы можете векселями, которые найдете в конверте.

— Благодарю вас!

— Теперь мне надо возвращаться.

— Вы не останетесь с нами на ленч?

Капитан покачал головой.

— Мне еще предстоит устройство похорон.

А когда все закончится, я должен найти дом для моей жены и детей.

Граф удивленно посмотрел на него, и капитан пояснил:

— Я снимал квартиру в Лондоне, чтобы иметь возможность помогать майору. Но моя Жена и сыновья предпочли бы жить в деревне.

— У меня есть предложение, и, уверен, Бенита поддержит меня, когда узнает о нем!