Семьсот километров любви - Екатерина Дибривская

29. Москва

Вместе со своим укладом Игорь Щедрин наложил своё царское вето на покупку мною билетов на поезд. Что ж, я была вынуждена сдаться и не пожалела.

Моих скромных финансовых возможностей матери-разведёнки не хватило бы на поездки на скоростном Сапсане минимум четыре раза в месяц. Я бы платила за скромный плацкарт и тряслась бы под стук колёс всю ночь.

Но Игорь всячески старается показывать свою заинтересованность и проявлять заботу, не забывая, конечно, и о личной выгоде. И я действительно благодарна за дополнительные ночи рядом с ним, сэкономленные при приобретении этих билетов.

А ещё... Он показал мне, что и семьсот километров не непосильное расстояние. Три с половиной часа – и я с улыбкой шагаю из вагона прямо в его распахнутые объятия.

– Ну здравствуй, Арина Сергеевна!

– Здравствуй, Игорь.

– Наконец-то ты дома! – выдыхает он в мои волосы. – Я тебя заждался, Арина Сергеевна!

– Технически – ещё не дома, – смеюсь, испытывая то же облегчение.

– Ты опять всё забыла, моя хорошая, твой дом рядом со мной.

– Даже если ты решишь уехать в Сургут? – недоверчиво уточняю у него.

– Даже если я уеду в Анадырь, – усмехается он.

– Анадырь, – пробую на вкус незнакомое название. – Это где?

– На Чукотке, – Игорь щёлкает мне по носу и смеётся.

– А там – что?

– А там, Арина Сергеевна, нефть, – мужчина обхватывает мои плечи рукой и ведёт по направлению к парковке, – газ там, золото и много других полезных ископаемых. Ты, что же, географию в школе совсем не учила?

– Учила, – притворно вздыхаю, – но где я, а где – та география!

– Вот я тебе и говорю, не забивай свою голову всякой ерундой, – с улыбкой заключает Игорь, – Санкт-Петербург, Сургут, Анадырь – это неважно, твой дом всё равно останется рядом со мной.

Уже перевалило за полночь, но в сердце культурной столицы нашей необъятной всегда много народу. Игорь говорит, что зимой толпы туристов схлынут, но мне пока верится с трудом. Он смеётся и обещает, что совсем скоро я смогу в этом убедиться.

Игорь так крепко сжимает мою руку, словно боится отпустить. Всю дорогу до дома, до подъезда, на лестнице, открывая дверь, – он не выпускает моей руки. А дома первым делом припечатывает спиной к двери и требовательно целует.

Его поцелуй, жадный и торопливый, который я с готовностью принимаю, спускается ниже и ниже, преображаясь в откровенные ласки. Он лижет и кусает мои губы, подбородок, шею, ключицы. Несдержанно срывает пуговицы на рубашке, скользит пальцами по мягким чашечкам бюстгальтера, опуская их вниз, и резким движением сжимает мою грудь к единому центру в своих ладонях. А потом – о, Боже! – ласкает языком твердеющие соски. Именно так, как мне нравится. Именно так, как заставляет меня плавиться в его руках.

Его руки блуждают по моему телу. Нащупывают пуговку на джинсах и быстро расправляются с ней.

– Полетели, маленькая моя, – хрипло говорит Игорь и дерзко улыбается.

Мужчина опускается на колени, тянется губами к моему пульсирующему центру, его руки обхватывают ягодицы, коротко сжимают, а потом быстро соскальзывают вниз, под колени, и резко заводят их на крепкие мужские плечи. Одно мгновение, и я, всё так же прижатая к двери спиной, теперь не чувствую опоры под ногами. Моя единственная опора – горячий требовательный рот, сжимающийся вокруг клитора, и язык, скользящий внутрь и обратно и порхающий по нежным тканям, всё чаще задевающий особенно чувствительный комок моих нервов.

– О Боже! Боже! Боже! – Я притягиваю руками его голову ближе к себе. – Да, пожалуйста, Игорь, я так тебя люблю!

Он крепко обхватывает мои бёдра, удерживая на месте, пока я дрожу и дёргаюсь в конвульсиях от приливов удовольствия. В моём животе сейчас рождаются миллиарды бабочек. На моём лице застыла счастливейшая улыбка. Наслаждение, которое дарит мне этот мужчина, ни с чем другим не сравнимо. Словно я действительно лечу. Парю. Витаю в облаках.

Игорь ждёт, пока я успокоюсь, и ставит на подрагивающие нетвёрдые ноги. Всё так же крепко удерживает меня, чтобы я не рухнула на пол.

– Добро пожаловать домой, Арина Сергеевна, – говорит мне, поднимаясь. – С возвращением, моя любовь.

– Ох, вот это горячий приём! – смущённо хихикаю я. – Так можно и привыкнуть.

– Это и есть мой коварный план, – усмехается он. – Сделать всё, чтобы ты привыкла, чтобы никогда не захотела избавиться от такой обузы – отношений на расстоянии семисот километров, чтобы очаровать, околдовать тебя, чтобы ты навсегда осталась рядом со мной.

– Я никогда не захочу оставить тебя, променять то, что происходит между нами, на что-то бессмысленное, но не столь затруднительное, – целую его губы, пробуя на вкус своё возбуждение, – это нереально. Даже не думай, что я когда-либо смогу обесценить наши отношения.

Игорь улыбается, но в его глазах остаются льдинки недоверия. Несмотря на то, что мы не обсуждаем некоторые темы открыто, хотя мы много о чём говорим, всегда, везде, на любом расстоянии друг от друга, я знаю, как его пугает то, что он вынужден считаться со мной. В его характере настоять, принудить, захватить, а не терпеливо ждать моего решения. Но я очень благодарна мужчине за это.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

И я не хочу, чтобы его отравляли сомнения в отношении моих намерений. Пусть я и не готова вот так сразу к большему, но я стараюсь показать ему, что наши чувства равны, и я люблю его так же сильно, как он любит меня.

– Мне нужно время, – умоляюще шепчу ему. – Я хочу провести с тобой все