Встречай меня в полночь - Сюзанна Энок

Синклер испытывал глубокое удовлетворение от того, что стал первым мужчиной Лисички Фонтейн. Шанса разрушить брак больше не существовало, если только они не придумают какую-нибудь длинную сказку, но это уже не имело значения. Он начал понимать, что ему не хочется отпускать ее.

— Мне давно следовало бы поколотить Уильяма Лэндри, — пробормотал он, касаясь губами ее волос.

Виктория засмеялась.

— Согласна. Жаль, что мы не занялись этим с тобой, пока не были женаты.

Он поднял голову.

— Мне это не очень-то нравится.

Она выглядела, как растрепанный ангел в лучах солнечного света.

— Я знаю. Это было бы безнравственно.

Синклер тоже рассмеялся.

— Есть еще кто-то, кого я могу отдубасить для тебя?

К его удивлению, ее глаза слегка затуманились.

— Только человек, который убил твоего брата.

Маркиз вздохнул, перебирая пальцами ее длинные вьющиеся волосы. От главной цели его отвлекла мысль о том, что он может вот так лежать с ней каждое утро до конца жизни.

— Боюсь, сегодня не получится.

— Я много думала о том, что ты собираешься предпринять.

— И?..

— И хочу помочь тебе.

У него перехватило дыхание.

— Нет. Ни в косм случае. — Одно дело немного информации, но активное участие… он даже не хотел думать о том, что может с ней случиться.

Виктория села, обнаженная и прекрасная в лучах полуденного солнца, льющегося через окно.

— Я знаю этих людей значительно лучше, чем ты, и легко обнаруживаю некоторые вещи.

— Какие вещи? — скептически спросил он.

— Ну, например, что ты был тайным агентом военного министерства, — с вызовом произнесла она.

— Неужели? — Син недоверчиво рассмеялся. — Боже, кто подал тебе эту идею?

Виктория спокойно продолжила:

— Я также знаю, почему ты не мог вернуться в Англию, когда убили Томаса. Ты притворялся влюбленным в дочь маршала Пьера Ожеро и намеревался узнать от нее, где Бонапарт собирает свои силы.

Кто-то оказался чертовски болтлив.

— От кого ты услышала эту чепуху? — медленно спросил он. В нем поднялся гнев, сменивший утоленную страсть, которой он наслаждался всего минуту назад.

Она смотрела на него безо всяких эмоций:

— От тебя, Син.

— Не думаю.

Видя настороженность в ее глазах, маркиз замолчал. Дальнейшая настойчивость только подтвердит подозрения.

Он наклонился к ней, пытаясь применить другую тактику.

— Неужели ты не понимаешь, что это могло бы быть ключом к…

— Я покажу тебе. — Она соскочила с кровати. Синклер бросился за ней и схватил ее за запястье.

— Виктория, это не….

— Я говорю тебе правду, — ответила она спокойным голосом — Доказательство — в гостиной. Пойдем со мной, если хочешь.

Теперь уже он не мог выпустить ее из поля зрения. Пока она надевала рубашку, он схватил бриджи и быстро натянул их. Как только Виктория открыла дверь, в комнату вошел кот, но Син, следуя за женой в гостиную, проигнорировал его. Случилась беда. Кто-то проговорился — и пока не выяснится, кто это сделал, он не будет знать, как защитить ее.

Виктория направилась к ближайшему от камина креслу, затем внезапно остановилась, и ее плечи приподнялись в глубоком вздохе.

— В чем дело?

— Ты собираешься рассердиться на меня, а я надеялась, что ты снова подаришь мне… — она жестом показала на свою спальню, — это.

Неудивительно, что ее прозвали Лисичкой.

— Я не способен отказать тебе в этом, — сухо ответил он, сам удивляясь своему раздражению.

— А у тебя это получается, когда ты сердит? — с любопытством спросила она, подняв к нему лицо.

— Да, хотя я не рекомендовал бы это. Не пытайся сменить тему.

Она нагнулась и вытащила из-за кресла объемистый сверток.

— Давай сюда.

— Нет, я справлюсь одна. — Виктория водрузила сверток на кушетку. — Я сама принесла его сюда.

— Почему?

Она покраснела.

— Потому что я не хотела, чтобы это видел кто-либо еще. Теперь присядь и, пожалуйста, сохраняй спокойствие.

Это звучало все более угрожающе. Маркиз сел на стул напротив нее и приготовился.

— Все в порядке, я сижу. Но что, скажи на милость, заставило тебя подумать, будто я — тайный агент?

Бросив на него слегка раздраженный взгляд, Виктория приподняла угол шали и стала рыться в бумагах.

— Вот что. — Она открыла одну из бумаг и бегло просмотрела. — Пожалуйста. «Хотя я ценю, Томас, что ты потчуешь меня своими злоключениями во время пикника с мисс Хэмпстед, в своем следующем письме, пожалуйста, воздержись от упоминания прекрасных вин. Несмотря на их приятную окраску, я, по-моему, уже переполнен ими — в конце концов, здесь Париж».