Гувернантка - Наталия Николаева

– Леди Эмилия, вы прерываете наше занятие, – повторила я, – если вы не прекратите мешать, я вынуждена буду сообщить леди Генриэтте.

А самой так хотелось залепить ей оплеуху. Но что-либо говорить ей было бесполезно. Эмилия никого не слушала, она слышала только себя. Высказав все, что у нее было на душе, она вылетела из комнаты. За ней вышла и горничная. Бедная девушка, не завидую ей. Нужно иметь огромное терпение и стальные нервы, чтобы служить у такой особы, как Эмилия.

Мы продолжили занятия, но Кэтти была взволнована, и поэтому у нее ничего не получалось. Она путала страны на географии, не могла вспомнить даты по истории. После часа совместных мучений я предложила сделать перерыв и девочка с радостью выпорхнула из комнаты. Я принялась собирать книги, обдумывая, чем занять Кэтти позже. Нужно делать, что-то не сложное, но одновременно необходимое для развития девочки. Мои раздумья прервала Донна. Она пулей влетела в комнату.

– Мисс Анна, вас просит зайти леди Генриэтта, – запыхавшись, выговорила она.

– Хорошо, Донна. Что за спешка? Что-то случилось? – заволновалась я.

– Леди Эмилия уезжает, а миссис Марта поручила мне помочь ее прислуге вынести вещи в карету. Я бегу в комнату к леди Эмилии, извините мисс Анна, – и Донна вылетела из комнаты также быстро, как и забежала.

Странно, зачем меня хочет видеть леди Генриэтта? Скорее всего, Эмилия нажаловалась. Хорошо, что я сдержалась и не нагрубила ей, хотя так и подмывало. Я собралась с духом и пошла в кабинет к герцогине. Вот и знакомая дверь на втором этаже поместья. Будуар леди Генриэтты. Я была здесь не так давно. Перед балом. В мой самый счастливый день. От внезапно нахлынувших воспоминаний на сердце стало тепло и радостно, и я, смело постучала в звонкую древесину двери.

– Войдите, – раздался приглушенный голос герцогини. Я вошла, толкнув двери. Леди Генриэтта стояла в белом платье у большого деревянного бюро, заваленного бумагами. Один лист бумаги герцогиня как раз держала в руке, видимо читала его перед моим приходом. Увидев меня, она отложила его и приветливо улыбнулась.

– Все в порядке, моя милая?

– Да леди Генриэтта, все хорошо.

– Прибегала Кэтти. Она рассказала мне о вашей ссоре с леди Эмилией, – снова улыбнулась герцогиня.

– В общем-то, не было никакой ссоры. Леди Эмилия вбежала, наговорила всякой ерунды и снова убежала, – чувствуя, как краска заливает щеки, сказала я.

Герцогиня подошла ко мне и, положив руку на плечо, сказала:

– Милочка, не обращай на нее внимания. Леди Эмилия очень эмоциональная и недалекая девушка, несмотря на происхождение. А может как раз и из-за него. Видишь ли, ее дед был обычным торговцем на рынке, а потом, разбогатев, женился на дочери обедневшего барона. Поэтому ее происхождение оставляет желать лучшего. Возможно, поэтому она так заносчива и чванлива.

– Но я ведь тоже не из благородного рода, а так себя не веду.

– Дорогая, ты девушка умная и воспитанная, а леди Эмилия никогда ничему не училась, и учиться не хочет. Ее отец считает, что женщине лишние знания ни к чему. Главное, удачно выйти замуж и уметь угождать супругу.

– Какая дикость, – возмутилась я.

– Дикость, – кивнула леди Генриэтта, – но мы тут ничего сделать не можем. Поэтому не принимай близко к сердцу ее выходки. Она достойна только жалости. Бедная девочка сама не понимает, как она смешно выглядит.

– Хорошо, леди Генриэтта, – сказала я.

– А теперь, Анна, иди отдыхай, занятий на сегодня больше не будет. Кэтти перенервничала, да и тебе надо прийти в себя перед завтрашним днем.

– Завтрашним днем? А что будет завтра? – удивилась я.

– А вот это сюрприз, моя дорогая. И его я тебе не открою, иначе какой же это будет сюрприз, – засмеялась герцогиня, – а теперь иди.

Я поклонилась и, раздумывая над словами леди Генриэтты, отправилась в свою комнату. Поднявшись на второй этаж, я увидела Марту, нашу домоправительницу. Она разглядывала цветок в большом вазоне.

– Здравствуйте, Марта, – подойдя, сказала я.

– Здравствуй, Анна. Вот, посмотри, – указала на цветок Марта, – это же надо такую красивую розу сломали, – покачала она головой, – а ведь на ней уже есть бутончики, скоро должна была зацвести.

Я посмотрела на цветок. Верхушка сломана, а нижние листья, как будто кто-то жевал.

– И кому мешала эта роза, – осмотрев цветок, проговорила я.

– Было бы настоящим сюрпризом к Рождеству, если бы она зацвела. Но благодаря чьей-то руке, чудо не случится. Это точно дело рук леди Эмилии. Хотя, какая она леди…,– Марта вновь склонилась над цветком.

– Может, кто-то случайно зацепил.

– Или специально напакостил, из вредности. Слава Богу, гости разъехались и жизнь вернется в прежнее русло. Ты знаешь, а я ведь люблю праздники и гостей тоже. Но чтобы после их отъезда оставалось все чисто и вот без таких сюрпризов. Вот завтра будет особенный гость! Все мои цветы останутся, не тронуты, это точно.

– А кто завтра приезжает? – надеясь что-то узнать, спросила я.

– Леди Генриэтта приготовила сюрприз для тебя, и я не вправе его испортить, – загадочно улыбнулась Марта, – завтра все узнаешь. А сейчас, я пойду, посмотрю, как убрали гостиную.

– До завтра.

Марта спустилась по лестнице, а я зашла в комнату в глубоком раздумье. Кто же завтра приедет. Сюрприз. Что это может быть за сюрприз? Я, не раздеваясь, легла на кровать. Марта сказала: «гость». Может Норман смог уладить дела раньше и приедет. Вот было бы замечательно. Норман. Нет, если приедет Норман, то скорее это сюрприз для леди Генриэтты или Кэтти. Они же не знают о моих чувствах. Или может, догадываются. Нет, не могут догадываться. Я веду себя прилично, ничем не показываю, что он мне нравиться. Сам Норман не мог сказать матери о моих чувствах.

Так я пролежала довольно долго. Солнце село и на небе появились первые звездочки. Что себя понапрасну мучить. Нужно ложиться спать, а завтра посмотрим, кто приедет. Надеюсь, этот сюрприз будет приятный.

Я надела ночную рубашку и легла в постель. Вот денек сегодня выдался. Да, последние несколько дней насыщенные событиями. Как хорошо, что гости разъехались. То хвост Норман подарил, то брошь увидели, то этот танец на балу, и в завершении всего немыслимая тирада Эмилии. Как я устала за эти дни.

Я перевернулась на бок и сразу же провалилась в глубокий сон.